Книги по тегу «настоящий мужчина»: ""

Я сижу на краю кровати, пальцы сжимают край простыни. Дверь резко распахивается — и он здесь. Глаза Громова горят, а дыхание сбито.
Не успеваю вдохнуть, как он уже передо мной. Его пальцы впиваются в мои плечи, и боль сладкая, потому что я хоть что-то чувствую.
— Ты решила поиграть в прятки, пышка? — шепчет горячо, а его губы в сантиметре от моего уха
— Я не играю! Мне... больно... — дрожу, но не от страха — от его дыхания на коже.
— Знаешь, что больнее? — Женя прижимает ладонь к моей груди, прямо над сердцем, будто хочет вырвать его. — Когда ты исчезаешь. Когда я не знаю, где ты. Когда эта пустота начинает меня есть.
— Ты не имеешь права... Я все слышала... — глаза наполняются слезами, но я не даю им упасть.
— Имею! Потому что ты — моя! — внезапно мягко, почти нежно проводит пальцем по моей щеке. — Всегда. Даже когда ненавидишь меня. Даже когда бежишь. И никто и никогда не будет любить тебя сильнее, чем я.

— Я хочу свободы в интимном плане. Ты стала другой, — сказал муж.
— Ага, Жень, прости, что я руковожу агентством, которое ставит ёлку в Кремле и ведёт свадьбу сыну нефтяного магната. В следующий раз постараюсь быть весёлой, голой и без графика.
Я говорила чётко, так говорю с клиентами, когда накануне банкета выясняется, что тётя не ест глютен, а дядя боится акробатов.
Мы прожили вместе девятнадцать лет. Я родила дочь, вела бизнес, вытаскивала его строительную фирму из кризиса, давала свои связи, клиентов.
А теперь — он хочет простоты.
Он хочет ту, у которой нет растяжек от родов, отчётов от налоговой и нервных ночей перед VIP-мероприятием.
Он хочет ту, у которой грудь стоит, а не «висит».
Он хочет себя двадцатилетнего — только поздно.
Я не стану умолять. Не стану разбирать по косточкам.
Ты крупно ошибся, милый. Потому что я — не фон. Я — событие. Я — та, под кого крутят свет, переставляют стулья и зовут оркестр.
И ты мог быть рядом.
Но теперь — смотри со стороны.
И

— А ты на что рассчитывала? Я мужик! Имею полное право жить, как я хочу. Бабло тебе кто присылал? — муж, уже почти бывший, нависает надо мной, а я теряюсь от последней его фразы.
— Что ты мне присылал? На что ты там имеешь право? — переспрашиваю и понимаю, что вопросы звучат глупо.
— Ты не придуривайся, Маша, — фыркает он и расставляет руки в стороны. — Всё, что есть в этой квартире, куплено на мои деньги.
От этого вранья и наглости я просто задыхаюсь, но внутри поднимается ещё и волна злости.
— Слушай сюда, Воронов, — закипаю я и радуюсь, что дети в школе. — Я от тебя ни копейки не получила за последние пять лет. Всё, что здесь, — тычу пальцем в пол, — находится, куплено на мои деньги. И дети наши одеваются за мой счёт. Так что проваливай к своей второй семье, и не смей сюда больше являться! На развод я уже подала!
Восемнадцать лет брака. Двое детей. Дом — полная чаша и рога под потолок. Супер, Маша! Ты смогла построить достойную семью (сарказм)!

– Даже не знаю, как сказать... Вчера такой интересный клиент заходил. Я глазам не поверила!
– Кто?
– Твой Максим!
Сердце пропускает удар. Почему Максим был в агентстве недвижимости?
– Может, по работе? У них же новый проект...
– Вот в том-то и дело! – Ирина наклоняется ближе, понижает голос. – Он смотрел дом. Шикарный особняк в "Сосновом бору". Знаешь этот поселок? Там участки от тридцати миллионов.
Тридцать миллионов. Мы ни разу не обсуждали покупку дома. Во всяком случае, я не помню таких разговоров.
– Наверное, для компании. Они же строят коттеджи, нужен демонстрационный...
– Лен, документы он оформлял на физлицо. На себя.
– И это еще не все. – Ирина явно наслаждается моментом. – Карина говорит, он приходил не один. С молоденькой такой блондиночкой!!

