Книги по тегу «настоящий мужчина»: ""
Игорь Мирошников уверен, что пяти секунд хватит, чтобы повлиять на жизнь. Воинственный рыжий парень видит будущее ровно на этот отрезок времени. Способность, что появилась после удара по голове для него то благо, то проклятье. Но лишь в одном Игорь на все сто: куда сложнее сдержать слово, чем предвидеть будущее. Произнесённую однажды клятву придётся пронести через всю жизнь или отказаться от себя. Этого не «отмотать» назад, а сдержал ли Игорь слово, как держит удары судьбы, покажет время.
— Алексей Вадимович, — выдыхаю, — это всё очень мило. Но вы мой босс. А я не сплю с начальством.
— Смелое заявление, — он подается вперед, понижая голос. — Но как маркетолог вы должны знать: на эксклюзивный товар всегда самый высокий спрос. Я умею играть в долгую, Нинель. И поверьте, я найду способ сделать так, чтобы ваше правило стало единственным, которое вам захочется нарушить.
У меня есть железное табу: никаких романов с боссами. Но мой новый начальник намерен доказать, что любые правила созданы лишь для того, чтобы их эффектно нарушать...
ОДНОТОМНИК!
НАРКОТИКОВ В КНИГЕ НЕТ!
— Смелое заявление, — он подается вперед, понижая голос. — Но как маркетолог вы должны знать: на эксклюзивный товар всегда самый высокий спрос. Я умею играть в долгую, Нинель. И поверьте, я найду способ сделать так, чтобы ваше правило стало единственным, которое вам захочется нарушить.
У меня есть железное табу: никаких романов с боссами. Но мой новый начальник намерен доказать, что любые правила созданы лишь для того, чтобы их эффектно нарушать...
ОДНОТОМНИК!
НАРКОТИКОВ В КНИГЕ НЕТ!
После развода мир Елены — это только работа и хоккейные тренировки сына. Мужчины в ее графике — лишняя проблема. Но конфликт в школе сталкивает с Евгением — властным и одиноким отцом другого юного хоккеиста.
Пока взрослые налаживают «логистику» чувств, дети устраивают им проверку на прочность. И когда вот-вот всё разрушится, звучит его уверенное: «Лена, всё будет».
Это история о том, как трудно снова стать счастливой женщиной, когда ты прежде всего — мать. И о том, что самый меткий бросок в сердце совершает тот, от кого не ждешь.
Пока взрослые налаживают «логистику» чувств, дети устраивают им проверку на прочность. И когда вот-вот всё разрушится, звучит его уверенное: «Лена, всё будет».
Это история о том, как трудно снова стать счастливой женщиной, когда ты прежде всего — мать. И о том, что самый меткий бросок в сердце совершает тот, от кого не ждешь.
Она была ангелом. Он выбрал бестию.
Катя Соловьёва — идеальная жена. Красивая, тихая, любящая. Та, которая прощает всё. Даже когда муж приходит с чужим запахом. Даже когда находит в его кармане презерватив. Даже когда видит их вдвоём в машине.
Она молчит. Она терпит. Она ждёт.
Алексей Соловьёв — успешный мужчина, который однажды позволил себе маленькую слабость. Рыжую, дерзкую, опасную. Снежана не просит — она берёт. Она будит в нём то, что он считал умершим. Она становится его наркотиком.
Но цена за этот наркотик — его семья.
Когда Катя узнаёт об измене, она не устраивает скандал. Она не бьёт посуду. Она просто… исчезает.
И только тогда Алексей понимает: ангелов не просто теряют. Их теряют навсегда.
Особенно если ангел уходит не одна.
Это история о любви, которая не прощает. О предательстве, которое не забывается. И о том, что иногда, чтобы обрести себя, нужно потерять всё.
«Ты от меня не уйдёшь», — сказала одна.
«Я подожду», — сказала другая.
Катя Соловьёва — идеальная жена. Красивая, тихая, любящая. Та, которая прощает всё. Даже когда муж приходит с чужим запахом. Даже когда находит в его кармане презерватив. Даже когда видит их вдвоём в машине.
Она молчит. Она терпит. Она ждёт.
Алексей Соловьёв — успешный мужчина, который однажды позволил себе маленькую слабость. Рыжую, дерзкую, опасную. Снежана не просит — она берёт. Она будит в нём то, что он считал умершим. Она становится его наркотиком.
Но цена за этот наркотик — его семья.
Когда Катя узнаёт об измене, она не устраивает скандал. Она не бьёт посуду. Она просто… исчезает.
И только тогда Алексей понимает: ангелов не просто теряют. Их теряют навсегда.
Особенно если ангел уходит не одна.
Это история о любви, которая не прощает. О предательстве, которое не забывается. И о том, что иногда, чтобы обрести себя, нужно потерять всё.
