Книги по тегу «эмоционально»: ""

— Значит, ты его невеста?
Оборачиваюсь.
Из кабинки выходит девушка. Поправляет на запястье браслеты и окидывает меня взглядом.
— Однако его вкус ухудшился. Небось думаешь, он в тебя влюблен и всё такое? Думаешь, притворилась и заарканила? — девица ухмыляется. — Наверное, думаешь, что он такой хороший внук, решил успокоить бабулю фальшивыми отношениями… А я знаю. Он хочет, чтобы старушка оставила ему наследство. Таково её условие.

Согласившись изобразить невесту бывшего одноклассника, я думала, что он просто хочет успокоить волнующуюся за него бабушку. Я не думала, что даже в такой мелочи он мне соврет. Но хуже всего другое — я поняла, что всегда его любила...

Карина думала, что это просто паранойя. Пока не почувствовала его взгляд — тяжёлый, голодный, проникающий под кожу.
Высокий незнакомец в чёрном капюшоне следует за ней каждый вечер. Не приближается. Не говорит. Просто смотрит. И с каждым взглядом страх внутри неё превращается в нечто гораздо более опасное — тёмное, сладкое, запретное желание.
Она знает, что должна бежать. Но чем ближе он становится, тем сильнее ей хочется, чтобы он наконец её догнал.
Опасная игра в кошки-мышки, где жертва уже не уверена, кто она на самом деле.
Тёмный романс, от которого мурашки по коже и жар внизу живота.

— Алексей Николаевич… он помог. — Папа говорил быстро, проглатывая окончания. — Он выкупил нас. Иначе нас бы на улицу выкинули, Аля! Он дал мне время отыграться. Я всё верну, слышишь? У меня уже есть план...

Слова отца падали, как тяжелые камни. Он пытался спасти нас. Как умел, как мог, ввязываясь в еще большие проблемы, чтобы вытащить из предыдущих.

— И что он попросил взамен? — Я знала ответ, но мне нужно было услышать это от него.

Папа смотрел на пол, на выломанные щепки дверного косяка.

— Я не давал времени отыграться, — голос Алексея разрезал повисшую тишину, как скальпель. — Вы пришли ко мне. Я назвал условия. Вы согласились и поставили подпись.
***
Отец продал меня за долги.

Теперь я живу в доме мужчины, которого боятся даже свои.

Мне бы думать о том, как защитить младшую сестру от последствий болезни отца и не сломаться самой, но чем дольше я нахожусь рядом с этим чудовищем, тем сложнее понять, кто на самом деле настоящая угроза.

— Вы не могли бы меня подвезти? Машина сломалась, телефон садится. Я заплачу.
Мужчина лениво посмотрел на мою поднятую руку, потом на заглохшую машину за спиной.
— Деньги оставь себе. Мне они не нужны.
— Тогда зачем вы остановились?
— Любопытно стало. Ночь. Трасса. Женщина одна. Красивая.
— Послушайте… Мне хотя бы до города.
— До города не обещаю.
— То есть?
— Садись. Прокатимся. Тебе понравится.
Я поссорилась с мужем и оказалась на трассе одна — без помощи, без защиты, с разбитым сердцем и почти севшим телефоном. Думала, хуже уже не будет. Пока рядом не остановился чёрный внедорожник, а из него не вышел Роман Громов — человек, чьё имя в нашем городе произносят вполголоса. Опасный. Властный. Тот, от кого надо бежать.
Только очень скоро выяснилось: настоящий страх начался не тогда, когда бандит забрал меня с трассы. А тогда, когда я узнала, зачем муж оставил меня там одну.

