Читать и слушать книги
— Ты моя заложница, — мужчина пристально смотрит, и от его голодного взгляда у меня кровь в жилах стынет. — С заложницами делают всё, что хотят.
— Как только ты поддашься своим желаниям, я перестану быть ценной для моего жениха, и тебе больше нечем будет на него давить.
— Да и плевать…
Я была счастлива, влюблена и любима, собиралась вскоре выйти замуж, но жених перешёл дорогу опасному и влиятельному человеку. Его жестоко избили, а меня затащили в авто, насильно увезли и посадили под замок, чтобы использовать как рычаг давления на жениха. Но этот влиятельный человек заинтересовался мной, и его планы резко изменились.
— Как только ты поддашься своим желаниям, я перестану быть ценной для моего жениха, и тебе больше нечем будет на него давить.
— Да и плевать…
Я была счастлива, влюблена и любима, собиралась вскоре выйти замуж, но жених перешёл дорогу опасному и влиятельному человеку. Его жестоко избили, а меня затащили в авто, насильно увезли и посадили под замок, чтобы использовать как рычаг давления на жениха. Но этот влиятельный человек заинтересовался мной, и его планы резко изменились.
Надеть костюм Снегурочки и поздравлять несносного босса - что может быть хуже? А вот что... Оказаться с ним наедине в новогоднюю ночь! Какой же он всё-таки красивый и горячий...
– Я Вас, Виктор Степанович, в новогоднюю лотерею выиграла. То есть Вы – мой подарочек. Хоть Вы и не подарок, босс, между нами говоря. Потому что бабник и вообще… – поясняю. – Но дареному коню в зубы не смотрят. Так что я согласна забрать Вас, какой Вы есть, – вздыхаю.
– Ха-ха-ха, – смеется, расслабляясь, Дедов. – Так бы сразу и сказали. Ну, раз выиграла, значит, выиграла: на эту ночь я твой, Курносова. Веди меня к себе. Или вези.
***
Юлия Курносова выиграла босса в новогоднюю лотерею. Ну, она так считает, что выиграла, а босс только рад подыграть. Он, конечно, не подарок, но Юля от приза не отказывается, а везет его к себе домой. Однако дареный конь оказывается вроде троянского, с подвохом: оставшись с Юлей наедине, босс перехватывает инициативу, и тут такое начинается!..
– Ха-ха-ха, – смеется, расслабляясь, Дедов. – Так бы сразу и сказали. Ну, раз выиграла, значит, выиграла: на эту ночь я твой, Курносова. Веди меня к себе. Или вези.
***
Юлия Курносова выиграла босса в новогоднюю лотерею. Ну, она так считает, что выиграла, а босс только рад подыграть. Он, конечно, не подарок, но Юля от приза не отказывается, а везет его к себе домой. Однако дареный конь оказывается вроде троянского, с подвохом: оставшись с Юлей наедине, босс перехватывает инициативу, и тут такое начинается!..
История современной золушки. Старая, добрая сказка со счастливым концом или суровая реальность, где главная героиня далеко не красавица, а принц самый отпетый ублюдок Университета, для которого она лишь ничтожная букашка. В этой истории не может быть счастливого конца и им никогда не суждено полюбить друг друга. Но однажды судьба решила иначе...
Сама не понимаю, как выбегаю на проезжую часть и едва не оказываюсь под колесами машины. Водитель в последний момент успевает затормозить прямо перед нами.
– Ты куда с ребенком под колеса лезешь? Совсем жить надоело? – из машины выбегает рассерженный мужчина и принимается орать на всю улицу.
Но внезапно он осекается и подходит ближе.
– Геля? – доносится до меня ошеломленный голос.
Вглядываюсь в лицо водителя, и меня бросает в пот.
Максим? Я не видела отца Мии уже пять лет. И еще столько бы не видела! Откуда он тут?
Позади доносится шум погони.
Макс бросает взгляд мне за спину, что-то прикидывает в уме и командует:
– Прыгай в машину!
Перевожу взгляд с Максима Колесникова назад и понимаю, что из двух зол выбирать надо меньшее.
Я была вынуждена выйти замуж за друга отца, который относился ко мне, как к дочери. А теперь, когда его не стало, пришли враги и хотят забрать у меня дочку. И помочь с этими проблемами мне может только бывший, которого я когда-то любила больше жизни.
– Ты куда с ребенком под колеса лезешь? Совсем жить надоело? – из машины выбегает рассерженный мужчина и принимается орать на всю улицу.
