Книги по тегу «нежная героиня»: ""
Виктория — молодой нейрохирург, оказывается силой, унесенной в страну горячего солнца, и становится заложницей своей профессии.
В чужом мире у неё нет право на ошибку. Влиятельный шейх Карим, принудил работать Викторию в своих интересах. Но он даже не догадывается, что бросает невинную девушку в самое жерло интриг, опасностей и преград, которые она обязана преодолеть, чтобы выжить.
___________
Группа ВК 👉
https://vk.com/avtor_olga.anastasia
В чужом мире у неё нет право на ошибку. Влиятельный шейх Карим, принудил работать Викторию в своих интересах. Но он даже не догадывается, что бросает невинную девушку в самое жерло интриг, опасностей и преград, которые она обязана преодолеть, чтобы выжить.
___________
Группа ВК 👉
https://vk.com/avtor_olga.anastasia
Я открываю крышку ноутбука. Экран вспыхивает. На заставке — какой-то шаблонный пейзаж. Тянусь к браузеру, но первым делом выскакивает оповещение мессенджера.
Муж с кем-то переписывался накануне. Диалог вываливается прямо на меня.
«Я заеду за тобой в восемь вечера».
«Куда мы отправимся, милый?»
«Это будет для тебя сюрприз, моя сладкая девочка».
Я застываю, будто меня окатили ледяной водой. «Моя сладкая девочка» — так он меня никогда не называл.
Муж с кем-то переписывался накануне. Диалог вываливается прямо на меня.
«Я заеду за тобой в восемь вечера».
«Куда мы отправимся, милый?»
«Это будет для тебя сюрприз, моя сладкая девочка».
Я застываю, будто меня окатили ледяной водой. «Моя сладкая девочка» — так он меня никогда не называл.
Я спряталась от прошлого, но оно нашло меня. Муж грозился стереть меня в порошок. Единственный, кто мог меня защитить — мой загадочный сосед Александр. Он сказал: «Твоя безопасность в обмен на месяц с тобой». Я сказала «да». Это была сделка. Я не ожидала, что этот холодный человек вернет мне то, что я считала навсегда потерянным — себя.
Гром – самый непредсказуемый парень в городе, который меняет самых ярких девушек университета, одну за другой и участвует в подпольных боях. Но на одной из вечеринок друга его взяла «на слабо» сестра приятеля и предложила заключить пари:
– Спорим, ты не сможешь прожить и месяца, не затащив ни кого в постель? И чтобы вообще ни одной девки, слабо?
– Хорошо, не притронусь и к тебе, если только сама не попросишь. И других не трону. Но у меня тоже условие. – он хитро улыбнулся. – Жить будешь в моей квартире и спать в моей постели. И если выиграю я, станешь моей на три месяца, и тогда я буду делать с тобой всё, что захочу. У меня фантазия богатая.
– Спорим, ты не сможешь прожить и месяца, не затащив ни кого в постель? И чтобы вообще ни одной девки, слабо?
– Хорошо, не притронусь и к тебе, если только сама не попросишь. И других не трону. Но у меня тоже условие. – он хитро улыбнулся. – Жить будешь в моей квартире и спать в моей постели. И если выиграю я, станешь моей на три месяца, и тогда я буду делать с тобой всё, что захочу. У меня фантазия богатая.
— Тихо. — приказал Андрей Викторович. — Мы договорились… Ты согласилась на лечение и должна нам полностью доверять, а мы поможем тебе… со всеми твоими проблемами. Расслабься. Сегодня мы начнем с самого интересного и приятного.
Я вспыхнула и замерла, не в силах пошевелится, чувствуя как пальцы Дмитрия Сергеевича двинулись дальше.
— Мне нравится, когда материал такой… податливый. — усмехнулся он.
Мое лицо запылало еще сильней. Прижатая к стоматологическому креслу, я была абсолютно беспомощной и покорной, а их власть надо мной казалась безграничной.
“Податливый материал — это… это же я” — наконец дошло до меня.
Я вспыхнула и замерла, не в силах пошевелится, чувствуя как пальцы Дмитрия Сергеевича двинулись дальше.
— Мне нравится, когда материал такой… податливый. — усмехнулся он.
