Книги по тегу «эмоционально и чувственно»: ""
Что делать, если твоя сестра пропала в космосе два месяца назад, а галактическая полиция вроде как делает все возможное, но этого все равно недостаточно? Конечно, отправляться в отпуск, главное, правильно выбрать место! Ведь все знают: если безуспешно ищешь что-то или кого-то, посети Мэджик.
Джордан Нувен уверена, что все она совместит: и сестру спасет, и в СПА в процессе сбора информации удовольствие получит, и раба себе красивого купит. Так, стоп, а его-то зачем?
ВНИМАНИЕ: в книге содержатся сцены употребления алкоголя! Автор не призывает своих читателей решать свои проблемы, а также отмечать что-либо подобным способом. Также автор осуждает плен, рабство и продажу людей и других разумных существ. Всем персонажам, которые вступают в сексуальные отношения, на момент данных событий есть 18 лет!
Все события и герои вымышлены, как и сам мир (и, пожалуй, хорошо).
Джордан Нувен уверена, что все она совместит: и сестру спасет, и в СПА в процессе сбора информации удовольствие получит, и раба себе красивого купит. Так, стоп, а его-то зачем?
ВНИМАНИЕ: в книге содержатся сцены употребления алкоголя! Автор не призывает своих читателей решать свои проблемы, а также отмечать что-либо подобным способом. Также автор осуждает плен, рабство и продажу людей и других разумных существ. Всем персонажам, которые вступают в сексуальные отношения, на момент данных событий есть 18 лет!
Все события и герои вымышлены, как и сам мир (и, пожалуй, хорошо).
Он видел тайную, дикую страсть своей преподавательницы. И это знание стало его навязчивой идеей!
Ярослав предложил сделку: один вечер её абсолютной власти над ним. Но игра во власть быстро превратилась в нечто большее...
Запретное и необратимое.
Ярослав предложил сделку: один вечер её абсолютной власти над ним. Но игра во власть быстро превратилась в нечто большее...
Запретное и необратимое.
— Я тебя по миру пущу с протянутой рукой, тварь! — кричал он, осматривая себя. В туалет вбежал запыхавшийся глав врач. Он бегло осмотрел нас, и его лицо стало серого цвета.
— Ира, что ты здесь устроила? — спрашивает он.
— Да ничего особенного, обычная санобработка, — ответила я, решив не преклоняться. Этот придурок мне явно не простит мою выходку, что же теперь икру перед ним метать.
— Егор Александрович, — начал глав врач, но инвестор его остановил.
— Всё нормально. Я сам виноват. Надо быть внимательнее, забыл, где нахожусь, — сказал он и недобро сверкнул глазами.
— Ира, что ты здесь устроила? — спрашивает он.
— Да ничего особенного, обычная санобработка, — ответила я, решив не преклоняться. Этот придурок мне явно не простит мою выходку, что же теперь икру перед ним метать.
— Егор Александрович, — начал глав врач, но инвестор его остановил.
— Всё нормально. Я сам виноват. Надо быть внимательнее, забыл, где нахожусь, — сказал он и недобро сверкнул глазами.
— В документах стоит твоя подпись, — басят наши новые начальники, глядя на меня.
— Да, но… мы и раньше так делали. Честное слово... Я не знала, я ничего не брала.
Они мотают головой. Не верят.
— То есть... Того конверта, который мы оставили, было недостаточно?
Они смотрят внимательно. Помнят. Все, что между нами было помнят. Но кое-что они не знают. То, что они оставили не только конверт, но и кое-что гораздо важнее и ценнее денег. И я не собираюсь им так просто рассказывать этот секрет.
— Да, но… мы и раньше так делали. Честное слово... Я не знала, я ничего не брала.
Они мотают головой. Не верят.
— То есть... Того конверта, который мы оставили, было недостаточно?
Они смотрят внимательно. Помнят. Все, что между нами было помнят. Но кое-что они не знают. То, что они оставили не только конверт, но и кое-что гораздо важнее и ценнее денег. И я не собираюсь им так просто рассказывать этот секрет.
— Лера, прекрати. Ты же знаешь, что я люблю тебя и сделаю всё, что захочешь. Тебе нужно лишь оставаться рядом.
— Любишь? — истеричный смешок вырывается из груди. — Нет. Это не любовь. Это чувство хозяина, который ощущает угрозу для своей собственности. Ты играешь мною словно куклой! Одеть, обуть, накормить, сводить на свидание, сделать вид, что у меня есть выбор. Как ты вообще мог поступить со мной подобным образом?
— Я ведь уже говорил, — в голос мужчины вплетаются нотки одержимости. — Твоя жизнь принадлежит мне.
***
Друг отца, которого я приняла сначала как заботливого благодетеля, оказывается гораздо более сложным человеком со своими тайнами и потаёнными желаниями.
И часть его желаний напрямую связаны со мной…
— Любишь? — истеричный смешок вырывается из груди. — Нет. Это не любовь. Это чувство хозяина, который ощущает угрозу для своей собственности. Ты играешь мною словно куклой! Одеть, обуть, накормить, сводить на свидание, сделать вид, что у меня есть выбор. Как ты вообще мог поступить со мной подобным образом?
