Книги по тегу «запретные чувства»: ""
Он уволил меня после двенадцати лет в компании.
Спокойно сообщил, что моего департамента больше нет, предложил должность пониже и удивился, когда я отказалась.
Я ушла. Открыла собственное бюро. Выиграла большой контракт и почти убедила себя, что Максим Веденин остался в прошлой жизни.
Почти.
Потому что главным представителем авиакомпании в моем новом проекте оказался именно он.
Теперь Максим больше не мой начальник. Он не может вызвать меня в кабинет, изменить мою должность или решить, останусь ли я без работы.
Зато может спорить со мной на каждом совещании, доводить до бешенства своей логикой и смотреть так, что я забываю, за что собиралась его ненавидеть.
А после одной рабочей поездки происходит то, чего между нами никогда не могло случиться раньше.
Я сплю с мужчиной, который меня уволил.
И очень быстро понимаю: потерять работу было намного проще, чем разобраться, что теперь делать с ним.
Спокойно сообщил, что моего департамента больше нет, предложил должность пониже и удивился, когда я отказалась.
Я ушла. Открыла собственное бюро. Выиграла большой контракт и почти убедила себя, что Максим Веденин остался в прошлой жизни.
Почти.
Потому что главным представителем авиакомпании в моем новом проекте оказался именно он.
Теперь Максим больше не мой начальник. Он не может вызвать меня в кабинет, изменить мою должность или решить, останусь ли я без работы.
Зато может спорить со мной на каждом совещании, доводить до бешенства своей логикой и смотреть так, что я забываю, за что собиралась его ненавидеть.
А после одной рабочей поездки происходит то, чего между нами никогда не могло случиться раньше.
Я сплю с мужчиной, который меня уволил.
И очень быстро понимаю: потерять работу было намного проще, чем разобраться, что теперь делать с ним.
Он просто появляется в моей комнате, трогает мои вещи, смотрит так, будто я — вещь, которую можно присвоить. Он называет меня «сестрёнкой» и наблюдает, как я горю от стыда и оттого, что не могу оттолкнуть.
Я не понимаю, зачем ему это.
И боюсь, что однажды мне станет всё равно.
Я не понимаю, зачем ему это.
И боюсь, что однажды мне станет всё равно.
Мой идеальный брак разбился вдребезги в ту секунду, когда я застала мужа прямо на его рабочем столе с другой. Я сбежала, надеясь вырваться из золотой клетки и спастись от влиятельного монстра, который не принимает отказов.
Но муж решил по другому.
Артем – безопасник моего мужа, бывший военный, холодный, безжалостный профессионал. Он должен был выследить меня и вернуть предавшему меня тирану. Но вместо этого он запер дверь моей тесной съемной квартиры изнутри.
Теперь нас разъедает опасная двойная игра. Днем он – верный цепной пес моего мужа, а ночью мы тонем в безумной, запретной страсти, забывая обо всем. Если муж узнает правду, нас обоих уничтожат. Но я больше не боюсь. Потому что этот мужчина готов сжечь весь мир, чтобы я была счастлива.
Но муж решил по другому.
Артем – безопасник моего мужа, бывший военный, холодный, безжалостный профессионал. Он должен был выследить меня и вернуть предавшему меня тирану. Но вместо этого он запер дверь моей тесной съемной квартиры изнутри.
Теперь нас разъедает опасная двойная игра. Днем он – верный цепной пес моего мужа, а ночью мы тонем в безумной, запретной страсти, забывая обо всем. Если муж узнает правду, нас обоих уничтожат. Но я больше не боюсь. Потому что этот мужчина готов сжечь весь мир, чтобы я была счастлива.
Я всего лишь хотела разжечь искру в браке, ведь муж не прикасался ко мне целых три месяца!
Ради этого я решилась на полное безумство: нацепила откровенный наряд, включила музыку и исполнила самый горячий танец прямо перед открывшейся входной дверью.