Но внезапно он осекается и подходит ближе.
– Геля? – доносится до меня ошеломленный голос.
Вглядываюсь в лицо водителя, и меня бросает в пот.
Максим? Я не видела отца Мии уже пять лет. И еще столько бы не видела! Откуда он тут?
Позади доносится шум погони.
Макс бросает взгляд мне за спину, что-то прикидывает в уме и командует:
– Прыгай в машину!
Перевожу взгляд с Максима Колесникова назад и понимаю, что из двух зол выбирать надо меньшее.
Я была вынуждена выйти замуж за друга отца, который относился ко мне, как к дочери. А теперь, когда его не стало, пришли враги и хотят забрать у меня дочку. И помочь с этими проблемами мне может только бывший, которого я когда-то любила больше жизни.
Брюки, пиджак… Из кармана презерватив завязанный выпал…
Это как? Откуда? Почему это у Димы оказалось?
Я зажала себе рот ладонью. Спокойно! Не стоит утром шум поднимать, тем более при сыне. Я потом поговорю с мужем, пусть объяснит.
- Ира, а где свежее бельё, рубашка и костюм, ты не приготовила, - услышала я голос Димы.
- Минуту, принесу… - собравшись силами, ответила я.
В голове засела мысль, что муж мне изменил. Но как же так, ведь у нас с ним всё хорошо.
Я зашла в душ к мужу, но прежнего желания уже не было – я смотрела на Диму другими глазами. Если изменил, изменяет, то какого чёрта я должна с ним носиться. Бельё нужно, так сам бы и взял. Рубашки в и костюм в гардеробной!
- Что не так, Ира? Устала за вчерашний вечер? Не выспалась?
- Не знаю.
- Даня спит, иди ко мне, - улыбаясь, подал руку Дима.
- Опоздаешь.
- Да что с тобой? – сердито нахмурился муж.
- Вот что, - раскрыла я ладонь, на которой лежал использованный и завязанный презерватив.
Это как? Откуда? Почему это у Димы оказалось?
Я зажала себе рот ладонью. Спокойно! Не стоит утром шум поднимать, тем более при сыне. Я потом поговорю с мужем, пусть объяснит.
- Ира, а где свежее бельё, рубашка и костюм, ты не приготовила, - услышала я голос Димы.
- Минуту, принесу… - собравшись силами, ответила я.
В голове засела мысль, что муж мне изменил. Но как же так, ведь у нас с ним всё хорошо.
Я зашла в душ к мужу, но прежнего желания уже не было – я смотрела на Диму другими глазами. Если изменил, изменяет, то какого чёрта я должна с ним носиться. Бельё нужно, так сам бы и взял. Рубашки в и костюм в гардеробной!
- Что не так, Ира? Устала за вчерашний вечер? Не выспалась?
- Не знаю.
- Даня спит, иди ко мне, - улыбаясь, подал руку Дима.
- Опоздаешь.
- Да что с тобой? – сердито нахмурился муж.
- Вот что, - раскрыла я ладонь, на которой лежал использованный и завязанный презерватив.
– Я не хочу делить тебя с кем-то в свой день рождения. Я бы хотела. Чтоб этот день мы провели только вдвоем. – отчетливо проговаривала моя сестра.
– Всё будет, мы просто немного перенесём. На следующей неделе у меня командировка, полетишь со мной. – отвечал ей Слава.
От увиденного и услышанного у меня все внутренности перевернулись. Перед глазами мутная пелена. Слёзы?
Растерев их по щекам, жадно хватала воздух ртом.
– Разведись с ней. Мы вместе уже полгода. Я тебе родить смогу. А Агата пустышка, зачем она тебе?
Сестра филигранно прошлось по болевым точкам.
А я, полностью потеряв ориентиры, смотрела на то, как она опускается на колени.
Я узнала об измене мужа, на дне рождения сестры. Изменял он с ней.
Но, как оказалось, это не все «сюрпризы», и предали меня не только они.
А я… я не прощу никого из них.
– Всё будет, мы просто немного перенесём. На следующей неделе у меня командировка, полетишь со мной. – отвечал ей Слава.
От увиденного и услышанного у меня все внутренности перевернулись. Перед глазами мутная пелена. Слёзы?
Растерев их по щекам, жадно хватала воздух ртом.
– Разведись с ней. Мы вместе уже полгода. Я тебе родить смогу. А Агата пустышка, зачем она тебе?
