Читать и слушать книги

Польша, эпоха диско. Две загадочные сестры-русалки, Злата и Серебрянка, прибиваются к берегу и знакомятся с музыкантами из ночного клуба. Очарованные их пением, русалки решают остаться и начинают карьеру в качестве экзотических танцовщиц в группе «Русалочья лагуна». Однако под блеском сцены и поп-хитами скрывается их истинная, хищная сущность: для выживания им нужна человеческая кровь. Когда Серебрянка влюбляется в красавца-басиста, их хрупкий баланс между миром людей и миром монстров рушится, ведя к кровавой и шокирующей развязке.

– Я тут весь день на нервах, жду, когда ты родишь, а ты мне такое выдаёшь... – Голос мужа звучал жёстко. – Всё настроение испортила!
Щелчок. Голосовое сообщение закончилось.
Я кое-как нашла в себе силы, чтобы записать ответ:
– Рамир, ты сам себя слышишь? Я только что родила… Мучилась почти целые сутки. А ты мне говоришь, что я тебе настроение испортила тем, что сама выбрала имя нашему сыну? Я думала, ты поддержишь меня. Но ты... – Из-за всхлипов я не смогла договорить. Отправила аудиосообщение так.
И как только пришёл ответ – тут же пожалела.
– Ой, да хватит ныть, – голос мужа был наполнен презрением. – Ничего особенного ты не сделала. Роды – это естественный процесс, не надо строить из себя героиню!
Горячие слёзы потекли по моим щекам.
Родив ребёнка, я не ожидала, что муж не позволит выбрать для него даже имя. Но я и представить не могла, что когда вернусь домой с малышом, к нам переедет свекровь и окончательно превратит мою жизнь в ад.

Она — ходячая катастрофа. У нее не бывает «плохих дней» — у нее бывают лишь степени ужасности. Работа, личная жизнь, друзья — все это не складывается, а разваливается с оглушительным треском. Кажется, Вселенная поставила на ней крест. Но что, если это не проклятие, а подготовка? Закалка для чего-то большего? Когда в ее жизни появляется шанс на перемены, она оказывается перед выбором: смириться с ролью жертвы обстоятельств или найти в себе силы дать им бой. Эта история — не о поиске счастья, а о поиске себя в мире, который решил тебя сломать.

Впервые в жизни я не доверяю своим глазам.
И упорно отказываюсь верить в то, что часы Глеба в квартире моей подруги — это прямое доказательство измены.
Он не мог, не мог, не мог… Только не с ней…
До спальни добираюсь как лунатичка и даже застываю на пару секунд, не решаясь сделать последний шаг.
А потом до меня доносятся смех Арины, какие-то шорохи, звон бокалов и звуки возни.
И я не выдерживаю.
Чуть ли не с ноги врываюсь в комнату и вижу то, что не могла представить даже в самом страшном кошмаре.
Весь пол усыпан одеждой: брюки, носки и рубашка моего мужа, платье и трусы Арины валяются вперемешку, создавая лоскутное покрывало разврата.
А мои муж и лучшая подруга явно готовы сыграть второй акт оперы под названием «Измена».

— Женщина не может оставаться одна. Она вдова твоего брата, а ты единственный мужчина в семье. Ты должен ее забрать.
— Я никому ничего не должен. Он первый ее приметил, пусть теперь отвечает за нее.
Он никогда на это не согласится после того, что было между нами. Старейшины слишком наивны.
— Как он ответит, если он умер? Ты ее забираешь, это твой долг.
— Вы хотите, чтобы я жил с этой девчонкой, будто моего не было?
— Мы говорим не про любовь, а про долг. У тебя нет выбора. Забирай эту чертовку, чтобы никто ее больше не видел! Всю кровь у семьи выпила.

САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА. Рассказ завершен.
— Здравствуй, Варя, — произносит он спокойно, деловито.
Словно мы и не были когда-то близки и счастливы, словно между нами не было всей той боли и разочарования.
Я вздыхаю, стараясь подавить эмоции, и поднимаю голову.
— Здравствуй, Илья, — отвечаю я ровно, холодно. — Ты быстро приехал, только вчера письмо получила. Спешишь избавиться от меня и моей кофейни?
Он проходит дальше, спокойно оглядывая зал, словно оценивает товар в магазине.
— Я не избавляюсь, Варя, — отвечает он с непробиваемой уверенностью. — Просто бизнес. Здание моё, и у меня другие планы на него.
— Другие планы? — повторяю я, чувствуя, как голос начинает дрожать от негодования. — То есть, то, что я вложила сюда годы своей жизни, тебя совершенно не волнует?
Он резко поворачивается ко мне.
— Ты всегда была слишком эмоциональной, — холодно бросает он. — Я тебе компенсирую, не волнуйся. Деньги это то, чего у меня много.

«Игнатик, я не могу дождаться вечера, когда мы наконец-то окажемся в постели. Безумно тебя хочу! Надела новое бельё, которое ты мне подарил и сделаю то, о чём меня давно просишь!»
Сообщение всплывает на экране телефона в тот момент, когда взбиваю крем. Читаю его, не веря своим глазам. Венчик падает из рук прямо в чашу, и яркие розовые брызги разлетаются вокруг, но я их не замечаю. Для меня мир потемнел, почти перестал существовать: исчезли цвета, звуки, запахи.
Остаётся лишь сообщение и фотографии пошлой блондинки в ажурном алом лифчике, едва прикрывающем силиконовые формы.
Внутри только боль, — жгучая, едкая, разъедающая каждую клеточку тела.
Это сообщение моему мужу? Это какая-то ошибка! Или нет?

Муж назвал меня курицей, спустил все накопления на любовницу и хочет отобрать мой бизнес!
Не на ту напал!
Нельзя предавать женщину, которая любила.
Обещаю, месть будет красивой... и сладкой!

— Мы заключаем контракт, — диктую условия, глядя в ледяные глаза бывшего. — Фиктивный брак. Как только ты получишь свой статус, а я верну дом своей семьи — мы разводимся.
Ярослав смотрит на меня, словно оценивая лот на аукционе.
— Разумно. Меня устраивает. У тебя три часа, Марианна, — предупреждает он и добавляет с ухмылкой: — Не опоздай на собственную свадьбу.
_________________
Я пошла на сделку, чтобы спасти наследие дедушки. Стала фиктивной женой бывшего, а потом сбежала от него в старый особняк.
Но дом оказался ловушкой…
Одно неверное движение — и мы летим в темноту. Теперь мы заперты в бетонном бункере. И единственный человек в мире, который знает, где я, — это тот, кто застрял здесь со мной.
Мой фиктивный муж…

— Наташа… — он резко вжикнул молнией, и повернулся ко мне, словно ничего не случилось. — Вот только давай без сцен, ладно? Ты же воспитанная женщина.
Его голос. Его голос. Все эти годы он звучал для меня лаской, теплом, уверенностью. А сейчас — будто чужая грязь на коже.
Анжела сползла со стола, лихорадочно поправляя юбку. Её щёки пылали, дыхание сбивалось, но в глазах… Не стыд. Нет. Торжество. Она метнула взгляд на Петра — быстрый, тайный, знающий — и бочком прокралась к двери, будто я просто неудобная помеха.
Я не пошевелилась. Не закричала. Я просто стояла и смотрела.
В лицо человека, который ещё утром целовал меня в макушку, бормоча «люблю». В лицо, которое сейчас кривилось не от раскаяния, а от раздражения, будто я что-то испортила.
— Ты… — мой голос дрогнул, но не сорвался. — Ты мне… Изменил… — хрипло прошептала, сжал горло рукой.
Он пожал плечами, будто я спросила про погоду.
— Ну, случилось. Не драматизируй.

– Яна, а что-то у нас совсем не пахнет едой. Только не говори мне, что ты снова ничего не приготовила на ужин.
– Нет, не приготовила. Зато поболтала с твоей бывшей женой, узнав много чего интересного, о чём ты предпочитал умалчивать.
– Таня рассказала тебе о Нине?
– Ну спасибо хоть не отрицаешь её существования. И мне вот интересно, ты и правда думал, что мне не стоит знать о твоей любовнице и сыне?
– А что не так?
– Ты не понимаешь?
– Я изменял Тане, но не тебе. И ты сама знаешь, что сподвигло меня к измене.