Читать и слушать книги
Как только мне удаётся собрать себя по частям после пережитого и начать новую жизнь, спокойную и размеренную, в мой маленький тихий мир вновь с ноги врывается причина всех моих бед — Артём Резанов. Удастся ли мне защитить себя? Или он опять не оставит от моей жизни камня на камне?
Устроившись в элитную частную школу учителем истории, Андрей даже не предполагал, что станет объектом обожания одной из старшеклассниц. Но самое страшное, что отчаянно влюблённая девушка не остановится ни перед чем... даже перед убийством.
– Я тебя не отпускаю, – припечатывает Разумовский.
– Интересно, чем ты намерен меня удержать? Посадишь на цепь? – интересуюсь с насмешкой, хоть самой не до смеха: нервы, словно натянутая струна – кажется, даже слышно как они вибрируют. – Тебе же нужна публичная жена,–- напоминаю.
– Вот именно, – обдают холодом вылетающие из безжалостных уст слова. – Поэтому ты останешься и будешь играть роль любящей женушки добровольно.
– Мечтать не вредно! – бросаю, с трудом подавляя панику.
– Не думаешь о себе – подумай о родителях! – Разумовский знает, куда бить, но на этот раз аргумент пролетает мимо цели: я готова к шантажу и запаслась контраргументами.
***
Выходя замуж за успешного бизнесмена и подающего большие надежды политика, я думала, что вытащила счастливый билет. Спустя годы поняла: то была черная метка. Узы Гименея быстро превратились в цепи, а я стала послушной марионеткой в руках искусного кукольника. Моя мечта – вырваться на свободу и отомстить.
– Интересно, чем ты намерен меня удержать? Посадишь на цепь? – интересуюсь с насмешкой, хоть самой не до смеха: нервы, словно натянутая струна – кажется, даже слышно как они вибрируют. – Тебе же нужна публичная жена,–- напоминаю.
– Вот именно, – обдают холодом вылетающие из безжалостных уст слова. – Поэтому ты останешься и будешь играть роль любящей женушки добровольно.
– Мечтать не вредно! – бросаю, с трудом подавляя панику.
– Не думаешь о себе – подумай о родителях! – Разумовский знает, куда бить, но на этот раз аргумент пролетает мимо цели: я готова к шантажу и запаслась контраргументами.
***
Выходя замуж за успешного бизнесмена и подающего большие надежды политика, я думала, что вытащила счастливый билет. Спустя годы поняла: то была черная метка. Узы Гименея быстро превратились в цепи, а я стала послушной марионеткой в руках искусного кукольника. Моя мечта – вырваться на свободу и отомстить.
Он известный художник. Его работы настоящее произведение искусства. И я влюбилась в него без памяти. Схожу с ума от одного только взгляда, готова на всё, лишь бы он продолжал смотреть на меня с той же жаждой, что и в первую нашу ночь вместе. Вот только он считает, что между нами ничего не может быть, потому что… потому что он отец моей подруги.
— Какая телка! Третий размер?
— Четвертый, — бахвально произносит мой муж и добавляет, кайфуя от каждого произнесенного дальше слова. — А как скачет на мне!
Замираю, ошарашенная от услышанных фраз, и так и остаюсь на полпути на улицу в предбаннике ресторана.
— Крутая, — с завистью в голосе тянет его собеседник. — Ты серьезно с ней или как?
— Пока менять не планирую, — констатирует негодяй и продолжает показывать, видимо, фотографии своей шлюхи.
— О, а это кто?
— Не пялься. Это жена, — обрывает резко.
— А у тебя и жена зачетная.
— У меня все зачетное, — бросает самодовольно гад, которого еще пару минут назад я считала своим любимым мужчиной, своим мужем, и добавляет насмешливо. — Но знаешь, она уже выходит из строя, тюнинг, конечно, помогает, но это ненадолго. Старые только тачки котируются, а не жены.
— Может, мне ее отдашь?
— Четвертый, — бахвально произносит мой муж и добавляет, кайфуя от каждого произнесенного дальше слова. — А как скачет на мне!
