Книги по тегу «очень эмоционально»: ""

– Так, – процедил Кирилл, – уточним условия. За полгода кто-то из нас должен переспать с Юлечкой. Что считается доказательством?
– Видео.
– И её добровольное согласие, полагаю?
– Конечно. Исключительно добровольно.
– Забились. Будет тебе шоу.

Преуспевающий бизнесмен, главный редактор успешного мужского журнала Кирилл Стоцкий и гендиректор Издательского дома Давид заключают беспринципное пари: кто из них сможет первым покорить невинную стажёрку Юлю? На кону – большие деньги и карьера Стоцкого.
Кто будет играть честно, а кто не побоится грязных методов? Ведь в борьбе хороши все средства! И, возможно, спор кончится совсем не тем, на что рассчитывали оба.
Потому что Юлечка не так проста, как кажется. И к тому же в планы мужчин вмешивается еще кое-кто – со своими личными интересами...

— Непокорная дрянь, — оскорбляет меня муж-тиран перед гостями, прямо на свадьбе со своей второй женой, — ты обязана целовать мои ноги за то, что я позволил тебе остаться в моем доме служанкой, а не обрил налысо и не выслал в аул…
— Целовать ноги, — усмехаюсь в лицо жестокому горцу, — ты силой забрал меня из семьи и два года держишь в плену, заставляя родить наследника! Я ненавижу и проклинаю тебя и весь твой род, Гадим Усманов.
В ресторане повисает тишина.
Даже музыканты перестают играть.
— Неблагодарная шармута, — рычит в ярости муж, подзывая охрану, — ты сама напросилась, Диана, придется наказать тебя при гостях, а потом…

— Они в подсобке, мам! — хрипит сын, с размахом впечатывая капитанский шлем в стену так, что трескается пластик. — Моя Лена и отец! Они там!

Весь мой воздух выбивает из легких…мозг отчаянно не хочет верить, что двадцать лет брака только что размазали по грязному бетону ледовой арены.

Так подло, низко и жестоко.
Он прямо сейчас ломает не только нас, он уничтожает собственного сына.

— Я убью его! — рычит Захар, делая шаг к двери. — Их двоих!

— Стоять.

Из тени коридора появляется Глеб, лучший друг моего мужа и крестный нашего сына. Он перехватывает Захара, намертво блокирует путь, впечатывая его плечом в стену.

— Ты не полезешь в эту грязь, парень. Тебе надо выдохнуть, — чеканит он и переводит на меня свой тяжелый, пронизывающий взгляд. — Агата, иди к моей машине. Я отвезу тебя.

🔥 ПОСЛЕДНИЙ ДЕНЬ СКИДКИ🔥 ПОВЫШЕНИЕ ЦЕНЫ🔥

Глеб останавливает машину возле вокзала.
– Вышла.
– Глеб, – слова царапают горло, – пожалуйста…
– Видеть тебя не хочу, – бросает отрывисто. – Бери билет до своей деревни и проваливай.
– Но сейчас ночь! Я не могу ночевать на улице!
– Мне плевать.
– Я беременна! – срываюсь на крик. – Это твой ребёнок...
Глеб как с цепи срывается. Хватает за плечи и прижимает к холодному мрамору здания.
– Заткнись! – рявкает. – Ты блудливая гадина, укусила руку, с которой ела.
– Да пошёл ты! – выхожу из себя. – Хочешь сказать, я тебе не ровня?! Так иди к своей Снежане!
– И пойду.
– Глеб!
Нога подворачивается, и я падаю.
Но не чувствую боли в разбитых ладонях. Она вся – в животе.
Опускаю взгляд и вижу, как в темноте на светлых джинсах расползается чёрное пятно…

Любимый бросил меня ночью на вокзале.
Я ушла. Переехала на юг.
Но через четыре года бывший вернулся вместе со Снежаной.
И узнаёт тайну, которую я хранила всё это время…

- Проходите, вы его новая клиентка? - отвечаю стройной блондинке.
- Я его любовница. Михаил со мной спит, пока шатаешься по бесконечным командировкам. Будем знакомы, Оксана, - протягивает ладонь с длинным ядовито-кислотным маникюром.
- Даже так? Очень интересно, - игнорирую ее жест.
- Отпусти его, сколько можно привязывать к себе мужчину? У нас с ним любовь, но воспитание и жалость к тебе, не позволяют Мише уйти из семьи, - продолжает нагло.
- Правда? Я так рада, это потрясающее чувство. Михаил Александрович мужчина с характером, властный, терпеть не может когда женщина за него решает, - с улыбкой отвечаю любовнице. – Шуруй отсюда, пока не узнал, что промышляешь за его спиной. Выбросит ведь, как ненужную побрякушку, и глазом не моргнет.
- Хорошо держишься, молодец, - хмыкает Оксана, - цепляешься за последнюю возможность? По-женски жаль тебя, возраст стремится к сорока, вот и приходится мириться с рогами. Он изменяет, так и знай, спрятаться за показным равнодушием не получится...

