Книги по тегу «очень эмоционально»: ""
– У тебя пять минут, чтобы спрятаться от меня, — прозвучал роковой мужской голос.
– Я не понимаю, что происходит. Кто ты? Мой муж тебя прислал? – я прижала телефон к уху.
Мое сердце заколотилось, как барабан тайко. Я несколько раз обернулась, вгляделась в толпу туристов.
— Обратный отсчёт запущен. Беги!
Я выронила смартфон и помчалась в конец улицы…
– Я не понимаю, что происходит. Кто ты? Мой муж тебя прислал? – я прижала телефон к уху.
Мое сердце заколотилось, как барабан тайко. Я несколько раз обернулась, вгляделась в толпу туристов.
— Обратный отсчёт запущен. Беги!
Я выронила смартфон и помчалась в конец улицы…
— Я хочу вернуться, Кира. Попробовать всё заново. Быть семьей.
— Семьей? — горько усмехаюсь я. — Ты опоздал, Лев.
Муж ушел полтора года назад к любовнице. Оставил меня одну после аварии. Слепую, с детьми, с долгами и болью.
Я научилась выживать в абсолютной темноте. Ради детей.
Но всё рушится в одну секунду, когда он возвращается, как ни в чем не бывало, а сын занимает его сторону.
— Да пусть папа остается с нами! Я только рад буду!
Сын готов простить отца. А я не готова давать шанс предателю, который сломал нам жизнь и лишил меня зрения.
— Семьей? — горько усмехаюсь я. — Ты опоздал, Лев.
Муж ушел полтора года назад к любовнице. Оставил меня одну после аварии. Слепую, с детьми, с долгами и болью.
Я научилась выживать в абсолютной темноте. Ради детей.
Но всё рушится в одну секунду, когда он возвращается, как ни в чем не бывало, а сын занимает его сторону.
— Да пусть папа остается с нами! Я только рад буду!
Сын готов простить отца. А я не готова давать шанс предателю, который сломал нам жизнь и лишил меня зрения.
Что может быть общего у брутального пожарного-одиночки и избалованной мажорки? Правильно — абсолютно ничего! Но судьба, как известно, обладает весьма специфическим чувством юмора.
Павел Воронин привык к простой жизни: работа в пожарной части, воспитание пятилетней дочки Алиски после развода, и никаких сюрпризов. Но всё меняется в одну роковую ночь, когда он спасает из огня Анну Княжеву — богатую наследницу, которая даже в горящем доме умудряется выглядеть как с обложки журнала.
Книга участник литмоба Папа особого назначения.
Все книги здесь
http://litmarket.ru/selections/litmob-papa-osobogo-naznacheniya
Павел Воронин привык к простой жизни: работа в пожарной части, воспитание пятилетней дочки Алиски после развода, и никаких сюрпризов. Но всё меняется в одну роковую ночь, когда он спасает из огня Анну Княжеву — богатую наследницу, которая даже в горящем доме умудряется выглядеть как с обложки журнала.
Книга участник литмоба Папа особого назначения.
Все книги здесь
http://litmarket.ru/selections/litmob-papa-osobogo-naznacheniya
– Поздно, курочка. – Усмехается. – И раз правда вскрылась таким неожиданным образом...В общем, родишь моего сына и напишешь на него отказную.
– Только в параллельной жизни, понял?! – Плюю каждое слово в его холёную физиономию. – Савелий мой сын! Мой! А ты с этой секунды всего лишь лялькабанк!!!
– Слушай, идиотка, – Димуля озирается по сторонам и меня к металлическому столбу придавливает, – ты же картонка. Плоская, никакущая, безликая. Я женился на тебе, потому что выбора не было.
Бедненький несчастный мужичок. "Еще маме поплачься" - подумала про себя и кто же знал, что именно так он и поступит...
– Только в параллельной жизни, понял?! – Плюю каждое слово в его холёную физиономию. – Савелий мой сын! Мой! А ты с этой секунды всего лишь лялькабанк!!!
– Слушай, идиотка, – Димуля озирается по сторонам и меня к металлическому столбу придавливает, – ты же картонка. Плоская, никакущая, безликая. Я женился на тебе, потому что выбора не было.
Бедненький несчастный мужичок. "Еще маме поплачься" - подумала про себя и кто же знал, что именно так он и поступит...
