Книги по тегу «очень откровенно и горячо»: ""
Диана узнаёт об измене мужа, и в самый тяжёлый момент рядом оказывается Влад — её свёкор. Его поддержка быстро становится чем-то куда более опасным. Но готова ли Диана разрушить прошлую жизнь ради мужчины, которого не должна была подпускать так близко?
Я ненавидел её три года.
Вика. Бывшая невестка. Она пришла в мой архив просить работу, а от неё пахло гарью — тем же дымом, что преследует меня в кошмарах. Я думал, она просто сломлена. Но она носит тайну. О той ночи. И о том, кто теперь охотится за ней, выжигая круги по карте её прошлого.
Я хотел вырвать из неё правду любой ценой. А получилось так, что между нами вспыхнуло то, чему нет названия. Запретное. Грязное. Неправильное.
Мне сорок четыре, ей двадцать четыре. Между нами кровь, ложь и прикосновения, от которых у обоих сносит крышу.
Я — пожарный. Я тушил сотни огней. Но этот пожар разожгла она. И теперь я либо сгорю, либо спасу нас любой ценой.
Вика. Бывшая невестка. Она пришла в мой архив просить работу, а от неё пахло гарью — тем же дымом, что преследует меня в кошмарах. Я думал, она просто сломлена. Но она носит тайну. О той ночи. И о том, кто теперь охотится за ней, выжигая круги по карте её прошлого.
Я хотел вырвать из неё правду любой ценой. А получилось так, что между нами вспыхнуло то, чему нет названия. Запретное. Грязное. Неправильное.
Мне сорок четыре, ей двадцать четыре. Между нами кровь, ложь и прикосновения, от которых у обоих сносит крышу.
Я — пожарный. Я тушил сотни огней. Но этот пожар разожгла она. И теперь я либо сгорю, либо спасу нас любой ценой.
Я покажу этому нарушителю тишины!
Мерзавец пожалеет.
— Вы можете... — и все слова застревает в горле, потому что мой несносный сосед стоит передо мной. Без всего.
Божечки-кошечки!
— ...быть потише, — сдавленно пищу, глазея на этого распутного красавчика.
— Я в своей квартире. И делаю, что хочу. — Открыто хамит и изгибает губы в ухмылочке.
— Вы нарушаете общественную ти...
— ...или будоражу тебя, детка? — и пылко прижимает меня к своей обнаженной груди.
Мерзавец пожалеет.
— Вы можете... — и все слова застревает в горле, потому что мой несносный сосед стоит передо мной. Без всего.
Божечки-кошечки!
— ...быть потише, — сдавленно пищу, глазея на этого распутного красавчика.
— Я в своей квартире. И делаю, что хочу. — Открыто хамит и изгибает губы в ухмылочке.
— Вы нарушаете общественную ти...
— ...или будоражу тебя, детка? — и пылко прижимает меня к своей обнаженной груди.
— Я серьёзно, — улыбается он. — Зову тебя на свидание.
— Матвеев, ты слышал хоть слово из того, что я сказала? Между нами — преподаватель и студент. Точка. Никаких свиданий, никаких «Василис», никаких намёков. Понял?
Андрей не отступает. Он делает шаг ближе, чуть наклоняется ко мне — капюшон худи чуть сползает, открывая обесцвеченные пряди.
— А если я не хочу «точки»? Что, если мне нравится, когда ты злишься?
— Нравится? — я поднимаю бровь. — Значит, ты просто мазохист. Потому что сейчас я очень зла. И вполне могу тебя стукнуть.
Он усмехается:
— Ну да. Мазохист. Стукни меня, детка, — провокационно и насмешливо говорит он.
В аудитории ещё остались несколько студентов — они замерли, делая вид, что ищут что‑то в сумках.
— Все свободны. Немедленно!
— Матвеев, ты слышал хоть слово из того, что я сказала? Между нами — преподаватель и студент. Точка. Никаких свиданий, никаких «Василис», никаких намёков. Понял?
Андрей не отступает. Он делает шаг ближе, чуть наклоняется ко мне — капюшон худи чуть сползает, открывая обесцвеченные пряди.
— А если я не хочу «точки»? Что, если мне нравится, когда ты злишься?
— Нравится? — я поднимаю бровь. — Значит, ты просто мазохист. Потому что сейчас я очень зла. И вполне могу тебя стукнуть.
Он усмехается:
— Ну да. Мазохист. Стукни меня, детка, — провокационно и насмешливо говорит он.
В аудитории ещё остались несколько студентов — они замерли, делая вид, что ищут что‑то в сумках.
— Все свободны. Немедленно!
— Какой же ты всё-таки жалкий… — я даже не пыталась сдержать язык за зубами. — Гора мышц, раздутого самомнения и пустых амбиций. И всё, чтобы скрыть трусливое нутро…
— Что ты сказала?.. — прорычал Самохвалов.
— Да что слышал!
