Читать и слушать книги
– Я не стану принимать в своём доме твою любовницу, Кирилл!
– Это не только твой дом, дорогая, но и мой. Так что тебе придётся принять в нём моего сына и его мать. И постарайся быть дружелюбной и приветливой. Не позорь меня.
– Ты не посмеешь. – я обняла себя за плечи и замотала головой. – Не посмеешь!
– Сергей – мой сын, а Ольга бывшая жена, и значит там тоже моя семья, Марго. Вы обе матери моих детей, мои женщины. – Кир снисходительно похлопал меня по плечу. – Я считаю, что пришло время вам познакомиться и подружиться.
– Это не только твой дом, дорогая, но и мой. Так что тебе придётся принять в нём моего сына и его мать. И постарайся быть дружелюбной и приветливой. Не позорь меня.
– Ты не посмеешь. – я обняла себя за плечи и замотала головой. – Не посмеешь!
– Сергей – мой сын, а Ольга бывшая жена, и значит там тоже моя семья, Марго. Вы обе матери моих детей, мои женщины. – Кир снисходительно похлопал меня по плечу. – Я считаю, что пришло время вам познакомиться и подружиться.
— Нина Андреевна, я знаю, что вы этого не совершали. Зачем же вы так упорно хотите за решетку?
От такого напора я потерялась на миг, но быстро взяла себя в руки.
— Это сделала я.
— Нет, — Менделеев качнул головой, — и мы оба это знаем. Не топите себя.
— Так надо, — в голосе прорезались просящие нотки пополам со слезами. Нет, нельзя поддаваться, надо держаться уговора.
Адвокат хищно усмехнулся.
— А это уже другой разговор, — Менделеев убрал стопку, что лежала на столе в портфель и достал папку, — нам с вами есть что обсудить, а потом вы примите решение. Верное решение.
Ради дочери я была готова пойти на все. Только сделка, которую я заключила, оказалась нечестной. Как бороться с влиятельным противником, сидя за решеткой? На помощь приходит адвокат, который готов взяться за дело, ничего не требуя в замен. Но так ли все просто?
От такого напора я потерялась на миг, но быстро взяла себя в руки.
— Это сделала я.
— Нет, — Менделеев качнул головой, — и мы оба это знаем. Не топите себя.
— Так надо, — в голосе прорезались просящие нотки пополам со слезами. Нет, нельзя поддаваться, надо держаться уговора.
Адвокат хищно усмехнулся.
— А это уже другой разговор, — Менделеев убрал стопку, что лежала на столе в портфель и достал папку, — нам с вами есть что обсудить, а потом вы примите решение. Верное решение.
Ради дочери я была готова пойти на все. Только сделка, которую я заключила, оказалась нечестной. Как бороться с влиятельным противником, сидя за решеткой? На помощь приходит адвокат, который готов взяться за дело, ничего не требуя в замен. Но так ли все просто?
- Чего ты там разглядываешь? – «Дед Мороз» заглядывает за плечо. –А, очередные письма от детишек? Что на этот раз просят гаврики? Айфон? Комп или приставку?
- Маму, - бормочу, утирая слезы.
- Не принимай близко к сердцу, - жестко заявляет напарник. – Твоя задача – отработать утренник, окунуть детей в сказку. Но исполнять желания не входит в твои обязанности. Особенно такие. Выброси и забудь.
Я подрабатываю Снегурочкой на утренниках. Волею судьбы под самый Новый год я оказываюсь в этой самой семье, где две маленькие девочки ждут самый дорогой и необычный подарок – маму. Но их надежда тает с каждым днем. И я даю себе слово, что сделаю все, чтобы девочки снова поверили в новогодние чудеса…
- Маму, - бормочу, утирая слезы.
- Не принимай близко к сердцу, - жестко заявляет напарник. – Твоя задача – отработать утренник, окунуть детей в сказку. Но исполнять желания не входит в твои обязанности. Особенно такие. Выброси и забудь.
