Книги по тегу «властный герой»: ""
Три года назад король драконов уничтожил мою семью.
Сегодня я стою перед ним в свадебном платье.
Меня продали чудовищу, которого боится всё королевство. Говорят, его жёны долго не живут. Говорят, на нём древнее проклятие.
Вот только настоящая опасность скрывается не в нём.
И если я не раскрою правду, эта свадьба станет для меня последней.
Сегодня я стою перед ним в свадебном платье.
Меня продали чудовищу, которого боится всё королевство. Говорят, его жёны долго не живут. Говорят, на нём древнее проклятие.
Вот только настоящая опасность скрывается не в нём.
И если я не раскрою правду, эта свадьба станет для меня последней.
Репутация дипломата должна быть безупречной, потому между ними ничего не может быть. Но как он поступит, если однажды их связь станет единственным способом ее спасти?
***
- Что ты хотел мне сообщить? - спросила она.
Аскеров стоял у окна, когда Ольга летящей походкой впорхнула к нему в кабинет. Он медленно повернулся и опёрся о подоконник.
- Я сегодня женился, - Тимур скрестил руки на груди.
Улыбка сползла с лица Ольги. Первые мгновения она думала, что ослышалась, но угрюмое молчание Аскерова говорило само за себя.
- В смысле, женился? Ты с ума сошел? - голос Ольги дрогнул.
Ну а как ещё можно было объяснить слова ее мужа?
- В прямом, - Тимур пожал плечами, - Пару часов назад в Голубой мечети. Но это не то зачем я тебя позвал.
- То есть новость о том, что ты двоеженец, не главная? - изумилась Ольга.
- Не двоеженец, а многоженец, дорогая, - с издёвкой поправил ее Тимур, - А позвал я тебя сообщить, что моя вторая жена будет жить в нашем доме.
***
- Что ты хотел мне сообщить? - спросила она.
Аскеров стоял у окна, когда Ольга летящей походкой впорхнула к нему в кабинет. Он медленно повернулся и опёрся о подоконник.
- Я сегодня женился, - Тимур скрестил руки на груди.
Улыбка сползла с лица Ольги. Первые мгновения она думала, что ослышалась, но угрюмое молчание Аскерова говорило само за себя.
- В смысле, женился? Ты с ума сошел? - голос Ольги дрогнул.
Ну а как ещё можно было объяснить слова ее мужа?
- В прямом, - Тимур пожал плечами, - Пару часов назад в Голубой мечети. Но это не то зачем я тебя позвал.
- То есть новость о том, что ты двоеженец, не главная? - изумилась Ольга.
- Не двоеженец, а многоженец, дорогая, - с издёвкой поправил ее Тимур, - А позвал я тебя сообщить, что моя вторая жена будет жить в нашем доме.
Я умерла от редкого цветка.
По крайней мере, именно так всё началось.
А потом очнулась в другом мире — прикованной к древнему алтарю и предназначенной в жёны дракону, которого боятся даже собственные подданные.
Ксарион — Хранитель Плато, живое оружие, способное удерживать магию целого мира от гибели. Ему не нужна любовь. Не нужна жена. Не нужна я.
Только Пакт.
Только наследник.
Только долг.
Но древняя магия ошиблась, выбрав для него не покорную невесту, а женщину, которая не собирается молча принимать свою судьбу.
Особенно когда выясняется, что за пределами его владений собирается война, варвары мечтают разрушить равновесие мира, а между мной и драконом возникает связь, от которой невозможно спрятаться.
Он считает меня обязанностью.
Я считаю его невыносимым.
Вот только каждый день рядом с ним становится всё труднее помнить, что наш союз начался вовсе не по любви.
По крайней мере, именно так всё началось.
А потом очнулась в другом мире — прикованной к древнему алтарю и предназначенной в жёны дракону, которого боятся даже собственные подданные.
Ксарион — Хранитель Плато, живое оружие, способное удерживать магию целого мира от гибели. Ему не нужна любовь. Не нужна жена. Не нужна я.
Только Пакт.
Только наследник.
Только долг.
Но древняя магия ошиблась, выбрав для него не покорную невесту, а женщину, которая не собирается молча принимать свою судьбу.
Особенно когда выясняется, что за пределами его владений собирается война, варвары мечтают разрушить равновесие мира, а между мной и драконом возникает связь, от которой невозможно спрятаться.
Он считает меня обязанностью.
Я считаю его невыносимым.
Вот только каждый день рядом с ним становится всё труднее помнить, что наш союз начался вовсе не по любви.
Я очнулась в чужом теле, которое принадлежит целительнице. Ее, как трофей, отдали ненавистному дракону в знак примирения. Тот чем-то болен, но мне не доверяет, поэтому вынужден терпеть, несмотря на то, что мы так и не вступили в законный брак. Между нами нет любви, нет клятв, только договор, который мы не в силах расторгнуть. После оказалось, что я ношу под сердцем дитя, о существовании которого даже не догадывалась. Теперь, когда все известно окружающим, меня подозревают в измене. Неужели, хозяйка этого тела решила так отомстить? Тогда ребенок не от дракона? Или же… я беременна от врага?