— Я ведь уже говорил, — в голос мужчины вплетаются нотки одержимости. — Твоя жизнь принадлежит мне.
***
Друг отца, которого я приняла сначала как заботливого благодетеля, оказывается гораздо более сложным человеком со своими тайнами и потаёнными желаниями.
И часть его желаний напрямую связаны со мной…
— Не могу спать, — сказала она, чуть повернув голову. — Слишком тихо здесь… городская привычка.
Андрей кивнул, но глаза его уже скользили по линии её ключиц, чуть приоткрытому вырезу халата, из-под которого мелькала тонкая полоска кружевного белья.
Он вдруг понял, что больше не хочет держать дистанцию. Дни, проведённые рядом с ней, взгляды, случайные прикосновения, её смех и манера задирать его — всё это накопилось в невыносимое напряжение.
Он сделал шаг ближе, почти вплотную. Кристина слегка отпрянула, но не ушла. Её взгляд стал серьёзным, дыхание сбилось.
Андрей кивнул, но глаза его уже скользили по линии её ключиц, чуть приоткрытому вырезу халата, из-под которого мелькала тонкая полоска кружевного белья.
Он вдруг понял, что больше не хочет держать дистанцию. Дни, проведённые рядом с ней, взгляды, случайные прикосновения, её смех и манера задирать его — всё это накопилось в невыносимое напряжение.
Он сделал шаг ближе, почти вплотную. Кристина слегка отпрянула, но не ушла. Её взгляд стал серьёзным, дыхание сбилось.
После обучения и служения в замке Ордена Милосердия Селена Вейлмарская возвращается домой — не по зову сердца, а на похороны отца. Она получает все: титул, земли, состояние, родовой замок… и одного невольника.
Его зовут Серый. Он хромает, чистит котлы в глубине кухни и избегает чужих глаз. Когда-то он был певцом с голосом, способным заставить плакать луну. Но теперь на его горле лежит хитрая магическая печать, отнимающая возможность даже шептать.
Селена не может остаться в стороне. Не из милости — а из мучительного осознания: это чудовищное наказание наложил её собственный отец. И даже если она не виновата в его жестокости, она — его наследница. А значит, именно ей предстоит найти ключ к печати, согреть того, кто разучился верить и, может быть, услышать то имя, которое Серый так долго не смел произнести вслух.
Его зовут Серый. Он хромает, чистит котлы в глубине кухни и избегает чужих глаз. Когда-то он был певцом с голосом, способным заставить плакать луну. Но теперь на его горле лежит хитрая магическая печать, отнимающая возможность даже шептать.
Селена не может остаться в стороне. Не из милости — а из мучительного осознания: это чудовищное наказание наложил её собственный отец. И даже если она не виновата в его жестокости, она — его наследница. А значит, именно ей предстоит найти ключ к печати, согреть того, кто разучился верить и, может быть, услышать то имя, которое Серый так долго не смел произнести вслух.
Одна случайная ночь сделала меня любовницей двух взрослых мужчин: властных, требовательных, опасных. Они готовы бросить всё к моим ногам, а я взамен должна отдать им своё тело. Наши отношения запретные, сладкие, на грани. Но вдруг мои грешные боссы начинают просить больше… значительно больше. А я не знаю, готова ли отдать то, что так отчаянно берегу…
НЕ ЗАБЫВАЕМ ДОБАВЛЯТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКУ, ЧТОБЫ НЕ ПОТЕРЯТЬ!
НЕ ЗАБЫВАЕМ ДОБАВЛЯТЬ КНИГУ В БИБЛИОТЕКУ, ЧТОБЫ НЕ ПОТЕРЯТЬ!
Я смотрела на тело любимого мужчины. Бронзовый загар за неделю в командировке — это просто мечта. Особенно, учитывая то, что Никита никогда не любил валяться на пляже под палящим солнцем.
Я подошла ближе к спящему мужу, который лежал на животе. Что это? На одном плече были три царапины. Я нагнулась над телом Никиты и всматривалась в бордовые полоски на бронзовой коже мужчины. Нехорошее предчувствие возникло внутри. А рука сама потянулась к телефону мужа, который лежал рядом на кровати.
Я подошла ближе к спящему мужу, который лежал на животе. Что это? На одном плече были три царапины. Я нагнулась над телом Никиты и всматривалась в бордовые полоски на бронзовой коже мужчины. Нехорошее предчувствие возникло внутри. А рука сама потянулась к телефону мужа, который лежал рядом на кровати.
Кто смог бы устоять перед чарами лорда Кристиана Блэквуда — повесы и светского обольстителя? Кто смог бы обратить его оружие против него самого, превратив бессердечного циника в пылкого влюбленного, впервые в жизни охваченного страстью? Только Шарлотта Эмерсон — зеленоглазая красавица, скрывающаяся под маской старой девы — остроумие и дерзость которой смогли разжечь в нём тайное пламя желаний. Ей предстоит стать достойной соперницей лорда в их любовной игре и навсегда покорить его сердце.
Выберите полку для книги