– Я беременна от твоего мужа, – нагло заявила незнакомка в телефоне.
– Вы ошиблись номером, – хмыкнула я, уверенная в верности своего мужа.
– У нас с ним роман, – резким, недружелюбным голосом добавила девушка. – Уже давно. Я на восьмом месяце беременности. И мне надоело ждать, когда Костя наберётся смелости от тебя уйти!
Костя... так звали моего мужа.
Нет, я не поверила ей. Но сомнения заставили меня проверить компьютер мужа, в котором обнаружились любовные переписки и фотографии.
Сначала я подумала, что жизнь кончена.
Но потом решила, что нет! Я не позволю какому-то идиоту поставить на мне крест!
Мы разведёмся, а потом я отомщу ему так, что он поседеет и будет на коленях умолять меня вернуться.
– Вы ошиблись номером, – хмыкнула я, уверенная в верности своего мужа.
– У нас с ним роман, – резким, недружелюбным голосом добавила девушка. – Уже давно. Я на восьмом месяце беременности. И мне надоело ждать, когда Костя наберётся смелости от тебя уйти!
Костя... так звали моего мужа.
Нет, я не поверила ей. Но сомнения заставили меня проверить компьютер мужа, в котором обнаружились любовные переписки и фотографии.
Сначала я подумала, что жизнь кончена.
Но потом решила, что нет! Я не позволю какому-то идиоту поставить на мне крест!
Мы разведёмся, а потом я отомщу ему так, что он поседеет и будет на коленях умолять меня вернуться.
– Папа! Купи мне эту игрушку! - капризно протягивает малыш.
Я оборачиваюсь и вижу своего мужа с малышом на руках.
Герман? Ты же сейчас должен лететь в самолете!
– Конечно, - соглашается мой муж, - все, что пожелаешь.
Его ласковый тон разбивает внутри меня все живое.
– Ну, что? Выбрали? - подходит эффектная брюнетка к моему мужу и целует в щечки малыша.
Я оборачиваюсь и вижу своего мужа с малышом на руках.
Герман? Ты же сейчас должен лететь в самолете!
– Конечно, - соглашается мой муж, - все, что пожелаешь.
Его ласковый тон разбивает внутри меня все живое.
– Ну, что? Выбрали? - подходит эффектная брюнетка к моему мужу и целует в щечки малыша.
— Да, я изменяю. И что ты сделаешь?
— Что я сделаю? — аж дыхание теряю от кипящего гнева.
— Да! Что ты сделаешь? Что ты вообще можешь с этим огромным животом? Нихрена ты не можешь! Ни делать ничего! Ни мужа ублажить!
— Ты вменяемый вообще, Вениамин? — я крепче хватаюсь за край стола. — Я беременная! Это твой сын!
— А я его не просил! Я не планировал этого! Мне сорок шесть, я для себя хочу пожить! Я заслуживаю нормальной жизни, а не эту всю возню!
— Ты же… ты же сам его сделал! Ты этого ребенка зачал!
— Таблетки надо было пить! И ничего этого не было бы!
— Ничего этого не было, да? Это ты про вас? — цежу сквозь боль, глядя на мужа и его любовницу.
— Да! Про нас! Это ты нас вынудила со своей беременностью! Я ребенка не хотел! Так что ты получила, что заслужила!
Муж был согласен на мою позднюю беременность, делал вид, что рад ей.
А сам изменял с моей подругой, потому что у него ‟есть потребности”.
— Что я сделаю? — аж дыхание теряю от кипящего гнева.
— Да! Что ты сделаешь? Что ты вообще можешь с этим огромным животом? Нихрена ты не можешь! Ни делать ничего! Ни мужа ублажить!
— Ты вменяемый вообще, Вениамин? — я крепче хватаюсь за край стола. — Я беременная! Это твой сын!
— А я его не просил! Я не планировал этого! Мне сорок шесть, я для себя хочу пожить! Я заслуживаю нормальной жизни, а не эту всю возню!
— Ты же… ты же сам его сделал! Ты этого ребенка зачал!
— Таблетки надо было пить! И ничего этого не было бы!
— Ничего этого не было, да? Это ты про вас? — цежу сквозь боль, глядя на мужа и его любовницу.
— Да! Про нас! Это ты нас вынудила со своей беременностью! Я ребенка не хотел! Так что ты получила, что заслужила!
Муж был согласен на мою позднюю беременность, делал вид, что рад ей.