Замираю, ошарашенная от услышанных фраз, и так и остаюсь на полпути на улицу в предбаннике ресторана.
— Крутая, — с завистью в голосе тянет его собеседник. — Ты серьезно с ней или как?
— Пока менять не планирую, — констатирует негодяй и продолжает показывать, видимо, фотографии своей шлюхи.
— О, а это кто?
— Не пялься. Это жена, — обрывает резко.
— А у тебя и жена зачетная.
— У меня все зачетное, — бросает самодовольно гад, которого еще пару минут назад я считала своим любимым мужчиной, своим мужем, и добавляет насмешливо. — Но знаешь, она уже выходит из строя, тюнинг, конечно, помогает, но это ненадолго. Старые только тачки котируются, а не жены.
— Может, мне ее отдашь?
Только не в гарем… Я не хочу в гарем…
Когда меня вместе с остальными девушками закрывают в огромном помещении с охраной, паника усиливается.
— Так, все слушаем меня, — раздается командный голос администратора. — Вечеринка начнется в восемь часов. Вас отведут в зал, и вы будете делать то, что вам велят гости вечеринки, — от этих страшных слов хочется орать, но я молча смотрю на входную дверь.
Рядом с ней два амбала, так что просто убежать у меня не получится.
— А если мне не понравится, я могу отказаться? — спросила одна из девушек. — Отказаться вы не можете. Только подчинение. Для гостей здесь никаких запретов! — гаркнула она, обдав присутствующих ледяным взглядом.
Я мечтала о модельной карьере, и по своей наивности попала на закрытую вечеринку для избранных, в которой нет правил. Сейчас мне предстоит выбраться из западни… живой.
Когда меня вместе с остальными девушками закрывают в огромном помещении с охраной, паника усиливается.
— Так, все слушаем меня, — раздается командный голос администратора. — Вечеринка начнется в восемь часов. Вас отведут в зал, и вы будете делать то, что вам велят гости вечеринки, — от этих страшных слов хочется орать, но я молча смотрю на входную дверь.
Рядом с ней два амбала, так что просто убежать у меня не получится.
— А если мне не понравится, я могу отказаться? — спросила одна из девушек. — Отказаться вы не можете. Только подчинение. Для гостей здесь никаких запретов! — гаркнула она, обдав присутствующих ледяным взглядом.
Я мечтала о модельной карьере, и по своей наивности попала на закрытую вечеринку для избранных, в которой нет правил. Сейчас мне предстоит выбраться из западни… живой.
Вот это поворот!
Возвращаюсь из поездки на пару дней раньше, а муж в постели… со своей племяшкой.
— Я всё объяснить хотел давно — кричит мерзавец, пока выкидываю его вещи в окно, — тут такие дела... ты всё не так поняла!
— А как должна понять? Ты держал любовницу в нашем доме под видом племянницы и не хотел об этом сказать? Молодец, смекалочка – десять из десяти… но теперь тебе конец! Сделай одолжение, свали из нашего дома вместе со своей подстилкой, без осложнений.
Но неверный решает зубы показать, только рискует их обломать!
— Я никуда не уйду, - кричит, - я, мать твою, сделал из тебя человека, вытащил из грязи, и я же верну тебя обратно до конца твоего века! Сделаю так, что больше ни один мужик не захочет жениться, тоже мне, нашлась царица!
Вот как!
Решил меня сломать?
Не стоило мерзавцу на меня нападать...
Я найду нового мужчину красивее, успешнее, богаче!
Но сначала… надо получить развод от неверного мужа, иначе...
Могу жизнью поплатиться... надо поторопиться!
Возвращаюсь из поездки на пару дней раньше, а муж в постели… со своей племяшкой.
— Я всё объяснить хотел давно — кричит мерзавец, пока выкидываю его вещи в окно, — тут такие дела... ты всё не так поняла!
— А как должна понять? Ты держал любовницу в нашем доме под видом племянницы и не хотел об этом сказать? Молодец, смекалочка – десять из десяти… но теперь тебе конец! Сделай одолжение, свали из нашего дома вместе со своей подстилкой, без осложнений.
