Книги по тегу «семейные тайны»: ""
— Бабушка Нелли, — спокойно говорит моя пятилетняя внучка, показывая рисунок семьи.
Я улыбаюсь только потому, что вокруг родители и дети. У моей внучки две настоящие бабушки. И ни одну из них не зовут Нелли.
А потом выясняется, что по пятницам мой муж забирает внучку из детского сада и возит её к этой женщине. У девочки там свои тапочки, чашка и игрушки. А дедушка попросил её ничего мне не рассказывать.
Двадцать шесть лет брака рушатся не из-за одной измены. Я узнаю, что муж успел построить вторую версию нашей семьи — и всё это время был уверен, что я всё равно останусь.
Только он забыл об одном: в сорок семь ещё не поздно перестать быть удобной женой, выбрать себя и однажды снова почувствовать себя женщиной.
Я улыбаюсь только потому, что вокруг родители и дети. У моей внучки две настоящие бабушки. И ни одну из них не зовут Нелли.
А потом выясняется, что по пятницам мой муж забирает внучку из детского сада и возит её к этой женщине. У девочки там свои тапочки, чашка и игрушки. А дедушка попросил её ничего мне не рассказывать.
Двадцать шесть лет брака рушатся не из-за одной измены. Я узнаю, что муж успел построить вторую версию нашей семьи — и всё это время был уверен, что я всё равно останусь.
Только он забыл об одном: в сорок семь ещё не поздно перестать быть удобной женой, выбрать себя и однажды снова почувствовать себя женщиной.
Алексей бросил пить, ходит на собрания «Анонимных алкоголиков» и пытается начать жизнь заново — всё ради неё, вожатой, которую полюбил в юности. Спустя двадцать лет случайная встреча подарила им второй шанс. Она согласилась попробовать, ведь ее сердце тоже ничего не забыло.
Но сближение оказалось мучительным испытанием: его борьба с зависимостью, ее сомнения в правильности выбора, многолетняя пропасть между ними и отчаянные попытки собрать любовь по кусочкам.
Когда Алексей узнает страшную тайну, которую Ольга скрывала всё это время, их хрупкий мир рушится. Сможет ли он не сорваться? Сумеет ли она заслужить прощение? И как сохранить любовь, когда у тебя отняли самое ценное?
Психологическая драма о том, как найти в себе силы любить вопреки всему, и как не сдаться, когда кажется, что выхода нет.
ПРИСУТСТВУЕТ НЕЦЕНЗУРНАЯ БРАНЬ
Но сближение оказалось мучительным испытанием: его борьба с зависимостью, ее сомнения в правильности выбора, многолетняя пропасть между ними и отчаянные попытки собрать любовь по кусочкам.
Когда Алексей узнает страшную тайну, которую Ольга скрывала всё это время, их хрупкий мир рушится. Сможет ли он не сорваться? Сумеет ли она заслужить прощение? И как сохранить любовь, когда у тебя отняли самое ценное?
Психологическая драма о том, как найти в себе силы любить вопреки всему, и как не сдаться, когда кажется, что выхода нет.
ПРИСУТСТВУЕТ НЕЦЕНЗУРНАЯ БРАНЬ
Утром мне присылают фотографию мужа с красной точкой на груди и приказ: не звонить ему.
Если я хочу, чтобы Тихон вернулся домой живым, должна открыть его сейф, забрать белую карту и никому ничего не говорить.
Я выполняю требования.
Но вечером Тихон обнаруживает пропажу, а его компанию грабят. Для него всё выглядит слишком просто: жена солгала, тайно уехала и вынесла ключ из сейфа именно в тот день, когда произошло ограбление.
Я предала его доверие, чтобы спасти ему жизнь. Только доказать это невозможно.
Кто следит за нами? Откуда этот человек знает наш дом, работу Тихона и то, что хранится в его сейфе? И зачем ему понадобилось сделать меня главной подозреваемой в глазах собственного мужа?
