Книги по тегу «опасный герой»: ""
— Не спится, — сказал Аслан, когда среди ночи я пришла в его комнату.
— Нет.
— Зачем пришла?
Я не ответила. Прошла в комнату. Остановилась в паре шагов от него. Он не шелохнулся. Только рука, лежавшая на подлокотнике, медленно сжалась.
Я опустилась на колени.
Этот человек меня похитил. А я решила, что должна сбежать. Используя при этом любые способы, чтобы добиться свободы. Любые… способы.
— Нет.
— Зачем пришла?
Я не ответила. Прошла в комнату. Остановилась в паре шагов от него. Он не шелохнулся. Только рука, лежавшая на подлокотнике, медленно сжалась.
Я опустилась на колени.
Этот человек меня похитил. А я решила, что должна сбежать. Используя при этом любые способы, чтобы добиться свободы. Любые… способы.
- Так всё же скучала, кукла?
- Куклы больше нет. Сломалась. Вместо неё стойкий оловянный солдатик.
- Я солдатиками тоже играть люблю.
Я думала, что скрылась от него. Надеялась, что он не найдёт меня. Верила, что у меня есть время, чтобы прийти в себя после пережитого ада. Но нет. Как оказалось, времени у меня нет. Он меня нашел. Он снова хочет поиграть со своей любимой игрушкой.
- Куклы больше нет. Сломалась. Вместо неё стойкий оловянный солдатик.
- Я солдатиками тоже играть люблю.
Я думала, что скрылась от него. Надеялась, что он не найдёт меня. Верила, что у меня есть время, чтобы прийти в себя после пережитого ада. Но нет. Как оказалось, времени у меня нет. Он меня нашел. Он снова хочет поиграть со своей любимой игрушкой.
– Я не твой трофей!
– Не рыпайся. Иначе станешь не моим трофеем, а общим.
В следующую секунду Ахмед вжал меня в холодную, бетонную стену. Его огромное тело нависло надо мной, отрезая пути к отступлению. И с лёгкостью завёл над головой связанные руки, бесстыдно рассматривая мою фигуру так, словно я была перед ним совершенно голой.
– По обычаям Кавказа, украденная, незамужняя женщина остаётся с тем, кто её украл. Навсегда, – безжалостно спокойно произнёс Ахмед. – Ты будешь со мной до своей смерти.
Внезапно его хватка ослабла, и он провёл тыльной стороной ладони по моей мокрой щеке, стирая слёзы. Его прикосновение было неожиданно нежным, и от этого контраста с его жестокостью стало ещё страшнее.
– Ты – мой трофей.
Я рванулась, пытаясь его оттолкнуть, но это привело лишь к тому, что он развернул меня и прижал спиной к своей широкой груди.
– Моя.
– Не рыпайся. Иначе станешь не моим трофеем, а общим.
В следующую секунду Ахмед вжал меня в холодную, бетонную стену. Его огромное тело нависло надо мной, отрезая пути к отступлению. И с лёгкостью завёл над головой связанные руки, бесстыдно рассматривая мою фигуру так, словно я была перед ним совершенно голой.
– По обычаям Кавказа, украденная, незамужняя женщина остаётся с тем, кто её украл. Навсегда, – безжалостно спокойно произнёс Ахмед. – Ты будешь со мной до своей смерти.
Внезапно его хватка ослабла, и он провёл тыльной стороной ладони по моей мокрой щеке, стирая слёзы. Его прикосновение было неожиданно нежным, и от этого контраста с его жестокостью стало ещё страшнее.
– Ты – мой трофей.
Я рванулась, пытаясь его оттолкнуть, но это привело лишь к тому, что он развернул меня и прижал спиной к своей широкой груди.
– Моя.
— Ты убил моего мужа.
— Он был недостоин тебя, — произносит Архан с свойственным ему равнодушием.
— А ты? Ты чудовище.
— Да. Но это чудовище ты создала сама, когда сбежала.
Архан нашел меня спустя семь лет. Похитил с похорон и запер в своем особняке, как в золотой клетке, где уже живут его хищники и хищницы.
— Он был недостоин тебя, — произносит Архан с свойственным ему равнодушием.
— А ты? Ты чудовище.
— Да. Но это чудовище ты создала сама, когда сбежала.
Архан нашел меня спустя семь лет. Похитил с похорон и запер в своем особняке, как в золотой клетке, где уже живут его хищники и хищницы.
Я только-только закончила школу. В своих мечтах я уже веселилась с друзьями и ждала свой первый поцелуй с крутым одноклассником.
Но, вопреки моему желанию, родители увезли меня из столицы в глухую деревню на целый июль. Расстроенная этим фактом, я не ждала от отдыха ничего хорошего.
Пока один загадочный парень по имени Ману не привлек мое внимание.
Он категорически отказывается со мной сближаться и все время твердит, чтобы я держалась подальше, не понимая, что тем самым только разогревает мой интерес.
Но, вопреки моему желанию, родители увезли меня из столицы в глухую деревню на целый июль. Расстроенная этим фактом, я не ждала от отдыха ничего хорошего.