Меня несло в степь, из которой было не выбраться. Годы унижений выплеснулись потоком ядовитой правды.
— Возомнил себя вершителем чужих судеб… А на деле ты всего лишь тщеславный слизняк, заслуги которого исчисляются чужими проектами.
— Да как ты… Как ты смеешь?! Да я тебе…
— Ну… Ну! Договаривай, — сделав уверенный шаг, оказалась слишком близко к боссу. — Что ты можешь мне сделать?! Я тебя не боюсь…
Стоило только произнести это, как свет во всём доме погас, а в двери щёлкнул замок.
Поздним вечером я заявилась к ненавистному боссу, чтобы потребовать увольнения. Мне не терпелось высказать ему всё, что копилось годами в душе. Но… Судьба сыграла со мной злую шутку. Мы оказались заперты с ним вдвоём на всю ночь.
И эту жаркую ночь я не забуду никогда...
— Что ты сказала?.. — прорычал Самохвалов.
— Да что слышал!
Меня несло в степь, из которой было не выбраться. Годы унижений выплеснулись потоком ядовитой правды.
— Возомнил себя вершителем чужих судеб… А на деле ты всего лишь тщеславный слизняк, заслуги которого исчисляются чужими проектами.
— Да как ты… Как ты смеешь?! Да я тебе…
— Ну… Ну! Договаривай, — сделав уверенный шаг, оказалась слишком близко к боссу. — Что ты можешь мне сделать?! Я тебя не боюсь…
Стоило только произнести это, как свет во всём доме погас, а в двери щёлкнул замок.
Поздним вечером я заявилась к ненавистному боссу, чтобы потребовать увольнения. Мне не терпелось высказать ему всё, что копилось годами в душе. Но… Судьба сыграла со мной злую шутку. Мы оказались заперты с ним вдвоём на всю ночь.
И эту жаркую ночь я не забуду никогда...
Когда-то она увидела его и запомнила на долгие годы. Он разочаровался в любви и не верит женщинам. Встреча на море оказалась полной неожиданностью для обоих.
Она хранит тайну происхождения - он ради нее ввязывается в опасную игру с бандитами, угрожающими ее отцу.
Тайное всегда становится явным: правда вскрылась, разбросав их по разные стороны баррикады. Смогут ли они примириться с прошлым и простить его, чтобы соединиться?
В ЭТОЙ ИСТОРИИ ВЫ ВСТРЕТИТЕ:
•Любовь вопреки
•От любви до ненависти и наоборот
•Надежный и настоящий мужчина, который ради ее спасения рискует всем
•Сильная героиня, способная не только наблюдать издалека за его жизнью
•Сильные чувства
•Яркие эмоции
Она хранит тайну происхождения - он ради нее ввязывается в опасную игру с бандитами, угрожающими ее отцу.
Тайное всегда становится явным: правда вскрылась, разбросав их по разные стороны баррикады. Смогут ли они примириться с прошлым и простить его, чтобы соединиться?
В ЭТОЙ ИСТОРИИ ВЫ ВСТРЕТИТЕ:
•Любовь вопреки
•От любви до ненависти и наоборот
•Надежный и настоящий мужчина, который ради ее спасения рискует всем
•Сильная героиня, способная не только наблюдать издалека за его жизнью
•Сильные чувства
•Яркие эмоции
— Придержите комплименты для других пациентов. У меня вообще-то муж есть.
Доктор поднимает на меня хищный взгляд и ухмыляется.
— Да, я умею читать. Тут написано, — длинным пальцем стучит по бумагам и интересуется, — Хотите знать мое мнение насчет этого?
— Честно говоря, нет.
— А я все равно отвечу, — в глазах напротив разгорается дьявольский блеск, а мужчина беззастенчиво облизывает губы языком, — Муж не стенка, подвинется.
Ошеломлённо выдыхаю, шокированная чужой наглостью. Да какой нормальный врач скажет такое?!
— Вы же понимаете, что я пришла сюда только для того, чтобы проверить здоровье?, — цежу сквозь зубы, сдерживая злость, — Поскольку мы с мужем хотим завести второго ребенка?
— Не волнуйтесь Таисия, — ухмылка врача становится наглее, пока он хрипло растягивает слова, — Сегодня я сделаю все возможное, чтобы через девять месяцев вы стали мамой.
Доктор поднимает на меня хищный взгляд и ухмыляется.
— Да, я умею читать. Тут написано, — длинным пальцем стучит по бумагам и интересуется, — Хотите знать мое мнение насчет этого?
— Честно говоря, нет.
— А я все равно отвечу, — в глазах напротив разгорается дьявольский блеск, а мужчина беззастенчиво облизывает губы языком, — Муж не стенка, подвинется.
Ошеломлённо выдыхаю, шокированная чужой наглостью. Да какой нормальный врач скажет такое?!