После двадцати лет брака я думала, что знаю о своём муже всё
Его привычки.Его взгляд.Его любимый чай по вечерам.То, как он поправлял мне одеяло ночью, думая, что я сплю.А потом однажды он спокойно собрал вещи и сказал:
— Я полюбил другую
Вот так просто.Будто двадцать лет жизни можно выбросить в мусор вместе со старыми чеками
— Ты ведь сильная, Вика.Справишься
— А мы? Наша семья?
— Не начинай.Я ничего тебе не должен
В тот момент во мне что-то умерло.Я не кричала.Не умоляла остаться.Не унижалась.Просто закрыла дверь.И вычеркнула человека, которого любила больше половины своей жизни
Я училась жить заново.Училась дышать без него.Собирать себя по кускам.Смеяться.Верить. Любить
И когда мне наконец показалось, что прошлое осталось позади — оно вернулось
Красивое.Опасное.Слишком уверенное в том, что ему всё ещё открыта дверь в мою жизнь
— Ты стала ещё красивее, — тихо говорит он, глядя так, будто имеет право касаться меня взглядом.
— А ты стал чужим.

Что делать шаману, если он разучился бояться? Без страха нет транса, без транса нет камлания. А без камлания он просто мужик с бубном. Всё потому, что в его жизнь вошла Она - дух полярного сияния с волосами всех цветов сразу и голосом, похожим на треск льда. Она пьёт с ним чай из ворвани, обыгрывает в «ворона» и не собирается уходить.

«Дневники Алисы» — это смесь киберпанка, мистики и социальной драмы. Рассказ о том, может ли искусственный интеллект научиться состраданию и какую цену мы готовы платить за любовь.

Тридцатилетняя Анна, уставшая от одиночества, встречает Максима - идеального мужчину, который кажется воплощением всех её мечтаний. Но за фасадом безупречного джентльмена скрываются опасные семейные тайны. Знакомство с его родителями оборачивается кошмаром: роскошный особняк оказывается золотой клеткой, а властный отец - настоящим тираном.
Их встреча должна была стать началом сказки, но обернулась бегством. За их спиной остался роскошный особняк, полный тайн и ужаса, и человек, который не умеет прощать. Чтобы выжить, им придётся научиться доверять друг другу больше, чем они доверяют себе.
Это роман о том, как из пепла чужой сломанной жизни можно построить дом, в котором наконец-то станет тепло. Но для этого придётся пройти через огонь».

— Если ты думала, что я женюсь и буду воспитывать твоего ребёнка от черт знает кого, ты просчиталась, — цедит мой жених мне прямо в лицо.
Я открываю рот, чтобы возразить, защититься, но слова не идут с языка. Он же перехватывает меня за руку и тащит к двери.
— Я видел анализ ДНК, — он смотрит на меня, как на насекомое, которое нужно раздавить. — Этот ребёнок не мой. Ошибки в анализе быть не может.
Скомканная бумага с анализами валяется на сумке. Я поднимаю её, буквы расплываются, но я всё же читаю, и сердце ухает в бездну.
«Вероятность отцовства — 2%».

Я всегда знала, что отец моей дочери — мой бывший жених, выгнавший меня из дома. Я знала, что меня подставили, но не могла доказать, и решила, что проживу без него. Но я не была готова, что через шесть лет жизнь вновь столкнет нас, и скрыть от него дочку я уже не смогу…

— Скажи «нет», — хрипит Горелов. — Скажи, и я уйду.
Я смотрю в его глаза, них — боль, голод, отчаяние.
Он целует меня без нежности, не спрашивая, грубо и жадно вгрызается в мои влажные губы, как зверь.
Его язык по-хозяйски врывается в мой рот, и я чувствую вкус виски и мяты.
Его руки сжимают мои бёдра, притягивают к себе так, что я чувствую что он более чем в таком же нетерпении.
И на секунду, всего на секунду, я отвечаю.
Мои пальцы впиваются в его плечи, я притягиваю его ближе, моё тело выгибается навстречу.
Его пальцы задирают мою футболку.
Он хочет большего.
Он хочет взять, не спросив, не дождавшись моего «да».
Я вырываюсь со всей силы, на которую способна, отталкиваю его.
Он шатается словно пьяный, ослеплённый похотью.
— Нет, — произношу громко и чётко.
— Вера…
— Нет, Горелов, ты не имеешь права.
Он тянется ко мне, и я замахиваюсь.
Как выстрел в тишине раздаётся пощёчина...