Книги по тегу «запретная любовь и страсть»: ""
Как на женщине на мне можно поставить крест. Так думает мой муж. Но не свекор. Он известный специалист и принялся меня лечить. Вместе со своим лучшим другом.
Это шоковая терапия, которая призвана раскрыть мою чувственность.
Никаких тормозов. Никаких запретов. Только я, мой свекор и его друг.
Это шоковая терапия, которая призвана раскрыть мою чувственность.
Никаких тормозов. Никаких запретов. Только я, мой свекор и его друг.
❤️ ❤️ ❤️ ❤️ ❤️ ❤️ ❤️
Есть миллион причин не прикасаться к ней.
Она дочь босса.
Она молода и открыта миру.
Я замкнут и тщательно охраняю свои секреты.
Она строит грандиозные планы на будущее.
Я же несу тяжесть прошлого, не планируя ничего менять в своем устоявшемся настоящем.
Ее улыбка манит, но я твердо намерен не поддаться этому запретному искушению.
Все меняется в одно мгновение, когда она приходит ко мне за помощью. Желание защитить ее разливается по моим венам, делая невозможным отказать ей в просьбе, даже если это угрожает разрушить наши жизни.
Есть миллион причин не прикасаться к ней.
Она дочь босса.
Она молода и открыта миру.
Я замкнут и тщательно охраняю свои секреты.
Она строит грандиозные планы на будущее.
Я же несу тяжесть прошлого, не планируя ничего менять в своем устоявшемся настоящем.
Ее улыбка манит, но я твердо намерен не поддаться этому запретному искушению.
Все меняется в одно мгновение, когда она приходит ко мне за помощью. Желание защитить ее разливается по моим венам, делая невозможным отказать ей в просьбе, даже если это угрожает разрушить наши жизни.
Безжалостные хозяева не сумели сломить его тело. Они подло попытались сломить его дух, заставив нарушить священный эльфийский запрет. Вот только все планы рушатся, когда на арену выходит любовь...
💔💔💔💔💔
Моё сердце всегда принадлежало только ему. Глеб Власов — лучший друг моего брата. И он под запретом. Мы связаны правилами и договорённостями, которые нельзя нарушать. Но однажды написанное мною на страницах блокнота, становится реальностью: он и я. Вместе. Жаль только, что за этим счастьем скрывается разрушение. Ведь недописанные страницы — это замедленная бомба, которая ещё не взорвалась.
Моё сердце всегда принадлежало только ему. Глеб Власов — лучший друг моего брата. И он под запретом. Мы связаны правилами и договорённостями, которые нельзя нарушать. Но однажды написанное мною на страницах блокнота, становится реальностью: он и я. Вместе. Жаль только, что за этим счастьем скрывается разрушение. Ведь недописанные страницы — это замедленная бомба, которая ещё не взорвалась.
1834 год, Англия. Бедная, забытая Богом и короной деревня Вальсингам, жители которой находят утешение лишь в своей вере. Главой деревни является пастор Глоуфорд - глубоко уважаемый и горячо любимый своими прихожанами. У пастора, как три прекрасных цветка, растут три дочери, разные в характере, мечтах и стремлениях. Жизнь в деревне идет своим чередом, но покой ее жителей нарушает неожиданный приезд молодого нового лендлорда.
Два мира – водный Эридан и пустынный Саар – никогда не станут одним.
Дракон и человек не могут быть вместе, так гласит непреложный закон в обоих мирах.
Я принадлежала своему Дракону всего один день.
Потом была одна-единственная ночь, которая изменила так многое. И теперь на моём пальце – кольцо. Как залог вечной любви.
Есть ли хоть один-единственный шанс, что смогу быть его на целую жизнь?..
Дракон и человек не могут быть вместе, так гласит непреложный закон в обоих мирах.
Я принадлежала своему Дракону всего один день.
Потом была одна-единственная ночь, которая изменила так многое. И теперь на моём пальце – кольцо. Как залог вечной любви.
Есть ли хоть один-единственный шанс, что смогу быть его на целую жизнь?..