Теперь нам придётся выяснить, кто превратил наш брак в ловушку, прежде чем недоверие разрушит то, что неизвестный не смог уничтожить угрозами.
Если я хочу, чтобы Тихон вернулся домой живым, должна открыть его сейф, забрать белую карту и никому ничего не говорить.
Я выполняю требования.
Но вечером Тихон обнаруживает пропажу, а его компанию грабят. Для него всё выглядит слишком просто: жена солгала, тайно уехала и вынесла ключ из сейфа именно в тот день, когда произошло ограбление.
Я предала его доверие, чтобы спасти ему жизнь. Только доказать это невозможно.
Кто следит за нами? Откуда этот человек знает наш дом, работу Тихона и то, что хранится в его сейфе? И зачем ему понадобилось сделать меня главной подозреваемой в глазах собственного мужа?
Теперь нам придётся выяснить, кто превратил наш брак в ловушку, прежде чем недоверие разрушит то, что неизвестный не смог уничтожить угрозами.
- Ты моя - нагло заявляет этот маньяк, разглядывая меня сальным взглядом.Мысленно закатываю глаза.Он сбил меня на машине, а затем нагло домогался в больничной палате, откуда я с трудом сбежала. И вот год спустя он появляется и заявляет что я принадлежу ему. Нахал!
Думаете хуже уже быть не может? Как же
- Аяша, я так рад что вы уже познакомились. Ваня, мой заместитель и твой жених - папа радостно подлетает к нам, улыбаясь ему во все зубы.
Упс, кажется у нас проблема.
Серьезная блондинистая сексуальная проблема.
В книге присутствует:
- Невинная героиня с характером
- Одержимый герой
- Юмор и обсценная лексика
- Лёгкая эротика
Думаете хуже уже быть не может? Как же
- Аяша, я так рад что вы уже познакомились. Ваня, мой заместитель и твой жених - папа радостно подлетает к нам, улыбаясь ему во все зубы.
Упс, кажется у нас проблема.
Серьезная блондинистая сексуальная проблема.
В книге присутствует:
- Невинная героиня с характером
- Одержимый герой
- Юмор и обсценная лексика
- Лёгкая эротика
В свой пятьдесят шестой день рождения Лада Вересова получает от мужа почти двести страниц документов и простую просьбу: подписать там, где стоят закладки.
Тридцать четыре года брака. Двадцать шесть лет общего бизнеса. Взрослый сын. Компания, которую они создавали вместе с нуля. Казалось бы, что может пойти не так из-за нескольких подписей?
Только Лада впервые решает прочитать все до конца.
И узнает, что ее имя, лицо, голос и история их семьи уже стали частью большой сделки. А вечером случайно слышит разговор, после которого становится ясно: муж собирался получить ее подпись раньше, чем сообщить о другой женщине и предстоящем разводе.
Он уверен, что Лада выберет семью. Что не станет рисковать компанией. Что согласится еще немного изображать счастливую жену ради бизнеса.
Он слишком долго принимал ее согласие как нечто само собой разумеющееся.
Теперь Ладе предстоит выяснить, что действительно принадлежит компании, что принадлежит мужу, а что все эти годы принадлежало тол
Тридцать четыре года брака. Двадцать шесть лет общего бизнеса. Взрослый сын. Компания, которую они создавали вместе с нуля. Казалось бы, что может пойти не так из-за нескольких подписей?
Только Лада впервые решает прочитать все до конца.
И узнает, что ее имя, лицо, голос и история их семьи уже стали частью большой сделки. А вечером случайно слышит разговор, после которого становится ясно: муж собирался получить ее подпись раньше, чем сообщить о другой женщине и предстоящем разводе.
Он уверен, что Лада выберет семью. Что не станет рисковать компанией. Что согласится еще немного изображать счастливую жену ради бизнеса.
Он слишком долго принимал ее согласие как нечто само собой разумеющееся.