Я подрабатываю Снегурочкой на утренниках. Волею судьбы под самый Новый год я оказываюсь в этой самой семье, где две маленькие девочки ждут самый дорогой и необычный подарок – маму. Но их надежда тает с каждым днем. И я даю себе слово, что сделаю все, чтобы девочки снова поверили в новогодние чудеса…
— Добро пожаловать, грязнокровка, — произносит он, опускаясь передо мной на корточки.
Я боюсь поднять взгляд, меня трясёт от страха.
— Ты бы знала, как я ненавижу всю твою семейку, а особенно твоего братца. Я бы с удовольствием убил его этими руками, но такая смерть слишком легка для него. Смотри на меня! — он хватает меня за подбородок и резко поднимает голову. — Он будет умирать каждый день, зная, как ты живёшь. Он видел, что я могу с тобой сделать. Но это только начало. Всё самое страшное ещё впереди.
Его голос звучит зловеще, а взгляд пронизывает насквозь.
Трагический инцидент поставил две семьи на путь неизбежного столкновения. В одном доме бушевала ярость, в другом – поселился страх. Чтобы предотвратить кровопролитие, которое могло охватить обе родственные ветви, главы семей приняли решение объединить своих детей узами брака.
Но удастся ли молодым людям преодолеть стену взаимной неприязни? Сможет ли юноша, воспитанный в атмосфере ненависти, принять девушку из враждебного род
Я боюсь поднять взгляд, меня трясёт от страха.
— Ты бы знала, как я ненавижу всю твою семейку, а особенно твоего братца. Я бы с удовольствием убил его этими руками, но такая смерть слишком легка для него. Смотри на меня! — он хватает меня за подбородок и резко поднимает голову. — Он будет умирать каждый день, зная, как ты живёшь. Он видел, что я могу с тобой сделать. Но это только начало. Всё самое страшное ещё впереди.
Его голос звучит зловеще, а взгляд пронизывает насквозь.
Трагический инцидент поставил две семьи на путь неизбежного столкновения. В одном доме бушевала ярость, в другом – поселился страх. Чтобы предотвратить кровопролитие, которое могло охватить обе родственные ветви, главы семей приняли решение объединить своих детей узами брака.
Но удастся ли молодым людям преодолеть стену взаимной неприязни? Сможет ли юноша, воспитанный в атмосфере ненависти, принять девушку из враждебного род
- Ты мне нравишься. Люблю невинных. - Отрезает хрипло.
- Отпусти меня! - Упираюсь руками в его грудь, но он лишь сильнее притягивает к себе.
- Как тогда долг отрабатывать будешь?
- Я расплачусь, только отпусти меня.
- Нет, сладенькая. У тебя один выход… - Рычит мне в губы.
Дамир Юсупов, опасный хищник, его все слушаются и подчиняются беспрекословно. Только я перешла ему дорогу. По моей глупости он потерял много денег и теперь требует с меня долг. И я не знаю, как от него сбежать.
- Отпусти меня! - Упираюсь руками в его грудь, но он лишь сильнее притягивает к себе.
- Как тогда долг отрабатывать будешь?
- Я расплачусь, только отпусти меня.
- Нет, сладенькая. У тебя один выход… - Рычит мне в губы.
Дамир Юсупов, опасный хищник, его все слушаются и подчиняются беспрекословно. Только я перешла ему дорогу. По моей глупости он потерял много денег и теперь требует с меня долг. И я не знаю, как от него сбежать.
— Ты ведь не думала, что всё так просто закончится? — Джейк остановил меня у выхода из тюрьмы.
Я застыла. Голос, который я так долго ждала услышать, снова пробрался под кожу.
— Не думала… но надеялась, что мы оба оставим это позади.
— А вот я — нет. Он усмехнулся. — Я слишком долго искал тебя, Эмма. И теперь уже не отпущу.
Сердце бешено заколотилось. В голове мелькнула мысль о Джоне. О нашем ужине. О его тёплых глазах. О простой жизни, которую я могла построить с ним.