Вот только на пороге стоял вовсе не мой вечно уставший супруг.
Там застыл Григорий Романович. Мой свёкор. Властный, жёсткий и невероятно притягательный мужчина, от одного тяжёлого взгляда которого подкашиваются ноги.
Я была готова провалиться сквозь землю от позора. Но свёкор не отвернулся и не ушёл. Он переступил порог моей квартиры и посмотрел на меня так, как собственный муж не смотрел никогда в жизни.
Кажется, мой идеальный план спасения семьи свернул куда-то не туда...
Ради этого я решилась на полное безумство: нацепила откровенный наряд, включила музыку и исполнила самый горячий танец прямо перед открывшейся входной дверью.
Вот только на пороге стоял вовсе не мой вечно уставший супруг.
Там застыл Григорий Романович. Мой свёкор. Властный, жёсткий и невероятно притягательный мужчина, от одного тяжёлого взгляда которого подкашиваются ноги.
Я была готова провалиться сквозь землю от позора. Но свёкор не отвернулся и не ушёл. Он переступил порог моей квартиры и посмотрел на меня так, как собственный муж не смотрел никогда в жизни.
Кажется, мой идеальный план спасения семьи свернул куда-то не туда...
Три года назад Диана потеряла всё: мужа, семью, веру в то, что её можно выбрать. Осталась только работа в клинике его отца — и привычка засыпать на пустой половине кровати.
Однажды вечером она случайно слышит разговор, не предназначенный для её ушей. Трое мужчин говорят о ней — каждый по-своему, каждый со своей правдой. И впервые за три года у неё появляется выбор, которого её всегда лишали.
Что победит: холодный расчёт, старая боль или желание наконец-то перестать просить у зеркала прощения?
История о женщине, которая устала быть ничьей — и решила стать хозяйкой своей судьбы.
Однажды вечером она случайно слышит разговор, не предназначенный для её ушей. Трое мужчин говорят о ней — каждый по-своему, каждый со своей правдой. И впервые за три года у неё появляется выбор, которого её всегда лишали.
Что победит: холодный расчёт, старая боль или желание наконец-то перестать просить у зеркала прощения?
История о женщине, которая устала быть ничьей — и решила стать хозяйкой своей судьбы.
– Мой отец любит тебя, – сообщает мой муж и кладет семь писем рядом с праздничным тортом.
– И тебе спасибо за семь счастливых лет.
– Я серьезно, Марта. Ты спишь с моим отцом?
– Выключи запись.
– Сначала ответь.
***
– Он хотел по одному письму на каждый год брака, – говорит Роберт. – Без подписи. Собирался переписать своей рукой.
– Поздравление, пап? А про то, как ты на нее смотришь, я тоже просил?
В годовщину свадьбы муж решил опозорить меня перед всей семьей и записать мое унижение на видео. Только он не учел одного: этих писем я никогда не видела и никакого романа со свекром у меня не было.
Тогда еще не было.
– И тебе спасибо за семь счастливых лет.
– Я серьезно, Марта. Ты спишь с моим отцом?
– Выключи запись.
– Сначала ответь.
***
– Он хотел по одному письму на каждый год брака, – говорит Роберт. – Без подписи. Собирался переписать своей рукой.
– Поздравление, пап? А про то, как ты на нее смотришь, я тоже просил?
В годовщину свадьбы муж решил опозорить меня перед всей семьей и записать мое унижение на видео. Только он не учел одного: этих писем я никогда не видела и никакого романа со свекром у меня не было.
Тогда еще не было.
— Брата дома нет.
— Я знаю.
Глеб Ланской — лучший друг моего старшего брата. Самоуверенный наследник девелоперской компании. И последний человек, которому стоит видеть мой конкурсный проект.
Я хочу сохранить старый Красный двор. Его компания готова снести большую часть здания ради нового строительства.
Мы должны быть по разные стороны.
Так было бы намного проще, если бы Глеб не оказался умнее, порядочнее и опаснее для моего спокойствия, чем я привыкла думать.