Есения, вы уверены, что это правильная поза для работы с документами? — в голосе начальника явно слышалась насмешка.
— Можете не сомневаться, — буркнула я, отчаянно пытаясь расцепить браслет, который намертво вплёлся в ремешок туфли.
Он устроился в кресле, и я почувствовала, как краснею — его колени оказались прямо перед моим лицом.
— Может, я могу чем-то помочь?
— Лучше просто сделайте вид, что меня здесь нет, — промямлила я.
— А если серьёзно? — он подался вперёд.
— Если серьёзно, то я застряла, — призналась я, чувствуя, как жар заливает щёки. — И да, мне нужна помощь… присоединяйтесь.
Даниил Петрович неторопливо отодвинул кресло и устроился напротив, не сводя с меня взгляда.
— Как скажешь, солнышко…
Я провела ночь с мужчиной, который олицетворял всё: власть, опасность, невероятную красоту и богатство. Но есть одна деталь, которая превращает эту историю в настоящий кошмар. Мою лучшую подругу он называет… дочерью.

У меня была жизнь, как в глянцевом журнале. Работа недалеко от дома, своя квартира, роскошные наряды, ящики косметики, надежный мужчина с машиной – полный набор для счастья современного человека. Все, о чем мечтают многие.
А я? А я решила в один день все это бросить и уехать работать сельским учителем математики с говорящим названием Забздышенское.
Сплетни здесь – главный вид спорта, образование – понятие относительное, а местные «мачо» разъезжают на тракторах, а не на Porsche. А наглости и самоуверенности-то сколько…

- Я Егорова Инна, новый учитель математики, меня вроде встречать должны были, но как-то не сложилось.
- Вот оно что, из города значит. Слышали. Инка, сладкая как апельсинка, приятно познакомиться, - ухмыльнулся мужик в свою бороду.
- Инна Викторовна, - поправила я, не желая в свой адрес слышать никаких фруктов. - Так что?
- Ну, садись, коль не шутишь, - совсем развеселился тракторист.
- Куда? - не совсем поняла я.
- Так на меня или ты тут другие места видишь?

Война окончена, и перед вдовствующей царицей встает вопрос - снова выйти замуж, чтобы создать новый политический союз и укрепить свою власть? Или поддаться призракам прошлого, находя утешение в омуте чувств? Сможет ли она забыть о мечтах и выполнить свой долг? И можно ли верить тому, кто клянется в вечной преданности, шепча ее имя как молитву?

— Это твоя любовница? Я не давала согласия на вторую жену!
— Не устраивай сцен. Ты сама всё развалила.
Пока я ухаживала за его больной матерью, он приводил любовницу домой.
Пока я боролась за детей, она обживалась в моем доме.
Теперь она называет мою дочь «солнышко» и подсовывает сыну подарки.
Они хотели вычеркнуть меня из семьи.
Тихо. По-восточному.
Но я — не из тех, кто уходит молча.

— Дописываю роман, — отвечаю механически.
— Опять не спала? Лена, это нездоровая одержимость. Ты третью ночь подряд не ложишься.
«Третью ночь? Я не помню первые две.»
— Скоро закончу.
Он подходит, заглядывает в экран. Я инстинктивно закрываю ноутбук, не понимая почему. Что там такого, что нельзя показать мужу?
— Что там такого секретного? — удивляется он. — Я же знаю, что ты пишешь роман о неверности.
«О неверности?» — повторяю я про себя. Мой роман о поиске себя, о женщине, которая создаёт альтернативную личность. Откуда Алексей взял, что он о неверности?
— Ты недавно рассказывала, что твоя героиня изменяет мужу с соседом. Помнишь?

Я увидел ее случайно и потерял покой. Сам не ожидал, что настолько помешаюсь на женщине. Для нее я лишь странный незнакомец, который однажды ей помог. Для меня она несбыточная мечта. Та, которую мне нельзя. Мы из разных миров. Ее жизнь — свобода, благополучие, успех. Моя — опасность, долг и грязная изнанка большого бизнеса. Я не принадлежу себе и давно смирился с этим. Мне нельзя оставаться с ней, но я не смог отойти в сторону…