Книги по тегу «очень эмоционально»: ""
— Лена? — выдыхает муж. — Ты как здесь оказалась?
Я молча смотрю ему в лицо и пытаюсь прийти в себя.
Разве это происходит на самом деле?!
Виктор быстро подбегает ко мне и пытается обнять, но я отталкиваю мужчину и бегу к выходу.
— Леночка, постой! Дай мне все объяснить!
Мужчина успевает меня догнать и хватает за руку.
— Вот так ты работаешь по вечерам? И рыбалка, наверное, тоже в ее пруду?! — кричу я в истерике.
— Перестань, ты все не так поняла… — только успевает сказать, а я задаю ему следующий вопрос:
— Любимый, кто эта женщина? — подходит к нам та самая блондинка, с которой мой муж целовался три минуты назад.— Погоди, это твоя жена? — догадывается она.
— Наконец-то дошло! — фыркаю в ответ и бью уже бывшего мужа по щеке.
Виктор уже не пытается меня удержать, я бросаю последний взгляд и убегаю в обратном направлении.
Мужчина остается стоять со своей любовницей, так и не узнав о самом важном. О нашем малыше, которого я ношу под сердцем.
Я молча смотрю ему в лицо и пытаюсь прийти в себя.
Разве это происходит на самом деле?!
Виктор быстро подбегает ко мне и пытается обнять, но я отталкиваю мужчину и бегу к выходу.
— Леночка, постой! Дай мне все объяснить!
Мужчина успевает меня догнать и хватает за руку.
— Вот так ты работаешь по вечерам? И рыбалка, наверное, тоже в ее пруду?! — кричу я в истерике.
— Перестань, ты все не так поняла… — только успевает сказать, а я задаю ему следующий вопрос:
— Любимый, кто эта женщина? — подходит к нам та самая блондинка, с которой мой муж целовался три минуты назад.— Погоди, это твоя жена? — догадывается она.
— Наконец-то дошло! — фыркаю в ответ и бью уже бывшего мужа по щеке.
Виктор уже не пытается меня удержать, я бросаю последний взгляд и убегаю в обратном направлении.
Мужчина остается стоять со своей любовницей, так и не узнав о самом важном. О нашем малыше, которого я ношу под сердцем.
«Артур, у нас мальчик. Вес: 3500, рост: 55 сантиметров. Поздравляю, ты стал отцом» – такая смс пришла на телефон моего горячо любимого мужа.
Чашка выпала из моих рук, и с грохотом разбилась о кафельный пол. Примерно так же чувствовало себя мое сердце.
– Что это… такое? – сглотнув, прошептала. – Что это такое, Артур?!
В глазах мужа на миг мелькнуло понимание, что он пойман с поличным.
– Мила, ты все не так поняла, это… Я все объясню.
– Да уж постарайся…
Я считала, что живу в сказке, и собиралась сообщить любимому, что у нас скоро будет ребенок.
Но, оказалось, что ребенок у него уже есть. От женщины, которую я слишком хорошо знаю...
Чашка выпала из моих рук, и с грохотом разбилась о кафельный пол. Примерно так же чувствовало себя мое сердце.
– Что это… такое? – сглотнув, прошептала. – Что это такое, Артур?!
В глазах мужа на миг мелькнуло понимание, что он пойман с поличным.
– Мила, ты все не так поняла, это… Я все объясню.
– Да уж постарайся…
Я считала, что живу в сказке, и собиралась сообщить любимому, что у нас скоро будет ребенок.
Но, оказалось, что ребенок у него уже есть. От женщины, которую я слишком хорошо знаю...
– Вы не имеете права забирать ребенка! – Кричу.
– Успокойтесь! — Восклицает женщина из опеки. – Мы вашей девочке желаем только добра.
– Не смейте к ней прикасаться! – Рычу и загораживаю собой Настю. –Только попробуйте подойти к ней, и я…
Но женщина из опеки шарпает её за руку, отчего малышка начинает плакать.
– Что здесь происходит? – Раздаётся мужской басистый голос за моей спиной.
Это Волков… он приехал.
Мужчина обводит взглядом столпившихся вокруг меня людей.
– Иди сюда, – Игорь наклоняется и подхватывает Настю на руки. – И ты тоже, – одной рукой удерживая малышку, второй он тянет меня к себе, и я прячусь за его огромную спину.
– Бабушка в больнице, а они хотят её забрать в приют, – бросаю злой взгляд в сторону женщин из опеки. – Сделайте что-нибудь! Это же ваша дочь!
– Тише, тише… Успокойся. Никто у тебя её не заберет. – Кто здесь главный? – Вдруг рявкает Волков.