Брат уже предупредил его держаться от меня подальше.
Глеб даже пообещал.
Только никто не спросил меня.
Теперь между нами слишком много споров, слишком мало безопасной дистанции и одно правило: никаких одолжений.
Потому что если я выиграю, мне нужно знать, что сделала это сама.
А если выберу Глеба — хочу быть уверена, что он выбрал меня не на одну ночь.
Когда личное сталкивается с карьерой, дружбой и семейной фамилией, скрывать чувства становится опаснее, чем признаться в них.
— Я знаю.
Глеб Ланской — лучший друг моего старшего брата. Самоуверенный наследник девелоперской компании. И последний человек, которому стоит видеть мой конкурсный проект.
Я хочу сохранить старый Красный двор. Его компания готова снести большую часть здания ради нового строительства.
Мы должны быть по разные стороны.
Так было бы намного проще, если бы Глеб не оказался умнее, порядочнее и опаснее для моего спокойствия, чем я привыкла думать.
Брат уже предупредил его держаться от меня подальше.
Глеб даже пообещал.
Только никто не спросил меня.
Теперь между нами слишком много споров, слишком мало безопасной дистанции и одно правило: никаких одолжений.
Потому что если я выиграю, мне нужно знать, что сделала это сама.
А если выберу Глеба — хочу быть уверена, что он выбрал меня не на одну ночь.
Когда личное сталкивается с карьерой, дружбой и семейной фамилией, скрывать чувства становится опаснее, чем признаться в них.
Милана — успешный менеджер, амбициозная, красивая, на пороге повышения. Но встреча с Дмитрием переворачивает её жизнь: он обаятелен, настойчив, говорит о семье и детях. Она бросает работу, выходит замуж — и оказывается в ловушке.
Муж не работает, унижает её, называет «неполноценной» после родов. На руках — маленький сын, в кармане — ни копейки. Уйти некуда: квартира записана на него, родители далеко, подруги не могут помочь. А потом выясняется страшная правда: Дмитрий проколол презервативы, чтобы сделать её зависимой. Он никогда её не любил.
Однажды утром он исчезает. А к ней в дверь стучат трое. Крупный долг, кавказские бандиты, и главарь с холодными глазами по имени Алихан решает: жена должника — лучшая приманка.
Муж не работает, унижает её, называет «неполноценной» после родов. На руках — маленький сын, в кармане — ни копейки. Уйти некуда: квартира записана на него, родители далеко, подруги не могут помочь. А потом выясняется страшная правда: Дмитрий проколол презервативы, чтобы сделать её зависимой. Он никогда её не любил.
Однажды утром он исчезает. А к ней в дверь стучат трое. Крупный долг, кавказские бандиты, и главарь с холодными глазами по имени Алихан решает: жена должника — лучшая приманка.
Кофе был очень горячим и… он полетел прямо на чью‑то белоснежную рубашку.
Я подняла глаза. Волков стоял передо мной, весь в кофейных пятнах, и смотрел сверху вниз своими зелеными глазами. Его губы, которые, вероятно, привыкли улыбаться, сейчас были сжаты в тонкую линию.
— Ты серьёзно? — спросил он, приподнимая бровь.
Я подняла глаза. Волков стоял передо мной, весь в кофейных пятнах, и смотрел сверху вниз своими зелеными глазами. Его губы, которые, вероятно, привыкли улыбаться, сейчас были сжаты в тонкую линию.
— Ты серьёзно? — спросил он, приподнимая бровь.
Когда Ане в наследство от дедушки достаётся старинный дом, девушка не знала, что вместе с домом ей достаётся и второй жилец. Его называют Хищник. Замкнутый, враждебный парень, усыновлённый дедушкой Ани в детстве. Их совместное проживание — как хождение по лезвию ножа. Он не терпит чужих на своей территории. Она не готова уступать. И если дом запереть… То Аня останется в клетке с хищником.
Выберите полку для книги