Книги по тегу «врачи»: ""

Дверь открывается резко, и я подскакиваю со стульчика, на котором отдыхала между перевязками.
Входит главный циник нашей клиники. Тот, с кем мы грыземся как кошка с собакой. Смотрит врач на меня, как будто я виновата во всех его проблемах.
Что я уже успела натворить?
— Вам что-то нужно, Кирилл Игоревич? — интересуюсь чуть нервно.
— Да.
Иду к шкафчику, где хранятся расходные материалы.
— Мне нужна жена, — по пути догоняет меня требование врача.
Пару раз хлопнув глазами, оборачиваюсь.
— Жена?
Ответом служит кивок.
— Вы не по адресу, это вам к свахе, — хмыкаю.
— Хочу, чтобы ты стала моей женой.
Рот медленно приоткрывается. Усилием воли возвращаю челюсть на место.
— За это я сделаю операцию твоему деду. Или кому нужно? Оплачу послеоперационный период из своего кармана. Все пройдёт идеально, а ты станешь моей женой.
Он меня купить надумал?
Операция деду нужна – это факт. Но я не проститутка какая-нибудь.
— Я не продаюсь! — выдаю, дополняя слова звонкой пощёчиной.

🔥 ЗАВЕРШЕНО! ПЕРВЫЕ ДНИ ЦЕНА МИНИМАЛЬНАЯ! 🔥

Первое, что я вижу: живот. Огромный беременный живот, который заходит в квартиру вперёд своей обладательницы.
Следом затаскивает два чемодана мой муж.
Губы-пельмени беременной матрёшки презрительно изгибаются.
Какого чёрта?!
– Вадим, – беру себя в руки. – Кто это?
– Это Алика. Она пока поживёт со мной. Давай, быстренько освобождай комнату Мирона. Он мальчик. Должен делиться.
– У меня будет двойня, – матрёшка гладит живот. – Королевская. Мальчик и девочка. А ты, клуша, подвинься!

Муж привёл в дом свою беременную любовницу. Я выставила их, а он вывез из квартиры все вещи.
Натравил на меня опеку, угрожая отнять сына, если я не перепишу на него жильё.
Нам с сыном не на чем спать. Но в этот момент меня вызывают в госпиталь: доставили раненых.
А потом в операционную привозят майора.
Моего бывшего.
Он при смерти. И только я могу его спасти.
Для другой.
Потому что шесть лет назад он выбрал не меня…

Пятнадцать лет я держу в руках чужие жизни и ни разу не дрогнула.
А потом на мой стол привозят его.
— Это мой муж, — говорю я. — Я не могу его оперировать.
Чужие руки в операционной. Три часа под дверью. И коллега, которая после операции слишком долго не отпускает его ладонь — будто он ей вовсе не пациент.
Он выжил.
Только смотрит на меня как на незнакомку. Убирает руку, когда я к нему прикасаюсь. Не помнит нашу первую поездку. Не помнит, что я пью кофе с корицей.
— Ты какой-то другой, — говорю я.
— У меня четыре ребра сломано, Вероника. Конечно, я другой.
Я была готова простить измену.
Готова услышать чужое имя и не сломаться. Готова драться за пятнадцать лет брака, за нашу квартиру, за наши общие фотографии.
Я не была готова только к одному.
Что однажды я поменяю ему повязку — и не найду шрам, который целовала пятнадцать лет.
У моего мужа он есть.
У человека на этой койке — нет.

— Только не ты... — вся колотит мелкой дрожью.
В кресле гинеколога сидит... мой бывший парень!
— О, солнышко, что случилось? — сладко воркует, словно мы и не расставались.
— Я требую другого врача! Немедленно! — придаю голосу настойчивость и уверенности.
Но проблема глубоко-деликатного характера ломает мою силу воли!
— Я дежурный, солнышко, других нет — Богдан довольно разводит руками. — И что это за странный, — бывший задерживает дыхание и прислушивается, — жужжащий звук исходит от тебя?
***
По-срочному пришла на приём к гинекологу, которым оказался МОЙ БЫВШИЙ.
Ладно бы экстренный осмотр, но нет: проблема постыдная и жутко неловкая!