Теперь Ладе предстоит выяснить, что действительно принадлежит компании, что принадлежит мужу, а что все эти годы принадлежало тол
— Завтра весь город узнает, что моя дочь умерла.
Я смотрю на пятилетнюю девочку, которая спит в соседней комнате.
— Но она жива.
— Поэтому до рассвета вы должны её увезти.
Я понятия не имею, как оказалась в чужом мире и почему дракон, которого маленькая Тася зовёт папой, доверил её именно мне.
Знаю только одно: Ярослав Громов любит эту девочку так, что готов ради неё на всё.
Даже заставить весь мир поверить в её смерть.
И чем больше я узнаю об этой семье, тем сильнее понимаю: причина совсем не та, о которой я подумала сначала.
Я смотрю на пятилетнюю девочку, которая спит в соседней комнате.
— Но она жива.
— Поэтому до рассвета вы должны её увезти.
Я понятия не имею, как оказалась в чужом мире и почему дракон, которого маленькая Тася зовёт папой, доверил её именно мне.
Знаю только одно: Ярослав Громов любит эту девочку так, что готов ради неё на всё.
Даже заставить весь мир поверить в её смерть.
И чем больше я узнаю об этой семье, тем сильнее понимаю: причина совсем не та, о которой я подумала сначала.
— Ты понимаешь, о чём просишь?
— Да.
— За долг отца нужно платить. И цена не в деньгах.
— Я знаю. Сколько?
— Ты, — произнёс Заур, глядя ей в глаза. — Ты выйдешь за меня.
Ева замерла. Она пришла просить отсрочку, а он предлагал сделку, в которой её жизнь — разменная монета. Но за дверью ждал отец, сломленный и напуганный, за спиной — долговая яма, из которой нет выхода. И Ева сделала единственное, что могла.
— Хорошо. Но у меня условие.
— Слушаю.
— Я не твоя собственность. Я — жена. И требую уважения.
Заур усмехнулся, но в тёмных глазах мелькнуло что-то похожее на интерес.
— Договорились, Ева.
— Да.
— За долг отца нужно платить. И цена не в деньгах.
— Я знаю. Сколько?
— Ты, — произнёс Заур, глядя ей в глаза. — Ты выйдешь за меня.
Ева замерла. Она пришла просить отсрочку, а он предлагал сделку, в которой её жизнь — разменная монета. Но за дверью ждал отец, сломленный и напуганный, за спиной — долговая яма, из которой нет выхода. И Ева сделала единственное, что могла.
— Хорошо. Но у меня условие.
— Слушаю.
— Я не твоя собственность. Я — жена. И требую уважения.
Заур усмехнулся, но в тёмных глазах мелькнуло что-то похожее на интерес.
— Договорились, Ева.
Девятилетний Лука исчезает у меня на глазах.
Мы вдвоём заходим в лифт. Свет гаснет на сорок семь секунд, и всё это время я держу мальчика за руку. Когда свет возвращается, кабина пуста. Двери не открывались. Камеры не показывают, как Лука вышел.
А потом полиция находит его телефон в моей сумке.
Для отца Луки, Клима Веденина, я — последний человек, видевший сына. Женщина, которой он не доверяет и которая явно знает больше, чем говорит.
Но первое послание похитителя предназначено мне:
«Спроси Клима, что он сделал девять лет назад».
Девять лет назад бесследно исчез мой старший брат Глеб.
И Клим знает, что с ним произошло.
Чтобы найти Луку, нам придётся вместе распутать старое преступление, в котором слишком многие близкие люди хранят свои секреты. И чем ближе мы подбираемся к правде, тем опаснее становится вопрос: почему похититель с самого начала хотел свести именно нас двоих — и смогу ли я довериться мужчине, которого должна ненавидеть?
Мы вдвоём заходим в лифт. Свет гаснет на сорок семь секунд, и всё это время я держу мальчика за руку. Когда свет возвращается, кабина пуста. Двери не открывались. Камеры не показывают, как Лука вышел.
