Читать и слушать книги
- Что, понимаешь, что кусок не по зубам? – насмешливо спросил Несметов. Мы ехали в одной машине, я настолько увлеклась изучением информации, что на время даже забыла об его присутствии и нашей холодной войне.
- Проглочу и не подавлюсь, - ответила, не отрываясь от экрана.
- Хм, я бы посмотрел, как ты глотаешь.
Метнула в него раздражённый взгляд, а он даже в мою сторону не смотрел! Сидел, расслабленно расставив ноги, неторопливо постукивал пальцами по колену.
- Я – твой переводчик, и только. В моём контракте не предусмотрено оказание интимных услуг.
- Ты подписала сегодня договор, не думаешь, что там были только стандартные пункты? – он холодно улыбнулся. – Кстати, разве я сказал об интиме? Глотать можно любую жидкость, например, чай. Но раз ты сама об этом заговорила… - повернувшись ко мне всем корпусом, он прошёлся по фигуре наглым, оценивающим взглядом. Усмехнулся: - Нет, ты не в моём вкусе, слишком тощая.
- Проглочу и не подавлюсь, - ответила, не отрываясь от экрана.
- Хм, я бы посмотрел, как ты глотаешь.
Метнула в него раздражённый взгляд, а он даже в мою сторону не смотрел! Сидел, расслабленно расставив ноги, неторопливо постукивал пальцами по колену.
- Я – твой переводчик, и только. В моём контракте не предусмотрено оказание интимных услуг.
- Ты подписала сегодня договор, не думаешь, что там были только стандартные пункты? – он холодно улыбнулся. – Кстати, разве я сказал об интиме? Глотать можно любую жидкость, например, чай. Но раз ты сама об этом заговорила… - повернувшись ко мне всем корпусом, он прошёлся по фигуре наглым, оценивающим взглядом. Усмехнулся: - Нет, ты не в моём вкусе, слишком тощая.
На юбилее компании мужа Анна узнаёт то, что не должна была узнать никогда: у него давно другая женщина, а её саму уже вычеркнули из семьи, из жизни и даже из будущего. Он был уверен, что она проглотит унижение, подпишет нужные бумаги и останется удобной.
Вот только Анна уходит первой.
После развода ей придётся начать с нуля, собрать себя по кускам, защитить дочь и впервые выбрать не чужой комфорт, а собственную жизнь.
И когда бывший поймёт, кого потерял, будет уже поздно.
Потому что однажды недооценённая женщина перестаёт просить любовь — и начинает требовать уважение.
Вот только Анна уходит первой.
После развода ей придётся начать с нуля, собрать себя по кускам, защитить дочь и впервые выбрать не чужой комфорт, а собственную жизнь.
И когда бывший поймёт, кого потерял, будет уже поздно.
Потому что однажды недооценённая женщина перестаёт просить любовь — и начинает требовать уважение.
«Одна ночь в обмен на контракт. Твоё тело — моя книга. Сделку?»
Лукерия — писательница, чьи рукописи отвергают. Алан — издатель, который не привык отказывать себе в желаниях. Он обещает ей мечту в обмен на одну ночь. Она соглашается, потому что терять нечего.
Но никто не предупредил её, что страсть станет одержимостью, сделка — любовью, а одна ночь перерастёт в целую жизнь.
Он — горец. Она — пышка. Между ними — контракт, который изменит всё.
Откровенно. Страстно. До слёз.
Лукерия — писательница, чьи рукописи отвергают. Алан — издатель, который не привык отказывать себе в желаниях. Он обещает ей мечту в обмен на одну ночь. Она соглашается, потому что терять нечего.
Но никто не предупредил её, что страсть станет одержимостью, сделка — любовью, а одна ночь перерастёт в целую жизнь.
Он — горец. Она — пышка. Между ними — контракт, который изменит всё.
Откровенно. Страстно. До слёз.
— Зачем тебе она, когда столько чеченских девушек сочтут за честь осчастливить тебя, — недоумевает брат.
— Ты говоришь так, потому что не любил.
— А ты полюбил? — звучит с вызовом.
Вспоминаю свою Золушку, ее глаза-вишни и киваю:
— Да.
Но ты видел ее несколько раз!
— Для любви достаточно одного мгновения, одного взгляда, одного прикосновения.
Брат усмехается.
— Да ты романтик.
Хмурюсь, но произношу слова, сравнимые для меня с клятвой.
— Я буду рыть землю, но найду ее и предложу руку и сердце.
— Ты говоришь так, потому что не любил.
— А ты полюбил? — звучит с вызовом.
Вспоминаю свою Золушку, ее глаза-вишни и киваю:
— Да.
Но ты видел ее несколько раз!
— Для любви достаточно одного мгновения, одного взгляда, одного прикосновения.
Брат усмехается.
— Да ты романтик.
Хмурюсь, но произношу слова, сравнимые для меня с клятвой.
— Я буду рыть землю, но найду ее и предложу руку и сердце.
💔 РОМАН ЗАВЕРШЕН 💔
Год назад я застала мужа в нашем кабинете с другой женщиной и ушла молча, оставив кольцо и развод.
Я думала, что смогла его забыть.