Пока один загадочный парень по имени Ману не привлек мое внимание.
Он категорически отказывается со мной сближаться и все время твердит, чтобы я держалась подальше, не понимая, что тем самым только разогревает мой интерес.
— Двигайся, — рычит он, распахивая дверь.
— Что? — но тут же понимаю, что велит мне пересесть.
Подобрав юбку, переползаю на пассажирское.
Хмыкнув, Кай опускается за руль, отодвигает кресло и сдаёт назад по этой узкой, больше похожей на тропу, дороге.
— Ты во дворце заскучала? — зло бросает он. — Приключений поехала искать на свою тощую задницу?
— Н-нет… — пищу я, вцепившись в ручку двери.
— Тебе права когда купили?
— Я…
— Месяц назад?
— Н-нет
— Рано поверила в себя, принцесса. Лучше катайся с водителем, как раньше.
Не выдерживаю… В носу предательски щиплет, губы дрожат, прорывается всхлип… Часто моргаю, дышу через рот… Только бы не разрыдаться при нём!
— Да не реви ты, — Кай резко бьёт по тормозам посреди леса. — Там небольшая царапина. Приедешь ко мне завтра — всё исправлю.
— Завтра? — шепчу, согласная на всё.
— Ну извини, сегодня я уже занят другими обезьянками с гранатами.
Молчу, глотая обиду.
— Я… мне без разницы.
— Ругать не будут?
— Кто?
— Конь в пальто.
— Что? — но тут же понимаю, что велит мне пересесть.
Подобрав юбку, переползаю на пассажирское.
Хмыкнув, Кай опускается за руль, отодвигает кресло и сдаёт назад по этой узкой, больше похожей на тропу, дороге.
— Ты во дворце заскучала? — зло бросает он. — Приключений поехала искать на свою тощую задницу?
— Н-нет… — пищу я, вцепившись в ручку двери.
— Тебе права когда купили?
— Я…
— Месяц назад?
— Н-нет
— Рано поверила в себя, принцесса. Лучше катайся с водителем, как раньше.
Не выдерживаю… В носу предательски щиплет, губы дрожат, прорывается всхлип… Часто моргаю, дышу через рот… Только бы не разрыдаться при нём!
— Да не реви ты, — Кай резко бьёт по тормозам посреди леса. — Там небольшая царапина. Приедешь ко мне завтра — всё исправлю.
— Завтра? — шепчу, согласная на всё.
— Ну извини, сегодня я уже занят другими обезьянками с гранатами.
Молчу, глотая обиду.
— Я… мне без разницы.
— Ругать не будут?
— Кто?
— Конь в пальто.
Я нажала на кнопку. Вспышка сработала.
Он обернулся медленно, как хищник, и его взгляд встретился с моим.
— Взять её, — произнёс он тихо.
Я бежала, но они оказались быстрее. Меня скрутили в парковке, прижали к бетону. Он подошёл, присел рядом, поднял мою камеру.
— Где карта памяти? — спросил с ледяным спокойствием.
— Я её выкинула.
— Лжёшь.
Карту я успела спрятать — в потайной карман пояса джинсов. Её не нашли.
Потом меня ударили. Или я ударилась сама. Не помню. Темнота накрыла быстро.
Очнулась я в горном доме. Деревянные стены, решётка на окне, кровать, одеяло. Голова гудела. На запястьях — следы от ремня.
Он вошёл без стука.
Я сняла то, чего видеть не должна была, — и теперь я его пленница в доме, затерянном среди гор. Он говорит, что не отпустит меня, пока я не отдам карту памяти, но его взгляд задерживается на мне слишком долго, а руки находят повод прикоснуться. Он хочет не только фотографию — это я уяснила быстро.
Он обернулся медленно, как хищник, и его взгляд встретился с моим.
— Взять её, — произнёс он тихо.
Я бежала, но они оказались быстрее. Меня скрутили в парковке, прижали к бетону. Он подошёл, присел рядом, поднял мою камеру.
— Где карта памяти? — спросил с ледяным спокойствием.
— Я её выкинула.
— Лжёшь.
Карту я успела спрятать — в потайной карман пояса джинсов. Её не нашли.
Потом меня ударили. Или я ударилась сама. Не помню. Темнота накрыла быстро.
Очнулась я в горном доме. Деревянные стены, решётка на окне, кровать, одеяло. Голова гудела. На запястьях — следы от ремня.
Он вошёл без стука.
Я сняла то, чего видеть не должна была, — и теперь я его пленница в доме, затерянном среди гор. Он говорит, что не отпустит меня, пока я не отдам карту памяти, но его взгляд задерживается на мне слишком долго, а руки находят повод прикоснуться. Он хочет не только фотографию — это я уяснила быстро.
Мое имя означает «подарок».
Так называла меня мать. Вот только она не сказала, кому именно меня подарили.
Я узнала правду в день ее смерти, когда загадочный парень с внешностью олимпийца и взглядом чудовища явился в фамильный склеп.