— Вы же понимаете, что я пришла сюда только для того, чтобы проверить здоровье?, — цежу сквозь зубы, сдерживая злость, — Поскольку мы с мужем хотим завести второго ребенка?
— Не волнуйтесь Таисия, — ухмылка врача становится наглее, пока он хрипло растягивает слова, — Сегодня я сделаю все возможное, чтобы через девять месяцев вы стали мамой.
Я бежала через полстраны, чтобы больше никогда не бояться ни одного мужчины. А потом он толкнул дверь моего бара... И я поняла, что бояться только начинаю.
Его называют Бессмертным. Он — меч Каморры, человек, который ломает кости так же спокойно, как другие пьют утренний кофе. И он владеет баром, где я разливаю палёный виски. Как и всем этим городом. И нет ни одной двери, за которой он меня не найдёт.
Меня зовут Алисия. Я давно научилась не поднимать глаз, потому что так безопаснее. Но в тот вечер всё же подняла. На него. Он пообещал, что я буду принадлежать ему целиком, до последней капли дыхания. А я ударила его по лицу. Он лишь улыбнулся в ответ.
Он — тьма, в которой тонет этот город. А я — единственный свет, который он позволил себе захотеть. Но за ним всегда идёт война. И в ночь, когда она придёт за мной, я узнаю, на что готов Бессмертный ради того, что назвал своим.
«Я знала: этот человек — зло. Но у зла были чертовски красивые руки».
Его называют Бессмертным. Он — меч Каморры, человек, который ломает кости так же спокойно, как другие пьют утренний кофе. И он владеет баром, где я разливаю палёный виски. Как и всем этим городом. И нет ни одной двери, за которой он меня не найдёт.
Меня зовут Алисия. Я давно научилась не поднимать глаз, потому что так безопаснее. Но в тот вечер всё же подняла. На него. Он пообещал, что я буду принадлежать ему целиком, до последней капли дыхания. А я ударила его по лицу. Он лишь улыбнулся в ответ.
Он — тьма, в которой тонет этот город. А я — единственный свет, который он позволил себе захотеть. Но за ним всегда идёт война. И в ночь, когда она придёт за мной, я узнаю, на что готов Бессмертный ради того, что назвал своим.
«Я знала: этот человек — зло. Но у зла были чертовски красивые руки».
— Рассказывай всё по порядку. С самого начала.
Я рассказываю. Про Аню, про разгромленную комнату, про сообщение, про фото. Голос срывается, но я держусь.
— Я могу найти твою сестру за несколько часов. У меня везде люди. Если она в городе — найдут. Но, Лиза... помощь не бесплатна.
— Я заплачу. У меня есть деньги...
— Мне не нужны твои копейки. У меня другое предложение. У меня скоро важные переговоры с иностранцами. Контракт на сотни миллионов. Мне нужно, чтобы кто-то поставил мне речь, научил этикету, манерам. Ты же учительница?
— Русского и литературы.
— Значит, так. Я нахожу твою сестру, привожу её целой и невредимой. Но ты, Лиза, переезжаешь ко мне. Будешь моим личным репетитором. Жить в моём доме, учить меня говорить и вести себя. А заодно на публике сыграешь мою невесту. Для солидности.
— Вы... вы серьёзно?
— Абсолютно. Ты хочешь спасти сестру? Я даю тебе этот шанс.
— А если я откажусь?
— Откажешься — иди в милицию. Я не держу.
— Хорошо. Я согласна. Найдите Аню.
Я рассказываю. Про Аню, про разгромленную комнату, про сообщение, про фото. Голос срывается, но я держусь.
— Я могу найти твою сестру за несколько часов. У меня везде люди. Если она в городе — найдут. Но, Лиза... помощь не бесплатна.
— Я заплачу. У меня есть деньги...
— Мне не нужны твои копейки. У меня другое предложение. У меня скоро важные переговоры с иностранцами. Контракт на сотни миллионов. Мне нужно, чтобы кто-то поставил мне речь, научил этикету, манерам. Ты же учительница?
— Русского и литературы.
— Значит, так. Я нахожу твою сестру, привожу её целой и невредимой. Но ты, Лиза, переезжаешь ко мне. Будешь моим личным репетитором. Жить в моём доме, учить меня говорить и вести себя. А заодно на публике сыграешь мою невесту. Для солидности.
— Вы... вы серьёзно?
— Абсолютно. Ты хочешь спасти сестру? Я даю тебе этот шанс.
— А если я откажусь?
— Откажешься — иди в милицию. Я не держу.
— Хорошо. Я согласна. Найдите Аню.
Мое обнаженное тело прикрывает лишь длинная белая накидка – символ чистоты, того, что я невинна. Меня украли, когда мы с подругой отдыхали в Турции, а после продали шейху Эмирхану ибн Аслан Аль Мактуму за баснословные деньги. Больше моя жизнь никогда не будет прежней, ведь теперь я в его плену.
Выберите полку для книги