Мое лицо запылало еще сильней. Прижатая к стоматологическому креслу, я была абсолютно беспомощной и покорной, а их власть надо мной казалась безграничной.
“Податливый материал — это… это же я” — наконец дошло до меня.
Цикл:
#Ты будешь моей женой #1
(1227)
- Как давно ты её ревнуешь? - мужчина сделал глоток из бокала и посмотрел на своего друга.
- С чего ты взял? - Игнат вскинул бровь от удивления, но его взгляд был прикован к жене. - Да что за бред! Я её не ревную!
- Ты даже сейчас не сводишь с неё глаз, а в них огонь! И если кто-то приближается к твоей Маше, ты становишься зверем. Даже я боюсь иногда с ней разговаривать.
- Она просто моя жена. Ты же знаешь, как у нас всё началось.
- Как началось - знаю, а вот что будет дальше, даже боюсь представить. И если бы была твоя воля, ты бы надел на неё паранджу, потому что тонкая линия купальника у неё на бедрах сейчас для тебя, как красная тряпка для быка.
- Быки не реагируют на цвет.
- Быки - да, а твои глаза налиты ревностью, - и Марат громко рассмеялся.
Игнат фыркнул и резко поставил бокал на столик у бассейна.
- Выходи из бассейна! - приказал Игнат, но Маша не отреагировала.
Мужчина не стал больше разговаривать и прыгнул в бассейн... в одежде.
- С чего ты взял? - Игнат вскинул бровь от удивления, но его взгляд был прикован к жене. - Да что за бред! Я её не ревную!
- Ты даже сейчас не сводишь с неё глаз, а в них огонь! И если кто-то приближается к твоей Маше, ты становишься зверем. Даже я боюсь иногда с ней разговаривать.
- Она просто моя жена. Ты же знаешь, как у нас всё началось.
- Как началось - знаю, а вот что будет дальше, даже боюсь представить. И если бы была твоя воля, ты бы надел на неё паранджу, потому что тонкая линия купальника у неё на бедрах сейчас для тебя, как красная тряпка для быка.
- Быки не реагируют на цвет.
- Быки - да, а твои глаза налиты ревностью, - и Марат громко рассмеялся.
Игнат фыркнул и резко поставил бокал на столик у бассейна.
- Выходи из бассейна! - приказал Игнат, но Маша не отреагировала.
Мужчина не стал больше разговаривать и прыгнул в бассейн... в одежде.
Виктор Львов — богатый и властный олигарх, привыкший покупать всё.
Злата — бедная студентка-художница, случайно испортившая его костюм.
Чтобы оплатить долг, она должна стать его собственностью.
Он решил сломать ее, но не ожидал, что сам окажется в плену...
Злата — бедная студентка-художница, случайно испортившая его костюм.
Чтобы оплатить долг, она должна стать его собственностью.
Он решил сломать ее, но не ожидал, что сам окажется в плену...
Европа, середина XVIII века. Я, обычная девушка Лиза из XXI века, встретив Художника, стала попаданкой.
Про студенческие годы Ломоносова, биографический любовный роман
Все мое внимание привлекал один человек. Самый высокий среди них. Ростом метра два, а то и больше. Я не могла отвести от него взгляд: светлые белокурые волосы, потрясающей красоты лицо, широкие плечи, косая сажень в плечах, и то, как ловко и умело он дрался. Перевес явно был не на его стороне: большинство спорящих учёных были его оппонентами, но он не отступал и очень умело развешивал тумаки направо и налево.
Я невольно залюбовалась на него: Аполлон! Ну прямо Геракл! интересно что здесь происходит и где я вообще нахожусь?
Про студенческие годы Ломоносова, биографический любовный роман
Все мое внимание привлекал один человек. Самый высокий среди них. Ростом метра два, а то и больше. Я не могла отвести от него взгляд: светлые белокурые волосы, потрясающей красоты лицо, широкие плечи, косая сажень в плечах, и то, как ловко и умело он дрался. Перевес явно был не на его стороне: большинство спорящих учёных были его оппонентами, но он не отступал и очень умело развешивал тумаки направо и налево.
Я невольно залюбовалась на него: Аполлон! Ну прямо Геракл! интересно что здесь происходит и где я вообще нахожусь?