Я всегда считала себя незаметной. Женой, медсестрой, тенью в чужой жизни. Но в тот вечер, когда мир рухнул, я обнаружила, что под слоем скуки и правильности скрывается нечто тёмное и голодное.
Их оказалось трое. Старшие, опытные, властные. Они не предложили мне выбор — они просто взяли. В их руках боль перестала быть просто болью. Унижение стало освобождением. Страх превратился в единственно возможную правду.
Мне пришлось пройти через испытания, о которых я не могла даже мечтать, и в каждой точке падения я находила себя — более живую, более настоящую, более свободную, чем когда-либо прежде.

— Даша, что ты тут делаешь? — спрашивает муж, испуганно отскакивая от моей сестры, едва не путаясь в собственных штанах.

— Да вот пришла посмотреть, как у вас проходит консультация, — едко бросаю я, взяв с лотка скальпель

— Даш, это совсем не то, чем кажется. Это же так... маленькая шалость. Это даже за измену не считается.

— Правда? — спрашиваю я, глядя на бледнеющую сестру.

— Милая, я всё тебе объясню, только прошу, положи ЭТО на место, — тяжело сглатывая, говорит мой муж, прикрывая руками "самое ценное".

Я смотрю на скальпель, потом на него. Догадываюсь о чём он сейчас думает. И впервые мне нравится ход его мыслей.

Они сидят за столиком у окна.
Антон.
И Катя.
Моя пациентка. Двадцатилетняя студентка, которую я полгода назад оперировала. Резекция лёгкого. Сложный случай, врождённая патология, она могла не выжить, но я вытащила.
Помню, что говорила ей перед выпиской:
— Ты молодец, Катя, ты справилась.
Антон с нежностью гладит её по щеке. Она смотрит на него с обожанием.
Сердце сжимает боль. Я молодец, Катя, вытащила тебя. А ты?

✨ Эксклюзивно на Литмаркет ✨
Распахиваю дверь ВИП-палаты и понимаю, что все. Штирлиц таки провалился.
Моя принцесса бережно водит стетоскопом по огромной ручище крайне довольного жизнью Ульянова и с умильной моськой слушает его пульс.
– Мамочка! – счастливо лопочет Геля – А я настоящего героя лечу. Дяде Олегу очень нужен был супер-шанс, чтобы скорее выздороветь.
Ульянов сперва не понимает, что происходит, потом переводит ошарашенный взгляд с меня на Гелю, гулко сглатывает и жадно хватает ртом воздух.
– Мамочка? Лен, а сколько ей лет? – ошарашенно спрашивает мой бывший...
***
Семь лет назад наши пути разошлись. Он бросил меня, как надоевшую игрушку. Просто выкинул из своей жизни и пошел дальше.
А сегодня он лежит на моем операционном столе, и от меня зависит его жизнь...
А еще он не знает, что у нас растет дочь...

⭐ФИНАЛ⭐ЗАВЕРШЕНО⭐
– Я уничтожу тебя, твою карьеру и похороню твою методику, если ты попытаешься устроить скандал, Кира.
Будничным тоном, будто не произошло ничего особенного, заявляет мой муж, застегивая ширинку.
– Ты не посмеешь! – выдыхаю я.
– Хочешь проверить?
Замираю. Вглядываюсь в глаза того, кто еще утром был самым родным человеком на земле и… не могу поверить в происходящее.
– Так-то лучше, – усмехается, приняв молчание за слабость. – Сиди и не дергайся…

Я – детский кардиолог и не могу позволить себе рисковать жизнями пациентов из-за собственной гордости. Особенно теперь, когда прямо сейчас в приемнике борется за жизнь маленький мальчик – особенный пациент для того, кого я считала исчезнувшим из своей жизни навсегда…
Так мне теперь сдаться?

– Еще раз говорю, это просто рабочие моменты. Пойми, девочка моя, ну как мне здесь напряжение снимать, если любимая далеко? Командирам рожи бить? Или солдатам?...
– А девки рядом...
– Ин, прости! Ты не должна была это увидеть.
– Нет, Плетнёв, должна. Я должна была еще раньше узнать, какая ты скотина. Я подаю на развод. Отпусти.
Я снова бьюсь в его руках, но он не отпускает. Опять прижимает к себе и дышит в макушку.
– Глупышка моя, я никогда не дам тебе развод. У нас семья, я люблю тебя.
– И Вику тоже...
– Нет конечно, Вика это просто способ снять напряжение. А ты моя. Не отпущу никогда.