Но сегодня Егор Ковалев снова стоит передо мной — жёсткий, опасный и всё такой же собственник. Один его взгляд — и моё тело снова предаёт меня.
Он говорит, что изменился. Что готов отказаться от всего. Что я всё равно его.
А я… я до сих пор люблю мужчину, которого должна ненавидеть больше всего на свете.
Одна ночь страсти — и вся моя новая жизнь летит к чертям. Теперь мне придётся выбрать: убежать навсегда или поверить тому, кто однажды уже разбил мне сердце.
Год назад я застала мужа в нашем кабинете с другой женщиной и ушла молча, оставив кольцо и развод.
Я думала, что смогла его забыть.
Но сегодня Егор Ковалев снова стоит передо мной — жёсткий, опасный и всё такой же собственник. Один его взгляд — и моё тело снова предаёт меня.
Он говорит, что изменился. Что готов отказаться от всего. Что я всё равно его.
А я… я до сих пор люблю мужчину, которого должна ненавидеть больше всего на свете.
Одна ночь страсти — и вся моя новая жизнь летит к чертям. Теперь мне придётся выбрать: убежать навсегда или поверить тому, кто однажды уже разбил мне сердце.
Я пашу, как ломовая лошадь с тех пор, как... А в принципе всю свою жизнь.
Мои родители всю жизнь пашут, чтобы содержать нас с братом, а я пашу, чтобы так не пахать, как они...
Школа - медаль, институт - тоже, и теперь я работаю в очень известной компании на очень престижной должности.
И все бы ничего, но когда, наконец, замаячило долгожданное повышение, на горизонте появился сын моего босса. И, как оказалось, он тоже претендует на эту должность!
Ну, нет! Я так просто не отдам то, что зарабатывала годами! Должность моя, папенькин сынок!
Мои родители всю жизнь пашут, чтобы содержать нас с братом, а я пашу, чтобы так не пахать, как они...
Школа - медаль, институт - тоже, и теперь я работаю в очень известной компании на очень престижной должности.
И все бы ничего, но когда, наконец, замаячило долгожданное повышение, на горизонте появился сын моего босса. И, как оказалось, он тоже претендует на эту должность!
Ну, нет! Я так просто не отдам то, что зарабатывала годами! Должность моя, папенькин сынок!
Моя жизнь рухнула в один миг, когда вместо университетской аудитории я оказалась в эпицентре бандитских разборок. Случайная свидетельница, я знаю слишком мало, чтобы быть полезной, и слишком много, чтобы меня оставили в живых. Но когда главарь, жестокий и влиятельный человек, которого все называют Генерал, смотрит на меня, в его глазах я вижу не желание убить, а нечто более страшное — одержимость. Вместо пули он дарует мне «помилование», которое хуже смерти: я стану его вещью в его особняке. Он — закон в этом мире, и мой приговор окончательный. Но я не собираюсь быть покорной жертвой. Это история о моём падении на дно, о жестокости и унижении, о борьбе и неожиданной силе, которая просыпается, когда терять уже нечего. И, возможно, о любви, которая, как сорняк, способна прорасти даже сквозь асфальт насилия.
Яся Рыбакова — послушная тихоня и одиночка. Её мать привыкла контролировать всё: оценки, будущее дочери и даже то, что у неё на тарелке. А про отца в семье не говорят вообще.
Когда Яся случайно сближается со Славкой Степашиным — отличником, спортсменом и, как оказалось, таким же одиночкой, — привычный мир начинает трещать по швам.
Постепенно разговоры о химии превращаются в химию между героями. Но вместе с первыми чувствами наружу всплывают старые семейные тайны, которые взрослые слишком долго пытались оставить в прошлом.
История взросления для тех, кто давно вырос — но так и не забыл, каково это: чувствовать себя лишним в собственной жизни.
Когда Яся случайно сближается со Славкой Степашиным — отличником, спортсменом и, как оказалось, таким же одиночкой, — привычный мир начинает трещать по швам.
Постепенно разговоры о химии превращаются в химию между героями. Но вместе с первыми чувствами наружу всплывают старые семейные тайны, которые взрослые слишком долго пытались оставить в прошлом.
История взросления для тех, кто давно вырос — но так и не забыл, каково это: чувствовать себя лишним в собственной жизни.
Когда тебе двадцать, тридцать лет, многое в жизни кажется простым и легким. В крови адреналин, в душе азарт, и все так без облачно и прекрасно. А вот, когда тебе уже под пятьдесят, за плечами огромный опыт, жизнь, приходит понимание, что многое в жизни было зря, и возможно было избежать черных полос. А возможно, упущено, и уже ничего не исправишь. При рождении мне дали имя Тамерлан. Но для всех я всегда был и есть Тимур Бадоев.
Чтобы спасти карьеру, альпинист должен за три недели влюбить в себя заклятую хейтершу-блогера. Лёд трескается, ноги скользят, а он играет по её правилам. Но когда грань стирается, он вдруг понимает: он боится не высоты. Не лавины. Он боится, что она скажет «нет». Честно, жарко до головокружения, напряжение выше восьмитысячника — химия такая, что сердце замирает. Трогает до мурашек и не отпускает даже после спуска.
Выберите полку для книги