— Её зовут Валентина, — муж прожигает меня взглядом.
— Я это слышала! Кто она тебе?
— Она мне любовница, — бросил он равнодушно. — Сама ты не догадалась?
Я беззвучно охнула, будто вместо ответа он пустил мне очередь в грудь.
— Зачем она звонила? — прохрипела я едва слышно. — Соскучилась? Звала к себе?
Илья усмехнулся — хладнокровно, цинично.
— Всё куда прозаичнее, — ответил он холодно. — Она звонила сообщить, что беременна. Наконец-то, Маргарита, я стану отцом.
- ХЭ
— Я это слышала! Кто она тебе?
— Она мне любовница, — бросил он равнодушно. — Сама ты не догадалась?
Я беззвучно охнула, будто вместо ответа он пустил мне очередь в грудь.
— Зачем она звонила? — прохрипела я едва слышно. — Соскучилась? Звала к себе?
Илья усмехнулся — хладнокровно, цинично.
— Всё куда прозаичнее, — ответил он холодно. — Она звонила сообщить, что беременна. Наконец-то, Маргарита, я стану отцом.
- ХЭ
Меня отрекли у Камня Присяги на глазах всей стаи.
Мой муж, альфа Серых Утёсов, подтвердил решение Совета и снял с меня имя Луны. Моё место уже ждала другая — красивая, правильная, удобная для власти.
Мне оставили старый двор у заброшенной переправы. Думали, это будет ссылка.
Но под полом этого дома я нашла пятерых детей. Голодных, напуганных, никому не нужных. Волчат, которых вычеркнули из родовых списков по приказу моего бывшего мужа.
Они не должны были существовать.
И один из них носил знак рода Ровелей.
Теперь Дамиру придётся увидеть, что именно он подписал. Совету — ответить за ложь. А мне — стать Луной не по обручу и браку, а по праву защищать тех, от кого отказались сильные.
Я больше не жена альфы.
Я — та, у чьих дверей больше никого не вычёркивают.
Мой муж, альфа Серых Утёсов, подтвердил решение Совета и снял с меня имя Луны. Моё место уже ждала другая — красивая, правильная, удобная для власти.
Мне оставили старый двор у заброшенной переправы. Думали, это будет ссылка.
Но под полом этого дома я нашла пятерых детей. Голодных, напуганных, никому не нужных. Волчат, которых вычеркнули из родовых списков по приказу моего бывшего мужа.
Они не должны были существовать.
И один из них носил знак рода Ровелей.
Теперь Дамиру придётся увидеть, что именно он подписал. Совету — ответить за ложь. А мне — стать Луной не по обручу и браку, а по праву защищать тех, от кого отказались сильные.
Я больше не жена альфы.
Я — та, у чьих дверей больше никого не вычёркивают.
- Северный, руки на стену, я сказала!— чеканю ледяным тоном, смотря в серые глаза, которые прожигают меня насквозь, при этом нагло блуждая по моему телу, с нескрываемым интересом. - Ты арестован!
- Киса, ты уверена, что адресом не ошиблась?— ухмыляется он, продолжая стоять напротив меня, заложив руки в карманы брюк.
- Руки. Или тебя упакуют бойцы ОМОНа, — игнорирую его слова и не обращаю внимания, с какой интонацией он произнёс это «киса». - Будет жёстче, — предупреждаю я.
- Ахах,— усмехается Артур.- Жёстче могу быть только я. И с такими строптивыми кошечками, вроде тебя, — он делает шаг в мою сторону и достав правую руку из кармана, тянет её к моему лицу. Ведо́мая всплеском злости, на его похабный контекст этой фразы, сама сокращаю расстояние между нами и ударив в солнечное сплетение, успеваю защёлкнуть наручник на его правой руке и крутанувшись достаю левую руку из кармана, завожу назад и защёлкиваю второй наручник.
- А теперь, котик, поедем в отделение, — мурлычу ему на ухо...
- Киса, ты уверена, что адресом не ошиблась?— ухмыляется он, продолжая стоять напротив меня, заложив руки в карманы брюк.
- Руки. Или тебя упакуют бойцы ОМОНа, — игнорирую его слова и не обращаю внимания, с какой интонацией он произнёс это «киса». - Будет жёстче, — предупреждаю я.
- Ахах,— усмехается Артур.- Жёстче могу быть только я. И с такими строптивыми кошечками, вроде тебя, — он делает шаг в мою сторону и достав правую руку из кармана, тянет её к моему лицу. Ведо́мая всплеском злости, на его похабный контекст этой фразы, сама сокращаю расстояние между нами и ударив в солнечное сплетение, успеваю защёлкнуть наручник на его правой руке и крутанувшись достаю левую руку из кармана, завожу назад и защёлкиваю второй наручник.