💥 ЭКСКЛЮЗИВ 💥
- Не трогай меня, отпусти! – отталкиваю мужа.
- Даша, прошу, успокойся. Я все объясню, - его крик полон отчаяния.
Возможно, впервые в жизни я вижу страх в глазах Соколовского.
Еще бы!
Понимает. Знает.
Это все. Точка.
Окончательная и бесповоротная.
- Пошел отсюда вон! – выдыхаю из последних сил.
Ощущение, в легких стекло.
- Я люблю тебя, пойми. Люблю.
- Правда? Именно поэтому оплодотворил мою мать? Захар, ты циничное чудовище, - отвешиваю мужу оплеуху.

— Ваш муж продал вас, — бросает он мне как нечто обыденное.
— Что, простите?
В зале орет музыка, поэтому первое мгновение мне кажется, будто я ослышалась.
— В смысле продал?
Босс совершенно точно не собирается мне ничего объяснять. От него веет властью и вседозволенностью.
— Мне еще нужно переговорить с некоторыми людьми. А потом поедем ко мне.
— К вам? В кабинет, что ли?
— Ко мне в пентхаус. Тут недалеко.
По спине ползет ледяная струйка пота. Я босса побаиваюсь.
— Зачем?
— За шкафом! — дерзит босс. — Я тоже не в восторге, но как есть.
Богачи, наделенные властью, спят с девицами лет на десять моложе, а не с теми, кто ходит со своим пакетом в супермаркет.
— Вы решили меня соблазнить?
— Я решил хоть как-то взыскать долг с вашего непутевого мужа.
Мои глаза округляются до размера блюдец.
— Назар Владимирович, я, конечно, все понимаю. И если вы серьезно, то мой ответ «нет».
— Что значит — нет?

НЕЦЕНЗУРНАЯ БРАНЬ.😉 

📚📚📚

- Ты доигралась, поняла?!

Он тычет в меня пальцем, дыхание рваное, будто сдерживает ярость.

- Отлично, Павлов. Значит, теперь ты знаешь, каково это, когда тебя бьют без предупреждения.

- Ты нарываешься!

-  А ты заслужил!

Наконец могу выдохнуть, когда его фигура покидает пространство. Делаю глубокий вдох, которого не хватало, а вот в легкие ударяет запах его парфюма вперемешку с табаком.

Смотрю на свое отражение. На раскрасневшиеся щеки и затуманенный взгляд. Я сошла с ума. И, кажется, вновь попала в Павловские сети.

Стаканчик кофе, который изменил всё. Ну вот, возьми и выброси его, но нет — я оскорбилась. Теперь прячусь от парня, с которым не стоило даже говорить. Но кто мог знать, что он настолько сумасшедший псих?

Наклоняюсь. Расстояние между нашими лицами сокращается до пары сантиметров. Она прижимается спиной к твёрдой поверхности. Глаза широко распахнуты. В них — паника и… что-то ещё. То самое, что я уже сегодня видел.

— Давай проверим, — говорю я, — лжёшь ты или нет.

Поднимаю руку. Ксюша замирает, почти не дыша. Я не касаюсь её. Веду большим пальцем по воздуху в миллиметре от её рта.

— Губы дрожат, — констатирую я. — От злости? Или от того, что я так близко?

Она пытается что-то сказать, но только сглатывает. Я продолжаю скользить пальцем вдоль линии её челюсти к шее. Останавливаюсь там, где под тонкой кожей бешено бьётся пульс — так часто, что я почти ощущаю его вибрацию. Наконец я её касаюсь — легко, едва ощутимо.

— А здесь… — говорю я, глядя прямо в её глаза. — Это от ненависти, Ксюша? — Она молчит, но рваное дыхание выдаёт её с головой. — Если у тебя есть парень, то почему ты таешь от меня, стоило до тебя дотронуться?