С похорон мужа попала на другие похороны. В другое время, в другое тело и в место далеко за пределами моего мира. Как выяснилось, и здесь я овдовела. И после смерти супруга вынуждена решать его проблемы. Одна из них — швейная фабрика, которая скоро разорится, другая — очередь из женихов-стервятников. Со всем можно справиться, если напрячь извилины. Со всем, кроме злодея, который готов заключить сделку с силами зла, чтобы вернуть страшные времена в мир, где я обрела свою новую жизнь. И как прикажете с ним бороться? Одна я точно не справлюсь. А жуткому пирату, который то рвётся помочь, то готов прибить, вообще нельзя доверять.
В мире больших и сильных драконов маленькой полукровке не выжить. Бывший муж Астарии уверен, что если превратить её жизнь в ад, то она при ползет к нему на коленях. Но жертва уже готова переступить черту и... Однако в последний момент она послала своего муженька к черту, но судьба привела чета к ней. Только чертями в королевстве Химао называют сильных, не уступающих по силе самим драконам демонов из ледяных земель, в которых могут выжить только существа с очень горячей кровью.
Слепо смотрю на конверт с баснословной суммой денег в нём и чувствую, что не могу сделать вдох.
- Вторую часть в таком же размере получишь, когда избавишься от ребёнка и предоставишь мне доказательства.
Голос матери любимого мужчины звучит так, будто она говорит о чём‑то обыденном и совсем не важном. Вот только я всё равно не могу поверить в происходящее. Не могу подавить в себе глупую надежду со слепой верой в человека, которому подарила всю себя. Не могу наивно не спросить:
- Тамерлан… Знает, что вы мне предлагаете сейчас?
Женщина, сидящая напротив, холодно усмехается, и мой мир рассыпается на части, когда она отвечает.
- А ты думаешь, по чьей воле я здесь? Слово и желание сына для меня - закон.
- Вторую часть в таком же размере получишь, когда избавишься от ребёнка и предоставишь мне доказательства.
Голос матери любимого мужчины звучит так, будто она говорит о чём‑то обыденном и совсем не важном. Вот только я всё равно не могу поверить в происходящее. Не могу подавить в себе глупую надежду со слепой верой в человека, которому подарила всю себя. Не могу наивно не спросить:
- Тамерлан… Знает, что вы мне предлагаете сейчас?
Женщина, сидящая напротив, холодно усмехается, и мой мир рассыпается на части, когда она отвечает.
- А ты думаешь, по чьей воле я здесь? Слово и желание сына для меня - закон.
В этот момент за спиной раздался рёв мотоцикла — громкий, режущий слух. Я растерянно обернулся и увидел, как на меня несётся чёрный спортивный байк. Расстояние сокращалось с пугающей скоростью.
Мотоцикл резко затормозил в паре шагов от меня — так, что резина жалобно взвизгнула по асфальту. Водитель поднял затемнённое стекло шлема. Открывая только глаза.
Я с трудом сглотнул: за рулём была азиатка лет тридцати, с холодным, цепким взглядом.
Глаза, эти глаза…
Не теряя ни секунды, она достала из за пазухи пистолет и навела его прямо на меня.
Я стоял как вкопанный, не в силах пошевелиться. В ушах звенело, а из трубки доносились сумбурные вопросы Торпа на английском:
— Дюон? Дюон, ты слышишь меня?! Что нам делать?!
Она не сводила с меня глаз. Я не пытался защититься, продолжая стоять, ожидая выстрела…
— Тик-так, тик-так, профессор Чонг, — произнесла она...
Мотоцикл резко затормозил в паре шагов от меня — так, что резина жалобно взвизгнула по асфальту. Водитель поднял затемнённое стекло шлема. Открывая только глаза.
Я с трудом сглотнул: за рулём была азиатка лет тридцати, с холодным, цепким взглядом.
Глаза, эти глаза…
Не теряя ни секунды, она достала из за пазухи пистолет и навела его прямо на меня.
Я стоял как вкопанный, не в силах пошевелиться. В ушах звенело, а из трубки доносились сумбурные вопросы Торпа на английском:
— Дюон? Дюон, ты слышишь меня?! Что нам делать?!
Она не сводила с меня глаз. Я не пытался защититься, продолжая стоять, ожидая выстрела…
— Тик-так, тик-так, профессор Чонг, — произнесла она...
Выберите полку для книги