«Ты от меня не уйдёшь», — сказала одна.
«Я подожду», — сказала другая.
— Нам надо поговорить.
— Говори.
— Я встретил другую женщину.
— Встретил… и что?
— Я люблю её. И ты должна съехать с детьми из моей служебной квартиры.
Сердце не разрывается — оно будто падает в пустоту. Двадцать лет брака, двое детей, переезды, бессонные ночи, вера в «навсегда» — и всё перечёркнуто одним спокойным голосом.
— А я кто тогда?
— Ты… родная. Но с ней я живой.
Вот так. Без крика. Без скандала. Просто выбор — не в мою пользу.
Он думает, что я заплачу. Соберу вещи. Уйду красиво. Он ошибается.
Предательство — это не конец. Это точка отсчёта.
Когда муж выбирает другую, у жены есть два пути: сломаться… или вспомнить, кто она на самом деле.
Я выберу второе. И очень скоро он поймёт, что потерял гораздо больше, чем наш брак.
— Говори.
— Я встретил другую женщину.
— Встретил… и что?
— Я люблю её. И ты должна съехать с детьми из моей служебной квартиры.
Сердце не разрывается — оно будто падает в пустоту. Двадцать лет брака, двое детей, переезды, бессонные ночи, вера в «навсегда» — и всё перечёркнуто одним спокойным голосом.
— А я кто тогда?
— Ты… родная. Но с ней я живой.
Вот так. Без крика. Без скандала. Просто выбор — не в мою пользу.
Он думает, что я заплачу. Соберу вещи. Уйду красиво. Он ошибается.
Предательство — это не конец. Это точка отсчёта.
Когда муж выбирает другую, у жены есть два пути: сломаться… или вспомнить, кто она на самом деле.
Я выберу второе. И очень скоро он поймёт, что потерял гораздо больше, чем наш брак.
(44)
Абсолютно прагматичный человек, участковый полиции, однажды оказывается в месте, о существовании которого не то что никогда не задумывался, но даже и не подозревал подобную вероятность… И как теперь? Ведь надо же вернуться домой! Туда, где осталась девушка, от мыслей о которой в душе разливается приятное тепло…
Она потеряла всё в один день.
Королевство пало. Семья погибла. Магия, бывшая частью её существа, исчезла, подавленная древней силой, что пробуждается в лесах раз в году. Рыжеволосая принцесса Эльза, чьи зелёные глаза когда-то зажигали звёзды над её народом, осталась одна. Беззащитная. Сломленная.
Лес Луперкалия — место, куда не заходит ни один разумный путник. Здесь правят инстинкты, кровь и зов плоти, которому невозможно сопротивляться. Здесь её нашел ОН.
Он — Дамиан, наследник королевства орков.
Высокий, опасный, красивый той хищной красотой, от которой замирает сердце. Он взял её как трофей, как дар судьбы в ночь спаривания. Но она не сопротивлялась.
А наутро привел в свой дом.
Золотые чертоги орков хранят много тайн. Но главная тайна ждет Эльзу в покоях наследного принца. Дамиан не один. У него три брата. Три принца. И каждый — воплощение совершенно разной, но одинаково порочной, опасной и притягательной силы.
Королевство пало. Семья погибла. Магия, бывшая частью её существа, исчезла, подавленная древней силой, что пробуждается в лесах раз в году. Рыжеволосая принцесса Эльза, чьи зелёные глаза когда-то зажигали звёзды над её народом, осталась одна. Беззащитная. Сломленная.
Лес Луперкалия — место, куда не заходит ни один разумный путник. Здесь правят инстинкты, кровь и зов плоти, которому невозможно сопротивляться. Здесь её нашел ОН.
Он — Дамиан, наследник королевства орков.
Высокий, опасный, красивый той хищной красотой, от которой замирает сердце. Он взял её как трофей, как дар судьбы в ночь спаривания. Но она не сопротивлялась.
А наутро привел в свой дом.
Золотые чертоги орков хранят много тайн. Но главная тайна ждет Эльзу в покоях наследного принца. Дамиан не один. У него три брата. Три принца. И каждый — воплощение совершенно разной, но одинаково порочной, опасной и притягательной силы.
— Вы психолог? — вопрос девчонки с синими прядями в волосах был риторический. Она сидела в моем кабинете уже минут десять прекрасная понимая, кто перед ней.
— Да. — Конечно же я приняла правила ее игры, ответив.
— Тогда скажите, это нормально, что папа живёт с нами только по выходным?
Она показала фото на телефоне... моего мужа. Он, эта девчонка, теперь глядя на них рядом я поняла, почему она казалась мне такой знакомой, и женщина у него на коленях. Счастливая...