А потом полиция находит его телефон в моей сумке.
Для отца Луки, Клима Веденина, я — последний человек, видевший сына. Женщина, которой он не доверяет и которая явно знает больше, чем говорит.
Но первое послание похитителя предназначено мне:
«Спроси Клима, что он сделал девять лет назад».
Девять лет назад бесследно исчез мой старший брат Глеб.
И Клим знает, что с ним произошло.
Чтобы найти Луку, нам придётся вместе распутать старое преступление, в котором слишком многие близкие люди хранят свои секреты. И чем ближе мы подбираемся к правде, тем опаснее становится вопрос: почему похититель с самого начала хотел свести именно нас двоих — и смогу ли я довериться мужчине, которого должна ненавидеть?
Отель «Метрополь». Двенадцатый этаж. Люкс. Кира вышла из лифта. В тёмном платье. Длинном. С разрезом на бедре. Волосы собраны. Туфли на каблуке. Спина прямая. Лицо каменное. Маска. Костюм. Роль.
Дверь люкса была открыта. Кира вошла. Остановилась. Посмотрела.
Он стоял у окна. Спиной к ней. Высокий. Широкоплечий. В тёмном костюме. Белая рубашка. Без галстука. Волосы тёмные, коротко стриженные. За окном — Москва. Ночная. Огненная. Живая.
Он обернулся. Медленно. И Кира увидела его.
Артемий Соколов. Тридцать два. Не красавец в классическом смысле. Но... резкий. Угловатый. С тяжёлой челюстью. С тёмными бровями. С глазами — тёмно-карими. Глубокими. Усталыми. Не холодными. Не похотливыми. Усталыми. Живыми. Настоящими.
Он смотрел на неё. Спокойно. Без оценки. Без голода. Без того, что она видела в глазах других клиентов. Без «я тебя купил». Без «ты моя вещь». Просто — смотрел. Как на человека. Как на равную.
— Кира, — сказал он. Не вопрос. Голос низкий. Ровный. С лёгкой хрипотцой.
Дверь люкса была открыта. Кира вошла. Остановилась. Посмотрела.
Он стоял у окна. Спиной к ней. Высокий. Широкоплечий. В тёмном костюме. Белая рубашка. Без галстука. Волосы тёмные, коротко стриженные. За окном — Москва. Ночная. Огненная. Живая.
Он обернулся. Медленно. И Кира увидела его.
Артемий Соколов. Тридцать два. Не красавец в классическом смысле. Но... резкий. Угловатый. С тяжёлой челюстью. С тёмными бровями. С глазами — тёмно-карими. Глубокими. Усталыми. Не холодными. Не похотливыми. Усталыми. Живыми. Настоящими.
Он смотрел на неё. Спокойно. Без оценки. Без голода. Без того, что она видела в глазах других клиентов. Без «я тебя купил». Без «ты моя вещь». Просто — смотрел. Как на человека. Как на равную.
— Кира, — сказал он. Не вопрос. Голос низкий. Ровный. С лёгкой хрипотцой.
Катарина всегда брала то, что хотела: семейный фармацевтический бизнес, власть и чужую любовь. Десять лет назад по её воле Анна потеряла всё — дело всей жизни, лабораторию и человека, которому безгранично доверяла. Выброшенная за порог родного дома без гроша в кармане, она должна была сломаться в холодных мансардах Парижа.
Но вместо слез родилась сталь.
Спустя годы Анна возвращается на мировую арену со своей уникальной формулой «Silk&Soul». В её руках — революционный научный прорыв и тайны швейцарского сейфа умершего отца, способные в щепки разнести криминальную империю старшей сестры.
Но вместо слез родилась сталь.
Спустя годы Анна возвращается на мировую арену со своей уникальной формулой «Silk&Soul». В её руках — революционный научный прорыв и тайны швейцарского сейфа умершего отца, способные в щепки разнести криминальную империю старшей сестры.
Выберите полку для книги