Но неверный решает зубы показать, только рискует их обломать!
— Я никуда не уйду, - кричит, - я, мать твою, сделал из тебя человека, вытащил из грязи, и я же верну тебя обратно до конца твоего века! Сделаю так, что больше ни один мужик не захочет жениться, тоже мне, нашлась царица!
Вот как!
Решил меня сломать?
Не стоило мерзавцу на меня нападать...
Я найду нового мужчину красивее, успешнее, богаче!
Но сначала… надо получить развод от неверного мужа, иначе...
Могу жизнью поплатиться... надо поторопиться!
– Ольга. Какая... неожиданная встреча. – Мои пальцы медленно разглаживали складки на скатерти вокруг мокрого пятна. – Ты хотела поговорить?
Она сглотнула, пытаясь собраться.
– Я... я хочу объясниться. Вы должны понять…
– Объяснить что? – Я наклонила голову, делая вид, что искренне заинтересована. – Как ты оказалась в постели с моим мужем? Или как потратила три миллиона из нашего общего счета на свои прихоти?
Я узнала о измене мужа, но не стала закатывать истерики и плакать, а решила подготовиться и отомстить. Я его уничтожу!
ХЭ, а для кого узнаем в конце.
Она сглотнула, пытаясь собраться.
– Я... я хочу объясниться. Вы должны понять…
– Объяснить что? – Я наклонила голову, делая вид, что искренне заинтересована. – Как ты оказалась в постели с моим мужем? Или как потратила три миллиона из нашего общего счета на свои прихоти?
Я узнала о измене мужа, но не стала закатывать истерики и плакать, а решила подготовиться и отомстить. Я его уничтожу!
ХЭ, а для кого узнаем в конце.
Мне двадцать пять, и моя жизнь складывается совсем не так, как мечталось в юности. Безвольно я плыву по течению, надеясь, что однажды найдётся тот, кто вытянет из опостылевшей донельзя рутины, исправит сделанные ошибки и обогреет, растопив объятиями стылый лёд, сковавший сердце тисками. Время неумолимо бежит вперёд, только выдуманный спаситель так и не появляется в моей жизни.
Да, я не одинока, только мой мужчина совсем не предел мечтаний. Я понимаю, что своим поведением он подавляет и унижает меня, но вопреки всему цепляюсь за него, как за спасительный якорь в штормовом море. Боюсь ли я одиночества или же люблю его? Не знаю… Я ничего уже не знаю. И, разве можно любить того, кто всё время лжёт? Быть может, я просто боюсь изменить привычную жизнь, несмотря на то что она полна разочарования.
А быть может, мне нужен пинок, чтобы наконец привести мысли в порядок и зажить той жизнью, о которой грезила в юности? Когда умела любить по-настоящему и жила искренними неподдельными эмоциями…
Да, я не одинока, только мой мужчина совсем не предел мечтаний. Я понимаю, что своим поведением он подавляет и унижает меня, но вопреки всему цепляюсь за него, как за спасительный якорь в штормовом море. Боюсь ли я одиночества или же люблю его? Не знаю… Я ничего уже не знаю. И, разве можно любить того, кто всё время лжёт? Быть может, я просто боюсь изменить привычную жизнь, несмотря на то что она полна разочарования.
А быть может, мне нужен пинок, чтобы наконец привести мысли в порядок и зажить той жизнью, о которой грезила в юности? Когда умела любить по-настоящему и жила искренними неподдельными эмоциями…
Я думала, измена мужа – самое больное, что может случиться. Но хуже было его спокойное объяснение.
«Ты скучная. Ты унылая. И самое главное – ты не можешь родить мне ребенка. Зачем мне женщина, которая даже этого не может?»
Двадцать лет брака перечеркнуты несколькими фразами...
«Ты скучная. Ты унылая. И самое главное – ты не можешь родить мне ребенка. Зачем мне женщина, которая даже этого не может?»
Двадцать лет брака перечеркнуты несколькими фразами...
Выберите полку для книги