Сестра филигранно прошлось по болевым точкам.
А я, полностью потеряв ориентиры, смотрела на то, как она опускается на колени.
Я узнала об измене мужа, на дне рождения сестры. Изменял он с ней.
Но, как оказалось, это не все «сюрпризы», и предали меня не только они.
А я… я не прощу никого из них.
- «Если в течение часа ты не приедешь и не подпишешь документы о разводе, обещаю, я сделаю все, чтобы наших детей ты больше не увидела!» – читаю сообщение вслух. – Хочешь сказать, это не ты прислал?!
Муж морщится.
- Что за бред? Я вообще не понимаю, зачем ты притащилась тридцать первого декабря в офис. Никто сегодня не работает и никакие документы о разводе не готовил.
- Ну конечно! – язвлю я, - Еще скажи, что это не ты заставил меня Соню и Даню с собой притащить! А теперь еще и делаешь вид, что не угрожал отобрать детей!
Авдеев вскидывает бровь и оглядывает меня со скепсисом.
- Какие дети? Ты же одна ко мне в кабинет пришла.
- Да потому что они рисовать остались в переговорной с твоей секретаршей новой!
Лицо мужа каменеет.
- У меня нет никакой новой секретарши, Полина. И я вообще в офисе с самого утра один. Ты с кем детей оставила??
Муж морщится.
- Что за бред? Я вообще не понимаю, зачем ты притащилась тридцать первого декабря в офис. Никто сегодня не работает и никакие документы о разводе не готовил.
- Ну конечно! – язвлю я, - Еще скажи, что это не ты заставил меня Соню и Даню с собой притащить! А теперь еще и делаешь вид, что не угрожал отобрать детей!
Авдеев вскидывает бровь и оглядывает меня со скепсисом.
- Какие дети? Ты же одна ко мне в кабинет пришла.
- Да потому что они рисовать остались в переговорной с твоей секретаршей новой!
Лицо мужа каменеет.
- У меня нет никакой новой секретарши, Полина. И я вообще в офисе с самого утра один. Ты с кем детей оставила??
И дёрнул же черт Дашу заключить дурацкое пари! Теперь ей придется выйти замуж за первого встречного, если она не станет счастливой за год. Но спор есть спор. Назад пути нет. Только вперёд, к счастью. У нее есть всего 365 дней и книга с заданиями в помощь. Но возможно ли стать счастливой на спор? Тем более, что на личном фронте полная неразбериха...
– Да заткни ты его! Весь день пашешь как проклятый, а дома даже отдохнуть нельзя!
– У него зубки режутся, – я старалась говорить тихо, успокаивающе. – Сейчас дам лекарство, и он утихнет.
– Зубки? – он скривился, подходя к манежу. – В мое время никаких лекарств не было, и ничего, выросли нормальными мужиками. А ты его разбаловала, неженку растишь.
Я метнулась к манежу, опередив его всего на секунду. Подхватила Мишу на руки, прижала к себе. Он сразу затих, уткнувшись мне в шею горячим лбом.
– Что, защищаешь своего выродка? – Иван навис надо мной, обдавая запахом перегара. – Даже на меня не похож! Может, нагуляла, а?
Я сбежала от мужа-тирана с десятимесячным сыном на руках, когда его садистские наклонности стали угрожать ребенку. Но это оказалось лишь началом борьбы. Теперь мой единственный защитник — загадочный бизнесмен Александр, которому я боюсь довериться, но не могу противиться растущим чувствам.
– У него зубки режутся, – я старалась говорить тихо, успокаивающе. – Сейчас дам лекарство, и он утихнет.
– Зубки? – он скривился, подходя к манежу. – В мое время никаких лекарств не было, и ничего, выросли нормальными мужиками. А ты его разбаловала, неженку растишь.
Я метнулась к манежу, опередив его всего на секунду. Подхватила Мишу на руки, прижала к себе. Он сразу затих, уткнувшись мне в шею горячим лбом.
– Что, защищаешь своего выродка? – Иван навис надо мной, обдавая запахом перегара. – Даже на меня не похож! Может, нагуляла, а?
Я сбежала от мужа-тирана с десятимесячным сыном на руках, когда его садистские наклонности стали угрожать ребенку. Но это оказалось лишь началом борьбы. Теперь мой единственный защитник — загадочный бизнесмен Александр, которому я боюсь довериться, но не могу противиться растущим чувствам.
Выберите полку для книги