Но вот стою перед Джейком и понимаю: тянет ли меня к Джону? Или это была лишь попытка убежать от прошлого?
— У тебя есть кто-то? — спросил Джейк, и его взгляд прожигал меня насквозь. — Этот Джон… что он для тебя значит?
Я вздохнула и подняла на него глаза.
— Неважно.
Его улыбка стала шире.
— Именно это я и хотел услышать.
Вот так всё и началось. Опять.
И в глубине души я знала: с Джейком всегда будет сложно… но я никогда не променяю его на спокойную жизнь.
Скажете, безумие? А может, просто любовь…
Я застыла. Голос, который я так долго ждала услышать, снова пробрался под кожу.
— Не думала… но надеялась, что мы оба оставим это позади.
— А вот я — нет. Он усмехнулся. — Я слишком долго искал тебя, Эмма. И теперь уже не отпущу.
Сердце бешено заколотилось. В голове мелькнула мысль о Джоне. О нашем ужине. О его тёплых глазах. О простой жизни, которую я могла построить с ним.
Но вот стою перед Джейком и понимаю: тянет ли меня к Джону? Или это была лишь попытка убежать от прошлого?
— У тебя есть кто-то? — спросил Джейк, и его взгляд прожигал меня насквозь. — Этот Джон… что он для тебя значит?
Я вздохнула и подняла на него глаза.
— Неважно.
Его улыбка стала шире.
— Именно это я и хотел услышать.
Вот так всё и началось. Опять.
И в глубине души я знала: с Джейком всегда будет сложно… но я никогда не променяю его на спокойную жизнь.
Скажете, безумие? А может, просто любовь…
– Па-па, – слышу снова, и в этот раз кто-то трогает меня за ногу. Отстраняю телефон от уха. А взгляд летит вниз, встречаясь с грустными голубыми глазами. Яркими, чистыми, как летнее небо без облаков. Проваливаюсь в них, на секунду выпадая из реальности. Миниатюрная куколка дёргает меня за штанину. Совсем кроха. Тонкие пальчики сжимают ткань, а большие, кукольные глазки с пушистыми русыми ресницами начинают мигать сильнее. Малышка растерянная и какая-то печальная.
– Не па-па, – разочарованно проговаривает, одёргивая ручку. Разворачивается и, понуро опустив голову, смотрит себе под ножки. Петляя по коридору, как призрак, отдаляется от меня. Но даже на расстоянии слышу грустное и протяжное:
– Мама-а-а.
И этот жалобный голосок вызывает во мне странную бурю эмоций. Волнение вперемешку со сдавливающим чувством, которое не могу понять. Возвращаю трубку к уху. И чеканю:
– Я перезвоню.
– Не па-па, – разочарованно проговаривает, одёргивая ручку. Разворачивается и, понуро опустив голову, смотрит себе под ножки. Петляя по коридору, как призрак, отдаляется от меня. Но даже на расстоянии слышу грустное и протяжное:
– Мама-а-а.
И этот жалобный голосок вызывает во мне странную бурю эмоций. Волнение вперемешку со сдавливающим чувством, которое не могу понять. Возвращаю трубку к уху. И чеканю:
– Я перезвоню.
— Володя? — спросонья принимаю вызов от мужа.
— Так хорошо, Владимир Петрович? — вместо супруга в динамике женский соблазнительный голос.
— Да, девочка моя, продолжай, — отвечает мой Володя.
— Умеет так твоя клуша?
— Не разговаривай! Продолжай молча.
Меня парализует ужасом происходящего. Дальше вместо разговоров я слушаю их стоны и шумное дыхание, а еще то, как мой муж называет другую: “сладкой девочкой”. Не знаю почему я не сбрасываю звонок, позволяя себе все дальше проваливаться под лед. Но потом раздаются шаги и девушка шепчет мне в трубку: — Все услышала, старая курица? А теперь подвинься. Он мой.