А сам изменял с моей подругой, потому что у него ‟есть потребности”.
«Я беременна от твоего мужа. Скоро родится мальчик, о котором так долго мечтал твой неблаговерный! Я на двадцатой неделе беременности.
Да, ты родила ему троих детей. Трёх бесполезных дочек, которых Виктор терпеть не мог! Морозову не нужна ни ты, ни твои девки! Ему нужен наследник! Наследник, которого ему рожу я!
Подруга, не будь дурой и уходи от Морозова по своей воле. Он давно тебя не любит. Все двадцать пять лет вашего брака мы с твоим мужем были любовниками. Теперь, когда мы с любимым, наконец, вместе – не мешай нашему счастью!»
Я не поверила лживому сообщению одинокой подруги, которая всю жизнь завидовала моему семейному счастью. Но тем же вечером я застала мужа и завистливую мерзавку в его офисе. Оба были без одежды…
Я не вынесла предательства, подала на развод и сбежала в деревню, прихватив с собой тайну – нашего сына под моим сердцем. Сына, о котором предателю узнать не суждено.
Да, ты родила ему троих детей. Трёх бесполезных дочек, которых Виктор терпеть не мог! Морозову не нужна ни ты, ни твои девки! Ему нужен наследник! Наследник, которого ему рожу я!
Подруга, не будь дурой и уходи от Морозова по своей воле. Он давно тебя не любит. Все двадцать пять лет вашего брака мы с твоим мужем были любовниками. Теперь, когда мы с любимым, наконец, вместе – не мешай нашему счастью!»
Я не поверила лживому сообщению одинокой подруги, которая всю жизнь завидовала моему семейному счастью. Но тем же вечером я застала мужа и завистливую мерзавку в его офисе. Оба были без одежды…
Я не вынесла предательства, подала на развод и сбежала в деревню, прихватив с собой тайну – нашего сына под моим сердцем. Сына, о котором предателю узнать не суждено.
Узнать, что мы с сыновьями стали семьей номер один – это сильно! Особенно, когда номер один означает не то, что мы такие классные, а то что у мужа параллельно с нами появилась семья номер два. Такой себе сюрприз, если честно, после двадцати семи лет брака!
Что ж, мне есть, чем ответить мужу. Не ожидал? Забыл, как я умею? Вспомнишь! Вздрогнешь! И будешь локти кусать!
В сорок пять у меня меняется все – предают близкие, друзья и враги меняются местами, помощь приходит оттуда, откуда не ждешь. Жизнь полна неожиданностей и умеет удивлять!
За обложку и название благодарю Анастасию Конду!
Что ж, мне есть, чем ответить мужу. Не ожидал? Забыл, как я умею? Вспомнишь! Вздрогнешь! И будешь локти кусать!
В сорок пять у меня меняется все – предают близкие, друзья и враги меняются местами, помощь приходит оттуда, откуда не ждешь. Жизнь полна неожиданностей и умеет удивлять!
За обложку и название благодарю Анастасию Конду!
Анна Петрова жила так, как мечтают многие: любимый муж, стабильность, уютный Петербург за окном. Но одно утро в клинике — и весь её мир рухнул.
Измена. Слово, от которого предательски звенят стены и перестаёт хватать воздуха.
Что делать, когда жизнь делится на «до» и «после»?
Анна ищет ответы в городе, где мосты разводят не только над Невой, но и между людьми. Ей предстоит пройти через боль, столкнуться с соперницей лицом к лицу, потерять, обрести и научиться заново верить себе.
«Измена. Начало другой меня» — это роман о том, что предательство может стать не концом, а дверью. О том, что свет внутри сильнее любых шрамов. И о том, что иногда разрушение — единственный шанс построить новую жизнь.
Измена. Слово, от которого предательски звенят стены и перестаёт хватать воздуха.
Что делать, когда жизнь делится на «до» и «после»?
Анна ищет ответы в городе, где мосты разводят не только над Невой, но и между людьми. Ей предстоит пройти через боль, столкнуться с соперницей лицом к лицу, потерять, обрести и научиться заново верить себе.
«Измена. Начало другой меня» — это роман о том, что предательство может стать не концом, а дверью. О том, что свет внутри сильнее любых шрамов. И о том, что иногда разрушение — единственный шанс построить новую жизнь.
Выберите полку для книги