- А теперь, котик, поедем в отделение, — мурлычу ему на ухо...
Я альфа Белых всего Дона. Главный волк региона. Но когда ко мне приходит альфа Бурых и сообщает, что кто-то убил истинную его сына, я не могу это игнорировать. Проверяю данные.
Полиция считает это ограблением, но есть один человек, кто видит в этом систему. Судмед, которую никто не берёт в расчёт. Рыжеволосая заноза с глубокими зелёными глазами. Ее не впечатляет мой статус, для неё нет авторитетов. Её интересуют только факты.
И с первого же взгляда на нее я понимаю, что влип.
Полиция считает это ограблением, но есть один человек, кто видит в этом систему. Судмед, которую никто не берёт в расчёт. Рыжеволосая заноза с глубокими зелёными глазами. Ее не впечатляет мой статус, для неё нет авторитетов. Её интересуют только факты.
И с первого же взгляда на нее я понимаю, что влип.
— Я стану второй женой вашего мужа, — восточная девушка передо мной сидит прямо и смотрит в глаза. — Я ношу ребёнка Эмира.
— Фарфоровый чайник в моих руках дрожит.
—Она замечает это. Её чёрные глаза скользят к моим пальцам, и усмешка, которую она так старательно прятала, наконец проступает. Тонкая. Ядовитая. Торжествующая.
— Айлин, вы не поняли. Это уже решённый вопрос.
Чашка, которую я взяла, падает на пол. Осколки. Розовая лужа на мраморе. Пятно на белоснежном ковре с золотыми узорами. Я смотрю, как пятно становится больше. И больше. С такой же скоростью растёт дыра в моей груди. Только она наливается чернотой.
—В кармане моего платья лежит положительный тест на беременность.
—Мой подарок. Моя тайна. Мой ребёнок, о котором муж никогда не узнает.
—Потому что вечером, при всех гостях, он назовёт меня бесплодной.
—Выведет вперёд эту девицу и скажет: «Она родит мне наследника. А ты будешь терпеть».
—Я не буду терпеть.
—Я подам на развод. Я исчезну.
— Фарфоровый чайник в моих руках дрожит.
—Она замечает это. Её чёрные глаза скользят к моим пальцам, и усмешка, которую она так старательно прятала, наконец проступает. Тонкая. Ядовитая. Торжествующая.
— Айлин, вы не поняли. Это уже решённый вопрос.
Чашка, которую я взяла, падает на пол. Осколки. Розовая лужа на мраморе. Пятно на белоснежном ковре с золотыми узорами. Я смотрю, как пятно становится больше. И больше. С такой же скоростью растёт дыра в моей груди. Только она наливается чернотой.
—В кармане моего платья лежит положительный тест на беременность.
—Мой подарок. Моя тайна. Мой ребёнок, о котором муж никогда не узнает.
—Потому что вечером, при всех гостях, он назовёт меня бесплодной.
—Выведет вперёд эту девицу и скажет: «Она родит мне наследника. А ты будешь терпеть».
—Я не буду терпеть.
—Я подам на развод. Я исчезну.
Я очнулась в чужом мире, в чужом теле и с чужим долгом на стене.
Теперь я хозяйка старого трактира на лесной дороге. Печь коптит, крыша течёт, кот смотрит так, будто это я живу у него, а не он у меня. До конца месяца нужно расплатиться, иначе «Тёплую ложку» закроют.
Проблема одна: мои главные гости — оборотни. Они рычат, спорят из-за мяса и считают овощи личным оскорблением.
А ещё есть Радан Вельт — медведь-оборотень, хозяин лесной заставы. Большой, хмурый и уверенный, что моей похлёбкой можно пытать врагов.
Ну что ж, милый медведь. Суп я исправлю. Трактир спасу. Оборотней накормлю.
А вот почему вы всё чаще приходите не с проверкой, а с дровами, мёдом и взглядом, от которого у меня подгорают не только пироги, — это мы ещё выясним.
Теперь я хозяйка старого трактира на лесной дороге. Печь коптит, крыша течёт, кот смотрит так, будто это я живу у него, а не он у меня. До конца месяца нужно расплатиться, иначе «Тёплую ложку» закроют.
Проблема одна: мои главные гости — оборотни. Они рычат, спорят из-за мяса и считают овощи личным оскорблением.
А ещё есть Радан Вельт — медведь-оборотень, хозяин лесной заставы. Большой, хмурый и уверенный, что моей похлёбкой можно пытать врагов.
Ну что ж, милый медведь. Суп я исправлю. Трактир спасу. Оборотней накормлю.
А вот почему вы всё чаще приходите не с проверкой, а с дровами, мёдом и взглядом, от которого у меня подгорают не только пироги, — это мы ещё выясним.
Выберите полку для книги