— Не унижайся. Срок нашей интрижки истёк.
— Интрижки? — глотаю слёзы.
— Успокойся! Мне тебя жалко . Но жалость– самое ужасное, что мужчина может испытывать к женщине.
– Я не верю тебе.
– Сейчас я абсолютно откровенен. Не надо мне названивать. Ты поняла, что всё кончено. Живи своей жизнью, за потраченное время я с тобой рассчитался.
— Рассчитался?..– повторяю еле слышно.
— А ты считаешь, что квартиры не достаточно за два месяца?– продолжает, ещё холоднее.– Хочешь больше? Малышка, ты явно себя переоцениваешь.
— Но ты сказал, что любишь…
— Я много чего говорил. Был момент — сказал. Теперь этот момент прошёл. Давай без театра. Не ищи меня через знакомых– это будет выглядеть дёшево. Удали мой номер и не пиши. Ты стала доступная! Мне нужна цель, а не вайфай без пароля!
— Интрижки? — глотаю слёзы.
— Успокойся! Мне тебя жалко . Но жалость– самое ужасное, что мужчина может испытывать к женщине.
– Я не верю тебе.
– Сейчас я абсолютно откровенен. Не надо мне названивать. Ты поняла, что всё кончено. Живи своей жизнью, за потраченное время я с тобой рассчитался.
— Рассчитался?..– повторяю еле слышно.
— А ты считаешь, что квартиры не достаточно за два месяца?– продолжает, ещё холоднее.– Хочешь больше? Малышка, ты явно себя переоцениваешь.
— Но ты сказал, что любишь…
— Я много чего говорил. Был момент — сказал. Теперь этот момент прошёл. Давай без театра. Не ищи меня через знакомых– это будет выглядеть дёшево. Удали мой номер и не пиши. Ты стала доступная! Мне нужна цель, а не вайфай без пароля!
– Женя, я просто хотела...
– Что ты хотела? – перебивает. Делает шаг вперед. Нависает надо мной. – Устроить очередной спектакль? Выставить меня на посмешище перед всеми?
Сердце колотится. Руки дрожат. Но я не отступаю.
– Я хотела справедливости, – выдавливаю я. – Ты полгода врал мне. Изменял. Обещал ей, что разведешься. А я должна была молчать?
– Справедливости? – он усмехается холодно. – Ты устроила публичную казнь, Людмила. Пригласила моих коллег, родителей, друзей. Показала видео, как я целую другую женщину. И называешь это справедливостью?
– А как еще я узнала бы правду? – голос срывается. – Ты бы продолжал врать!
– Может быть, – соглашается он спокойно. – А может, и нет. Не узнаешь теперь. Потому что выбрала войну. И знай – я не проигрываю. Никогда. У меня есть деньги, адвокаты, связи. А у тебя? Эмоции? Обида? Наивная вера в справедливость?
Он подходит вплотную. Берет мое лицо в ладони.
– Ты моя, Людмила. Всегда была. Всегда будешь. Развода не будет. Потому что я так решил
– Что ты хотела? – перебивает. Делает шаг вперед. Нависает надо мной. – Устроить очередной спектакль? Выставить меня на посмешище перед всеми?
Сердце колотится. Руки дрожат. Но я не отступаю.
– Я хотела справедливости, – выдавливаю я. – Ты полгода врал мне. Изменял. Обещал ей, что разведешься. А я должна была молчать?
– Справедливости? – он усмехается холодно. – Ты устроила публичную казнь, Людмила. Пригласила моих коллег, родителей, друзей. Показала видео, как я целую другую женщину. И называешь это справедливостью?
– А как еще я узнала бы правду? – голос срывается. – Ты бы продолжал врать!
– Может быть, – соглашается он спокойно. – А может, и нет. Не узнаешь теперь. Потому что выбрала войну. И знай – я не проигрываю. Никогда. У меня есть деньги, адвокаты, связи. А у тебя? Эмоции? Обида? Наивная вера в справедливость?
Он подходит вплотную. Берет мое лицо в ладони.
– Ты моя, Людмила. Всегда была. Всегда будешь. Развода не будет. Потому что я так решил
Выберите полку для книги