После двадцати пяти лет брака, становлюсь свидетельницей измены своего мужа с его секретаршей по телефону. Она просит меня подвинуться. А я, не стану бороться за того, кто месяцами обманывал меня. Вот только выяснится, что без моей поддержки он ничего не стоит, и будет утверждать, что это еще не конец.
Но я настроена иначе. Это точка для нас. И не финал для меня.
— Так хорошо, Владимир Петрович? — вместо супруга в динамике женский соблазнительный голос.
— Да, девочка моя, продолжай, — отвечает мой Володя.
— Умеет так твоя клуша?
— Не разговаривай! Продолжай молча.
Меня парализует ужасом происходящего. Дальше вместо разговоров я слушаю их стоны и шумное дыхание, а еще то, как мой муж называет другую: “сладкой девочкой”. Не знаю почему я не сбрасываю звонок, позволяя себе все дальше проваливаться под лед. Но потом раздаются шаги и девушка шепчет мне в трубку: — Все услышала, старая курица? А теперь подвинься. Он мой.
После двадцати пяти лет брака, становлюсь свидетельницей измены своего мужа с его секретаршей по телефону. Она просит меня подвинуться. А я, не стану бороться за того, кто месяцами обманывал меня. Вот только выяснится, что без моей поддержки он ничего не стоит, и будет утверждать, что это еще не конец.
Но я настроена иначе. Это точка для нас. И не финал для меня.
Мой муж сообщил, что у него другая, перечеркнув двадцать пять лет
брака, но это еще не все неприятности, свалившиеся на мою голову. Очень
скоро я узнаю тайну, которая заставит меня встать на путь мести.
***
— У меня другая, — повторяет он, как будто говорит о погоде или о чем-то обыденном. — Между нами всё кончено.
— Другая, значит, — произношу я медленно, выговаривая каждое слово так, будто пробую их на вкус. Они обжигают и горчат, но я не демонстрирую дискомфорта. — Может, познакомишь меня с ней, любимый? Всё-таки двадцать пять лет вместе, наверно, я заслуживаю знать, кто она?
Муж раздражённо смотрит, а потом отводит взгляд, словно не знает, что ответить.
— Ты всё усложняешь.
брака, но это еще не все неприятности, свалившиеся на мою голову. Очень
скоро я узнаю тайну, которая заставит меня встать на путь мести.
***
— У меня другая, — повторяет он, как будто говорит о погоде или о чем-то обыденном. — Между нами всё кончено.
— Другая, значит, — произношу я медленно, выговаривая каждое слово так, будто пробую их на вкус. Они обжигают и горчат, но я не демонстрирую дискомфорта. — Может, познакомишь меня с ней, любимый? Всё-таки двадцать пять лет вместе, наверно, я заслуживаю знать, кто она?
Муж раздражённо смотрит, а потом отводит взгляд, словно не знает, что ответить.
— Ты всё усложняешь.
– Итак, что мы будем делать? – спросила я, стараясь звучать более непринужденно.
Он посмотрел на меня, и в его глазах заиграли искорки.
– Я думал, что можно просто расслабиться, выпить чего-нибудь, для начала? Я просто не знаю, как у вас…гхм.
– У нас? – посмотрела на парня.
– У проститу…, – я выгнула одну бровь, показывая свое недовольство. – Извини, у эскортниц.
А история совсем не про то, о чем вы подумали! Или как безобидный, на первый взгляд, спор смог изменить все.
Он посмотрел на меня, и в его глазах заиграли искорки.
– Я думал, что можно просто расслабиться, выпить чего-нибудь, для начала? Я просто не знаю, как у вас…гхм.
– У нас? – посмотрела на парня.
– У проститу…, – я выгнула одну бровь, показывая свое недовольство. – Извини, у эскортниц.
А история совсем не про то, о чем вы подумали! Или как безобидный, на первый взгляд, спор смог изменить все.
Выберите полку для книги