Читать и слушать книги

Финальный экзамен в Академии Магии — дело серьезное, особенно если для высшего балла тебе нужно угнать артефакт прямо из-под носа невыносимо сексуального Хранителя Запретной секции. Но ведьма иллюзий Эвелин не ожидала, что строгий паладин Аларик окажется настолько горяч на дубовом столе, а проклятую «Слезу Феникса» уведут прямо во время их тактического марафона страсти!
Чтобы не угодить на костер Инквизиции, этой безумной парочке придется заключить греховный пакт и отправиться в порочный Теневой Город. «Раз уж мы не можем уснуть… придется снимать это заклинание проверенным способом», — и поверьте, BDSM-разведка в кожаных портупеях и безумная погоня на летающих метлах — это только начало их ведьминского форс-мажора!
Ловите вора, держите чулки и приготовьтесь к самой жаркой сессии в вашей жизни!

Я вернулась в клинику и в первый же день узнала: теперь отделением руководит Никита Орлов. Мужчина, от которого я сбежала год назад, застав его с другой. Нам снова стоять у одного операционного стола и принимать решения, от которых зависят чужие жизни. Но доверять его рукам проще, чем словам. Когда отделению грозит комиссия, старая фотография всплывает снова — и все, что я знала о той ночи, начинает рушиться.

– Когда ты собирался сообщить мне, что готовишься к разводу?

– Когда понял бы, что сообщать действительно нужно.

– То есть после пятнадцатого ноября, когда меня уже можно будет вывести из фонда без лишнего шума?

– Ты читаешь рекомендации Белозерова как принятые решения.

– А твои пометки я должна читать как литературную критику?

Константин посмотрел на красную надпись еще раз. Когда он заговорил, в его голосе не было ни оправдания, ни просьбы, только та сдержанная жесткость, с которой он всегда сообщал неприятную часть правды.

– Ты объявила войну, Лида, не выяснив, кто нанес первый удар.

– А поехали купаться? – спросила она, осененная шальной идеей.

– Предложение, конечно, классное, – кивнул он, соглашаясь. – Освежиться сейчас бы не помешало, в такую-то жарень. Только у меня нет с собой плавок.

– Ну и что? – Она озорно улыбнулась и развела руками. – У меня тоже! Я знаю отличное место, там никого не бывает.

Меня проиграли в карты. Брат поставил на кон не деньги, а меня. Теперь я принадлежу ему — Рустаму, опасному кавказцу с холодным сердцем и тёмным прошлым. Он обещал не трогать. Но его руки уже касались меня, а взгляд говорил: я его. Я ненавижу его. И боюсь, что начала хотеть. Что будет, когда он узнает, что я всё ещё невинна?

Сорок лет — возраст, когда женщина перестаёт ждать чуда. Вера Павловна привыкла к серым костюмам, пустой квартире и вышивке по ночам. Но однажды осенним вечером она заходит в антикварную лавку, где продавец с янтарными глазами дарит ей горсть тёплых бусин. С этого мгновения её жизнь начинает меняться — появляются странные сны, необъяснимые встречи и чувство, что за ней кто-то наблюдает из темноты. Кто он — человек, зверь или дух, ждавший её столетиями? И готова ли Вера выпустить свет туда, где много лет жила только тень?

— Ты моя по договору, — произнёс мажор, повернувшись ко мне. — И я не позволю какому-то щенку...
— Я не твоя! — выкрикнула я, дёргая ручку двери. — И никогда ею не буду!
Я выскочила из машины. Сердце колотилось, глаза жгло от слёз. Я не понимала, почему меня так задели его слова.
Он догнал меня, схватил за руку и развернул. Мы стояли под фонарями, и его лицо было искажено злостью.
— Ты моя по договору, — повторил парень, прижимая меня к капоту. — И я хочу своё.

Я никогда не мечтала попасть в другой мир, тем более к демонам. Но один неудачный призыв переворачивает всё. На моём теле — печать, один демон требует подчинения, а второй пытается понять, как вернуть меня домой. И чем дольше я нахожусь рядом с братьями, тем сложнее разобраться, где заканчивается действие магии и начинается моё собственное желание.
Я действительно могу влюбиться в обоих?

- Потанцуем?

Не дождавшись ответа, крепко притягиваю её за талию и двигаю в сторону танцпола. Широко распахнутые глаза Марты говорят о многом. Дрожащие руки нервно то сжимают, то наоборот, разжимают лацканы моего пиджака. Да, милая, я тоже нервничаю и сам не до конца понимаю, зачем затеял всё это.

- Как жизнь семейная? Муж не обижает? - взглядом прожигаю её. Даже моргнуть боюсь, иначе ведь может исчезнуть. Как уже было однажды.

Марта лишь часто моргает и быстро дышит. Если бы не громкая музыка, уверен, слышал бы звук её бешено-колотящегося сердца. Хотя, кому я вру, моё тоже отбивает, не жалея сил.

- Кстати, у вас сын или дочка? - продолжаю задавать свои вопросы, не могу остановиться. И зачем мне эта информация?

Как вдруг Марта резко останавливается, руки плавно и безвольно падают вдоль тела, а в глазах появляется влага.

- Дочка... - почти шёпотом произносит она, и первая слеза, не сдержавшись на ресницах, падает на её щеку.

Он смотрел на меня долго и спокойно, будто уже решил что-то за нас обоих. Мне хватило третьего бокала, чтобы подойти самой, потому что полная женщина, которая ждёт, пока её пригласят, обычно так и остаётся красивым диваном у стены.

— Если скажете «пышная красотка», вино окажется на вашей рубашке, — сказала я, чокаясь с ним. — Я и сама в курсе, что я красивая. Дальше можете быть оригинальнее.

Он улыбнулся уголком рта, а его голос оказался низким, тёплым, без той фальшивой любезности, которой полны вечеринки.

— Тогда скажу иначе. Ты единственная в этой комнате, на кого хочется смотреть дольше, чем вежливость позволяет…