Он посмотрел мне в глаза – и там заклубилась тьма. А сердце предательски дрогнуло.
Отец считает его врагом и пытается защитить меня от его инфернальной силы. Но разве это возможно, если я сама жажду принадлежать ему?
Хочется верить, что его влечение ко мне – всего лишь страсть. Но в его глазах я вижу не только желание. Я вижу голод.
Неутолимый голод проклятого монстра.
И мне остается лишь понять: что именно он хочет поглотить во мне?
Не душу ли?
Х.Э. 💘Гарантирован.
ОДНОТОМНИК
Автор и его муз ждут ваших сердечек и комментариев).😍
Так называла меня мать. Вот только она не сказала, кому именно меня подарили.
Я узнала правду в день ее смерти, когда загадочный парень с внешностью олимпийца и взглядом чудовища явился в фамильный склеп.
Он посмотрел мне в глаза – и там заклубилась тьма. А сердце предательски дрогнуло.
Отец считает его врагом и пытается защитить меня от его инфернальной силы. Но разве это возможно, если я сама жажду принадлежать ему?
Хочется верить, что его влечение ко мне – всего лишь страсть. Но в его глазах я вижу не только желание. Я вижу голод.
Неутолимый голод проклятого монстра.
И мне остается лишь понять: что именно он хочет поглотить во мне?
Не душу ли?
Х.Э. 💘Гарантирован.
ОДНОТОМНИК
Автор и его муз ждут ваших сердечек и комментариев).😍
— Твой брат торчит моему боссу круглую сумму...
— Я накоплю! Все до копейки выплачу, только отпусти меня!
— Я похож на идиота, Вероника? Мне не нужны деньги, милая, ведь есть в тебе кое-что поинтереснее…
Когда непутевый брат в очередной раз скрылся от кредиторов, долги повесили на старшую сестру — Веронику. Её муж трусливо отступил. Полиция развела руками: «Нет тела — нет дела». Цепляясь за последнюю надежду, она приехала к заброшенному мосту на зов брата. Но в темноте ждал не он, а Игнат — холодный и расчетливый «вышибала». Его правило просто: нет денег — платишь собой. Теперь Вероника его «живой депозит».
— Я накоплю! Все до копейки выплачу, только отпусти меня!
— Я похож на идиота, Вероника? Мне не нужны деньги, милая, ведь есть в тебе кое-что поинтереснее…
Когда непутевый брат в очередной раз скрылся от кредиторов, долги повесили на старшую сестру — Веронику. Её муж трусливо отступил. Полиция развела руками: «Нет тела — нет дела». Цепляясь за последнюю надежду, она приехала к заброшенному мосту на зов брата. Но в темноте ждал не он, а Игнат — холодный и расчетливый «вышибала». Его правило просто: нет денег — платишь собой. Теперь Вероника его «живой депозит».
Голос бандита разрушил моё счастье в первую брачную ночь:
– Продай невесту, и долг уплачен.
– Согласен.
Моё сердце разбилось на тысячи осколков. Вместо любви — предательство. Я решилась на самый отчаянный шаг – сбежать. И стала добычей мужчины, возникшего в ночи, будто из страшных снов.
Дамир сделал шаг ко мне в полумраке горного домика. Тусклый свет лампы играл тенями на его лице, подчёркивая тёмную линию щетины и серебристые капли пота на лбу.
– Сегодня должна была быть твоя первая брачная ночь? Ты проведёшь её со мной. И последующие тоже.
– Умоляю… Отпусти меня…
Я отступала, чувствуя, как промокшее от дождя свадебное платье прилипло к телу. Нога предательски поскользнулась, он подхватил меня за талию прижимая. Так крепко, что я почувствовала каждую складочку на его одежде.
В его глазах плясали опасные огоньки, а губы, почти прикасаясь к моим, обожгли кожу тихим ультиматумом:
– Даю десять секунд, чтобы избавиться от свадебного платья. Или я сорву его сам.
– Продай невесту, и долг уплачен.
– Согласен.
Моё сердце разбилось на тысячи осколков. Вместо любви — предательство. Я решилась на самый отчаянный шаг – сбежать. И стала добычей мужчины, возникшего в ночи, будто из страшных снов.
Дамир сделал шаг ко мне в полумраке горного домика. Тусклый свет лампы играл тенями на его лице, подчёркивая тёмную линию щетины и серебристые капли пота на лбу.
– Сегодня должна была быть твоя первая брачная ночь? Ты проведёшь её со мной. И последующие тоже.
– Умоляю… Отпусти меня…
Я отступала, чувствуя, как промокшее от дождя свадебное платье прилипло к телу. Нога предательски поскользнулась, он подхватил меня за талию прижимая. Так крепко, что я почувствовала каждую складочку на его одежде.
В его глазах плясали опасные огоньки, а губы, почти прикасаясь к моим, обожгли кожу тихим ультиматумом:
– Даю десять секунд, чтобы избавиться от свадебного платья. Или я сорву его сам.
Выберите полку для книги