Книги по тегу «очень эмоционально»: ""

Она художница с ведром штукатурки и тремя годами жизни на холсте. Он мажор, который купил её картину на спор и даже не понял зачем. Их первая встреча ознаменовалась сломанным каблуком, рассыпанными тюбиками и криком в микрофон: «Это не продаётся!»
Скрипучий диван, борщ и пирожки соседки тёти Симы, снос дома, который объединил всех. История о любви, которая начинается не с конфликта. О том, как мажор учится бытовым примудростям, а пышка учится жить заново.

Рядом с дверью в стойло стояло ведро воды для лошадей. Тяжёлое, почти полное. Я взяла его обеими руками, чувствуя, как холод металла обжигает ладони. И сделала шаг к их стойлу.
Они всё ещё не замечали меня, были слишком увлечены друг другом.
Я подняла ведро.
— В стойле, жеребец кобылу покрыл, — сказала я тихо, почти спокойно, и выплеснула воду.
Они закричали одновременно. Холодная вода обрушилась на их разгорячённые тела, и Роберт подскочил как ошпаренный, откатываясь от Ольги, которая завизжала и закрылась руками.
Я не останавливалась. Я взяла мешок с овсом, стоящий у входа, и щедро посыпала зерно на их мокрые, дрожащие тела. Овёс лип к мокрой коже, застревал в волосах, в складках одежды. Они стояли на коленях в луже воды, мокрые, в овсе.
— Вот вам вода освежиться, и овес подкрепиться...

7:14
триптих о любви

Каждое утро в 7:14 она стоит на остановке. Он выходит из задней двери автобуса и на секунду замирает, щурясь от ветра.

Они никогда не разговаривали. Они даже не знают имён друг друга.

Но в пространстве между ними уже случилась целая жизнь: поцелуи на дне пустого бассейна, крики на чужой кухне, разбитая чашка, кровь на линолеуме, огромная чёрная сфера на замерзшей реке.

Это история любви-галлюцинации. Той, что ярче, страшнее и честнее реальности. Той, которую нельзя потрогать, но можно помнить вечно.

Один нелегальный заезд и подлая подстава в «слепой зоне» трассы вынуждают дерзкую плюс-сайз механика Киру переступить порог боксов их злейшего врага Дэна. Чтобы усыпить бдительность опасного соперника и подготовить изощренную диверсию, она начинает вести двойную игру на грани фола, балансируя между манящим флиртом и удушающим отвращением к чужим ласкам.

Я согласилась выйти замуж за старшего Перова.
А в ночь собственной помолвки оказалась с его младшим братом.
Кирилл знает, что на моём пальце чужое кольцо. Знает, что через несколько месяцев я должна стать женой Стаса.
И всё равно хочет меня.
Хуже другое.
Я хочу его тоже.
С каждым днём свадьба всё ближе, а наша «ошибка» всё меньше похожа на ошибку.

Дорогие читатели!
Пока книга выходит, читать можно бесплатно, а новые главы появляются каждый день.
После завершения выкладки книга станет платной ✨

— Попросите мужа встать рядом, — говорю я, не отрываясь от камеры.

— Он уже поднимается, — улыбается беременная женщина.

Дверь чужой студии открывается — и в кадр входит мой муж.

Я приехала подменить заболевшую подругу и случайно сняла конец своего девятнадцатилетнего брака. Лидия ждёт ребёнка от Игоря. Игорь требует молчать до важной сделки: образ «идеального семьянина» нужен его бизнесу. А наши фотографии он уже превратил в рекламу семейных ценностей — без моего согласия.

Ему кажется, что я останусь удобной женой и сохраню красивую картинку. Но я фотограф и знаю: правда всегда проявляется.

Пока я собираю доказательства его лжи, защищаю дочь и запускаю проект о женщинах, начавших жизнь заново, рядом появляется Роман Бекетов — вдовец, который не обещает спасти меня и не просит быть удобной.

Смогу ли я закрыть дверь в прошлое, если муж не собирается отпускать, а новая любовь приходит раньше, чем я готова снова поверить?

Мне сорок один. Девятнадцать лет брака, взрослая дочь, полки, которые муж обещал повесить ещё до её совершеннолетия.

И переписка, в которой меня описали как заказ: «Работает с текстами и звуком. Слушай. Цветы белые. Рыбу не ест. 180, половина сегодня».

Муж не просто изменил. Он нанял мужчину, чтобы тот за мной ухаживал — и чтобы потом мы были «в равном положении».

Я приехала в этот отель не отдыхать и не мстить. Я приехала посмотреть, как незнакомый человек будет исполнять инструкцию по мне.

Первые два дня я выигрывала.

На третий он перестал играть по сценарию — и я поняла, что теперь не знаю, кого проверяю: его или себя.

— Но Павел сказал, что его жена умерла четыре года назад.
Я стою у калитки нашего загородного дома с новыми шторами в руках. За калиткой — незнакомая женщина. Из дома выбегает мальчик и зовёт моего мужа папой.

Двадцать шесть лет брака. Взрослая дочь. Дом, в который мне нельзя было приезжать из-за «вечного ремонта». И чужая жизнь, для которой меня оказалось проще похоронить.

Павел просит не торопиться. Не огорчать его мать. Не устраивать сцен. А я впервые хочу спросить себя, чего хочу сама.

Начать придётся с малого: восстановить старые театральные кресла, вспомнить цену своей работе и научиться принимать заботу мужчины, который ничего не требует взамен.

Меня зовут Наталья. Мне сорок девять. И я жива, дорогой.

Вторая полоска проступает на тесте в ту секунду, когда Кирилл останавливается в дверях ванной и признаётся, что изменил мне.
— Вчера, — добавляет он тихо. — Это было один раз. Я ошибся…
Я продолжаю держать тест над раковиной. На белом пластике остаётся мокрый след от большого пальца, две розовые черты становятся ярче. В инструкции написано, сколько надо ждать. Я ждала, следила за минутами на телефоне и даже успела подумать, как выйду к мужу на кухню. Положу тест возле его чашки? Скажу сразу? Теперь телефон гаснет, а Кирилл стоит так, что из ванной не пройти, не задев его плечо.
— Отойди.
Он делает шаг назад. Я кладу тест на сухой край полки и включаю воду, хотя уже вымыла руки. Струя попадает на запястье, течёт в рукав. Надо закрыть кран. Пальцы лежат на рычаге, но я нажимаю только после того, как Кирилл произносит моё имя.
— Не надо, — говорю я. — Повтори то, что сказал.

- Толя, давай поговорим начистоту. Мне кажется, эта девушка что-то задумала, что-то плохое. Повторяю вопрос. Ты знаком с Региной?
За окном проехала машина, свет фар мазнул по кухне и исчез.
- Нет, - сказал он.
- Ты уверен?
- Я сказал - нет, - повторил он чуть тише и чуть жёстче. - Достаточно?
Я смотрела на него. Он смотрел на меня. Под левым глазом прошёл едва заметный тик. Всё понятно - врёт.
- Хорошо, - сказала я. - Тогда другой вопрос. Полтора года назад, мне звонила женщина, не представилась, сказала, она твоя любимая женщина, что вы любите друг друга, но ты не можешь уйти от меня, так как я не даю тебе развод и в случае чего, оставлю тебя голым и босым. Она беременна от тебя и умоляет меня не мешать вашему счастью, и я могу забрать себе всё наше имущество, только не препятствовать разводу и отпустить тебя с миром. Ты тогда сказал, что это какая-то сумасшедшая. Влюбилась в тебя по уши, проходу не даёт. Кто она?
Он замер, рука в вилкой зависла на полпути к тарелке.