Читать и слушать книги

— Алло? — говорю осторожно, торопливо вытирая руки о бумажное полотенце.
— Это клиника репродуктивной медицины “ Надежда”. Вы могли бы подъехать? Это очень важно.
Я напрягаюсь. Клиника… та самая, где мне делали ЭКО шесть лет назад.
С девочками все хорошо, зачем они звонят?
***
Не знаю, что за черная полоса в моей жизни, но неприятности сыплются на мою голову одна за другой. То мне сообщают, что отец моих девочек им не отец, то наглый миллиардер пытается отобрать мою кофейню.
Но самое страшное, что, кажется, эти неприятности связаны между собой…

Не открывая глаз, пытаюсь нащупать любимое пушистое тельце, но натыкаюсь на что-то горячее и непушистое.
Распахиваю глаза и вижу его.
Огромный, красивый как Аполлон мужик, лежит на животе и громко сопит.
– Вы кто?
Ой-ой-ой! Что я наделала! Я же его разбудила!
Надо было сначала убежать подальше и взять что-нибудь тяжёлое, например, утюг.
Так, а где у меня утюг?
Незнакомец недоуменно рассматривает меня.
Надо что-то сказать, отвлекающий манёвр, так сказать, применить.
– Вы не ответили, как вы оказались в моей постели?
– А тебя что, не предупредили, что я приеду?
В смысле, не предупредили?
О чём не предупредили?
О том, что он приедет, а кто должен предупредить?
Так, стоп, баба Маша!
И у меня в голове, чётко как наяву, звучит голос соседки.
– Спешит к тебе твоё счастье, вот-вот порог перешагнёт. И если упустишь его или прогонишь, ходить тебе до старости в девках. А приласкаешь, сама счастлива будешь и его счастливым сделаешь. Только вместе вам дорога.

- Ксюша, выходи за меня замуж. - Пашка Яковлев, удивил ты меня сегодня. - Ну что ты так смотришь? Я точно знаю, что Вавилов тебя бросил, а я никогда не брошу, сама знаешь, я давно люблю тебя.

- Паш, ты хороший, но... Какая любовь? То, что Вавилов бросил, я и сама знаю, то, что в город уехал, тоже знаю, так что мог бы и не напоминать.

- Прости, я не хотел тебя обидеть, твой Лёшка дурак, родителей послушался, какую-то там невесту ему нашли... Богатую, он и...

- Тебе придётся съехать, Василиса, - супруг впервые за весь разговор называет меня по имени. - Наши девочки разъехались: ну, и у тебя такая же судьба, значит... Развестись предлагаю без лишних эмоций, как нормальные люди.
«Нормальные?! - мне снова хочется долбануть его в глаз. - Ко мне пришла твоя беременная любовница, которая годится нам в дочери: и ты считаешь себя нормальным?! Да очнись же ты!»
Горько усмехаюсь.
- Так значит - развод в сорок пять? А ты не забыл, что я - Огнева? Не прощаю ни измены, ни предательства. Не боишься с огнём играть?! А придётся!

Рядом с местом, где Мария оставила кинжал, из темноты осторожно вышел высокий мужчина в чёрном костюме. Невысокий свет лампы выхватил профиль с аристократичными чертами и чёрными, почти нечеловеческими глазами. Мужчина смотрел на покинутый кинжал с любопытством, затем приблизился и поднял оружие.
На лезвии оставалась капелька крови — чистой, красной, прекрасной.
Мужчина поднёс клинок к лицу, вдыхая аромат. На мгновение глаза его вспыхнули оранжевым огнем, и губы раздвинулись в хищной улыбке.
— Интересно, — тихо пробормотал он, пряча клинок в складках ткани. — Интересно, кто ты такая, моя незнакомка...
Он назвал себя Люцифером Морвэем и собирался заняться исследованием предмета, обнаружившегося на кончике его оружия.

— Майя, — произнёс он тихо, и в его голосе была хрипотца. — Это неправильно.
— Что неправильно? — спросила я, хотя прекрасно понимала, о чём он говорит.
— То, что я сейчас думаю. То, что хочу сделать.
Его большие пальцы медленно поглаживали мои плечи сквозь халат, и от этих прикосновений по телу разливался жар.
— А что вы хотите сделать? — прошептала я, удивляясь собственной смелости.
— Поцеловать вас, — признался он просто. — Прямо сейчас. Прижать к стеллажу и целовать, пока мы оба не задохнёмся.
Моё дыхание сбилось. Сердце колотилось так громко, что, казалось, он должен его слышать.
___________________
Она — пышка-медсестра, привыкшая лечить чужие раны и прятать свои.
Он — её новый босс, столичный хирург с ледяным сердцем, которое, казалось, уже не спасти.
Его первое слово ей — унижение. Её первый порыв — ненавидеть.
Но что, если укол жгучей страсти окажется единственным лекарством для них обоих? История о том, как самая запретная любовь становится рецептом вечного счастья

Анна Петрова жила так, как мечтают многие: любимый муж, стабильность, уютный Петербург за окном. Но одно утро в клинике — и весь её мир рухнул.
Измена. Слово, от которого предательски звенят стены и перестаёт хватать воздуха.

Что делать, когда жизнь делится на «до» и «после»?
Анна ищет ответы в городе, где мосты разводят не только над Невой, но и между людьми. Ей предстоит пройти через боль, столкнуться с соперницей лицом к лицу, потерять, обрести и научиться заново верить себе.

«Измена. Начало другой меня» — это роман о том, что предательство может стать не концом, а дверью. О том, что свет внутри сильнее любых шрамов. И о том, что иногда разрушение — единственный шанс построить новую жизнь.

Её предали после двадцати пяти лет брака. Муж ушёл к молодой любовнице, оставив руины вместо семьи.
Но предательство стало не концом, а началом.
Анна научится жить заново: в маленькой квартире среди ромашек, в новых проектах, в дружбе и любви.
А он, разрушивший её жизнь, сам окажется на коленях.
Это история о том, что после измены начинается настоящая свобода.

– Я никуда с вами не полечу! – возмутилась я, глядя на моего нанимателя как на сумасшедшего.
– Еще как полетишь. Тебе же нужны деньги? Я готов щедро заплатить, – произносит он с коварной усмешкой.
И вот знает же, зараза обаятельная, на что давить! Деньги мне сейчас нужны были как воздух! Кстати, меня зовут Маша. Мое второе имя – катастрофа и, кажется, пытаясь выбраться из одной передряги я сейчас попаду в другую.

– Лиза, это что, ты? – прохрипел Богдан, снова получив по своей наглой, хоть и красивой роже.
– Нет, блин, я призрак на крыльях ночи! Что, уже не узнаёшь свою жену?
– Лиза, это не то о чём ты подумала.
Кто-то рассмеялся, зло, отрывисто, немного истерично. И этим кто-то оказалась я.
– Вот оно как. Дай угадаю, вы с Кристиной встретились по старой дружбе, ну так, попить чаёк, но вмешался непредсказуемый ретроградный Меркурий, или само проведение, а то и магнитные бури. Из-за этого вы напились и голыми легли спать. И ничего, ну прямо ничегошеньки у вас не было.
– Лиза, это было всего один раз и...
– Ах, точно! Один раз не считается.