– Успокойтесь! — Восклицает женщина из опеки. – Мы вашей девочке желаем только добра.
– Не смейте к ней прикасаться! – Рычу и загораживаю собой Настю. –Только попробуйте подойти к ней, и я…
Но женщина из опеки шарпает её за руку, отчего малышка начинает плакать.
– Что здесь происходит? – Раздаётся мужской басистый голос за моей спиной.
Это Волков… он приехал.
Мужчина обводит взглядом столпившихся вокруг меня людей.
– Иди сюда, – Игорь наклоняется и подхватывает Настю на руки. – И ты тоже, – одной рукой удерживая малышку, второй он тянет меня к себе, и я прячусь за его огромную спину.
– Бабушка в больнице, а они хотят её забрать в приют, – бросаю злой взгляд в сторону женщин из опеки. – Сделайте что-нибудь! Это же ваша дочь!
– Тише, тише… Успокойся. Никто у тебя её не заберет. – Кто здесь главный? – Вдруг рявкает Волков.
- А ну пошли вон, профурсетки! – я стянула одеяло, под которым мой муж развлекался, похоже, даже не с одной девицей. - Ты что устроил? Сейчас твой отец приедет, увидит, а расхлёбывать мне? Навязали муженька, придурок несчастный!
- Полегче! Разошлась! Я у себя дома, а ты кто?
- Здрасьте, приехали! Жена! Законная, между прочим! Ты что вообще ничего не помнишь?
- Почему не помню? Помню, но не всё… Ты откуда взялась, рыжая? – уставился на меня Ден, будто первый раз видит.
Ну, вот как я смогу выдержать год с этим мажором? Где были мои мозги, когда я подписала контракт, навязанный Дмитрием Аркадьевичем Дымовым, отцом этого охламона.
- Полегче! Разошлась! Я у себя дома, а ты кто?
- Здрасьте, приехали! Жена! Законная, между прочим! Ты что вообще ничего не помнишь?
- Почему не помню? Помню, но не всё… Ты откуда взялась, рыжая? – уставился на меня Ден, будто первый раз видит.
Ну, вот как я смогу выдержать год с этим мажором? Где были мои мозги, когда я подписала контракт, навязанный Дмитрием Аркадьевичем Дымовым, отцом этого охламона.
— Познакомься, это Ясмина, — представил муж и девушка, которая стояла позади него, шагнула вперед. Она улыбнулась и, прежде чем муж успел что-то сказать, произнесла:
— Я его жена. Вторая жена.
— Что? Амир, ты… Что это значит? - выдавила я изумленно.
— Ты знала о наших традициях, когда выходила за меня, — его голос прозвучал жестче, а взгляд стал пронзительным.
— А ты обещал, что не возьмешь вторую жену! — я сжала руки в кулаки и кинула взгляд на девушку, которая стояла рядом с ним. — Я требую развод!
— Никакого развода, жена. Ты от меня никуда не уйдешь!
— Я его жена. Вторая жена.
— Что? Амир, ты… Что это значит? - выдавила я изумленно.
— Ты знала о наших традициях, когда выходила за меня, — его голос прозвучал жестче, а взгляд стал пронзительным.
— А ты обещал, что не возьмешь вторую жену! — я сжала руки в кулаки и кинула взгляд на девушку, которая стояла рядом с ним. — Я требую развод!
— Никакого развода, жена. Ты от меня никуда не уйдешь!
Пять лет назад я попал в страшную аварию. И злые люди воспользовались моей амнезией, перекроив моё сознание и перепрошив память.
Из-за этого я лишился самого ценного, что у меня было – настоящей любви. И дочери, которая пять лет росла без отца.
Я вспомнил всё.
– Настя, послушай меня! – хватаю Яхонтову за запястье, пытаясь помешать её побегу.
– Я не собираюсь тебя слушать! – отчаянно вырывается девушка, – Тебя пять лет не было! Я прекрасно справлялась без тебя раньше, справлюсь и сейчас! И дочь мою ты не получишь!
Звонкая пощёчина болью обжигает моё лицо, и я отпускаю руку девушки.
Ничего…
Я сделаю всё, чтобы вновь завоевать твоё хрупкое сердце. Всё, чтобы воссоздать украденное у нас семейное счастье.
И я добьюсь наказания виновных. Чего бы мне это не стоило.
Из-за этого я лишился самого ценного, что у меня было – настоящей любви. И дочери, которая пять лет росла без отца.
Я вспомнил всё.
– Настя, послушай меня! – хватаю Яхонтову за запястье, пытаясь помешать её побегу.