Я бросила взгляд на анкету Софии. Пятнадцать лет. Этой девочке — пятнадцать. Значит, практически с самого начала нашего брака он работал на две семьи.
Я довела сессию до конца, закрыла за ней дверь и села на пол.
Двадцать лет я учила людей спасать свои браки, а мой был мёртв с первого дня.
Мне бы сейчас выпить. Или разрыдаться. Или позвонить мужу и сказать всё, что я о нём думаю.
Вместо этого я поднялась, села на диван, ожидая нового клиента. Танцовщик из ночного клуба с зависимостью от случайных связей.
Мне бы его
— Да. — Конечно же я приняла правила ее игры, ответив.
— Тогда скажите, это нормально, что папа живёт с нами только по выходным?
Она показала фото на телефоне... моего мужа. Он, эта девчонка, теперь глядя на них рядом я поняла, почему она казалась мне такой знакомой, и женщина у него на коленях. Счастливая...
Я бросила взгляд на анкету Софии. Пятнадцать лет. Этой девочке — пятнадцать. Значит, практически с самого начала нашего брака он работал на две семьи.
Я довела сессию до конца, закрыла за ней дверь и села на пол.
Двадцать лет я учила людей спасать свои браки, а мой был мёртв с первого дня.
Мне бы сейчас выпить. Или разрыдаться. Или позвонить мужу и сказать всё, что я о нём думаю.
Вместо этого я поднялась, села на диван, ожидая нового клиента. Танцовщик из ночного клуба с зависимостью от случайных связей.
Мне бы его
🧡ЗАВЕРШЕНО! МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА!🧡
— Это не измена, Вика. Это физиология. Сброс напряжения, спорт, если хочешь!
Но его «спорт» вышел из-под контроля. Любовница в припадке ревности подожгла наш дом, меня чудом спас пожарный…
Месть — это блюдо, которое подают холодным? Чушь. Моя месть будет обжигающе горячей.
— Притворись моим парнем. Я заплачу.
Пожарный нависает надо мной, как скала:
— Деньги мне не нужны. Но сбить спесь с твоего мужа будет приятно.
— Значит, ты согласен?
— Согласен. Но у меня условие. Я не актер. Изображать страсть не умею.
Он наклоняется к моему уху, обжигая горячим дыханием:
— Если мы играем в пару, то играем по-настоящему…
— Это не измена, Вика. Это физиология. Сброс напряжения, спорт, если хочешь!
Но его «спорт» вышел из-под контроля. Любовница в припадке ревности подожгла наш дом, меня чудом спас пожарный…
Месть — это блюдо, которое подают холодным? Чушь. Моя месть будет обжигающе горячей.
— Притворись моим парнем. Я заплачу.
Пожарный нависает надо мной, как скала:
— Деньги мне не нужны. Но сбить спесь с твоего мужа будет приятно.
— Значит, ты согласен?
— Согласен. Но у меня условие. Я не актер. Изображать страсть не умею.
Он наклоняется к моему уху, обжигая горячим дыханием:
— Если мы играем в пару, то играем по-настоящему…
— Ну же! Дыши. Дыши, маленькая. Давай. У тебя вся жизнь впереди.
Девочка начинает кашлять, выплёвывая воду, и я наконец выдыхаю.
Успел.
— Ты как ангел, — вдруг шепчет она, дрожа от холода после ледяной воды.
Я смотрю в её голубые глаза и даже сквозь слезы и пережитый ужас вижу в них детское любопытство.
— Нет, мелкая, — пытаюсь улыбнуться. — Я спасатель.
— А это, разве не одно и то же?
Ответить не успеваю, сквозь толпу зевак к нам пробивается её мать. В женских глазах отражается ужас и… шок тот же, что накрывает и меня.
Восемь лет назад я разорвал отношения с этой женщиной, уехав на службу. Я решил, что так будет лучше для нее. И все бы ничего, у каждого своя жизнь, но почему у спасённой девчонки мои глаза?
Девочка начинает кашлять, выплёвывая воду, и я наконец выдыхаю.
Успел.
— Ты как ангел, — вдруг шепчет она, дрожа от холода после ледяной воды.
Я смотрю в её голубые глаза и даже сквозь слезы и пережитый ужас вижу в них детское любопытство.
— Нет, мелкая, — пытаюсь улыбнуться. — Я спасатель.
— А это, разве не одно и то же?
Ответить не успеваю, сквозь толпу зевак к нам пробивается её мать. В женских глазах отражается ужас и… шок тот же, что накрывает и меня.
Восемь лет назад я разорвал отношения с этой женщиной, уехав на службу. Я решил, что так будет лучше для нее. И все бы ничего, у каждого своя жизнь, но почему у спасённой девчонки мои глаза?
Выберите полку для книги