– Я не собираюсь тебя слушать! – отчаянно вырывается девушка, – Тебя пять лет не было! Я прекрасно справлялась без тебя раньше, справлюсь и сейчас! И дочь мою ты не получишь!
Звонкая пощёчина болью обжигает моё лицо, и я отпускаю руку девушки.
Ничего…
Я сделаю всё, чтобы вновь завоевать твоё хрупкое сердце. Всё, чтобы воссоздать украденное у нас семейное счастье.
И я добьюсь наказания виновных. Чего бы мне это не стоило.
Проданная как товар, Алиса оказалась в арабском мире, где женщины молчат, а рабы — не люди. Она выжила в контейнере, пережила насилие, унижения, побеги, холод и жару. Но даже в самом униженном состоянии она не сломалась. И однажды получила шанс: стать горничной и выкупить свою свободу.
Вот только свободу у неё отобрали снова.
Капризная принцесса Амира захотела себе живую куклу — и сделала из Алисы рабыню по имени Мариям. Отныне — не человек, а собственность. Но чем больше унижений она терпела, тем больше в ней росло упрямство. И в этой бездне появилась искра — мужчина, который впервые посмотрел на неё не как на вещь.
Принц. Спасение. Любовь. Или новый капкан.
Вот только свободу у неё отобрали снова.
Капризная принцесса Амира захотела себе живую куклу — и сделала из Алисы рабыню по имени Мариям. Отныне — не человек, а собственность. Но чем больше унижений она терпела, тем больше в ней росло упрямство. И в этой бездне появилась искра — мужчина, который впервые посмотрел на неё не как на вещь.
Принц. Спасение. Любовь. Или новый капкан.
— Что делать мне с тобой, Вера? — наконец, произносит Шахов тихо.
— Что хотите…
— Ты понятия не имеешь, что говоришь…
Тимур Шахов молодой хирург-травматолог, от которого без ума весь город. Я обычная студентка предпоследнего курса медицинского. Наши жизни внезапно пересекаются и тесно переплетаются. Ведь я попадаю в его клинику на практику и влюбляюсь, полностью отдаваясь первым серьезным чувствам. Только Шахов совсем не разделяет моего увлечения, или... Мне так только кажется?
— Что хотите…
— Ты понятия не имеешь, что говоришь…
Тимур Шахов молодой хирург-травматолог, от которого без ума весь город. Я обычная студентка предпоследнего курса медицинского. Наши жизни внезапно пересекаются и тесно переплетаются. Ведь я попадаю в его клинику на практику и влюбляюсь, полностью отдаваясь первым серьезным чувствам. Только Шахов совсем не разделяет моего увлечения, или... Мне так только кажется?
– Думаешь, такая зарплата за красивые глазки даётся? – властно спросил босс, и я промолчала. – Исполняй или проваливай.
Отчаянно нуждаясь в деньгах, я устроилась на работу с сомнительными условиями. Теперь босс хочет, чтобы я исполняла не только рабочие обязанности...
Отчаянно нуждаясь в деньгах, я устроилась на работу с сомнительными условиями. Теперь босс хочет, чтобы я исполняла не только рабочие обязанности...
- Стеф, ты кажется, немного не в себе. Гормоны, стрессы...
Дима тянет ко мне ладони, хочет прикоснуться, унять мою безумную дрожь.
- Десять лет я любила тебя, десять лет…Ты был моим миром, моей вселенной...
Эля выходит из туалета со змеиной улыбочкой, вешается на шею Диме и смачно целует его в щеку.
- Ты очень страстный любовник, Димочка. Давно такого кайфа не испытывала. - Лижет ему мочку уха, издавая кокетливые стоны.
Дима грубо отталкивает от себя помощницу своего заместителя, а я закрываю глаза, ложусь спиной на стену и сползаю вниз.
- Сегодня годовщина нашей свадьбы. Наш с тобой день…- не узнаю свой тихий голос, тонущий в мурлыкании Эли.
Дима тянет ко мне ладони, хочет прикоснуться, унять мою безумную дрожь.
- Десять лет я любила тебя, десять лет…Ты был моим миром, моей вселенной...
Эля выходит из туалета со змеиной улыбочкой, вешается на шею Диме и смачно целует его в щеку.
- Ты очень страстный любовник, Димочка. Давно такого кайфа не испытывала. - Лижет ему мочку уха, издавая кокетливые стоны.
Дима грубо отталкивает от себя помощницу своего заместителя, а я закрываю глаза, ложусь спиной на стену и сползаю вниз.
- Сегодня годовщина нашей свадьбы. Наш с тобой день…- не узнаю свой тихий голос, тонущий в мурлыкании Эли.
Выберите полку для книги