Читать и слушать книги

Дана пытается начать новую жизнь во Франции — подальше от Лукаса, его одержимости и власти над ней. Но даже тысячи километров и предательство близкого человека не остановят его.
В то же время всплывают тайны её собственной семьи. Старые враги возвращаются, и на этот раз они пойдут на все, чтобы закончить начатое.
Когда опасность подбирается слишком близко, Дана понимает: её единственная надежда — человек, от которого она сбежала.

Лукас уже однажды спас её. Но сможет ли он спасти её снова?
И готова ли Дана заплатить за это самую высокую цену — отдать ему своё сердце?

— Вы мне не подходите для зала.
— Это вы по моему лицу поняли или по размеру?
Шеф медленно поднимает на меня взгляд. Холодный, тяжелый, такой, от которого хочется либо сбежать, либо сказать что-нибудь дерзкое.
— По характеру, — отвечает он. — Слишком острый.
— Зато честный.
— Вот это и проблема.
Я пришла в его ресторан за работой, а не за мужчиной с каменным лицом и руками, которые умеют держать кухню, людей и меня — слишком уверенно. Я полная. Не удобная картинка для открытой кухни. Не та, кого ставят рядом с шефом перед важными гостями и камерами. Но почему-то именно меня Давид оставляет возле себя, когда все летит к черту: сорванные поставки, чужие интриги, слухи, его тяжелая семья и женщины, которых рядом с ним считают куда более подходящими.

Она готовит сердцем, он — разумом. Ксения не мыслит себя без живого огня и верности традициям, а Тимур привык всё контролировать с точностью до миллиграмма. Их вынужденное партнерство превращает профессиональную кухню в настоящее поле боя. Но чем острее их соперничество, тем невыносимее притяжение.
Рецепт этой истории: взять двух непримиримых врагов, добавить щепотку амбиций, щедро приправить взаимными подколами и... довести чувства до кипения. Осторожно: на этой кухне будет очень горячо!

- Долго ты ещё будешь лобызать перед этой...? - Слышу за дверью голос лучшей подруги и меня прошибает мелкая дрожь. - Ты ещё два месяца назад обещаешь мне уйти от неё.

- Как только, так сразу, Жан. - Голос моего любимого мужа заставляет врасти в пол, так и не открыв эту чёртову дверь. - Мне нужно всё подготовить, ты же понимаешь, не глупая. Давай, займись делом, прекрати болтать.

Три года брака Жанке под косу. Или ещё куда-нибудь, но точно не туда, куда следовало. Развод и раздел бизнеса пополам? Слишком легко. Не любил? Полюбит. Не хотел? Захочет. Хотел уйти? Будет умолять его не оставлять.

Она живёт в тишине, которая когда-то была любовью. Елена — архитектор, реставрирующий старые здания и собственную жизнь, где трещины замазаны привычкой, а пустота между ней и мужем давно стала единственным звуком. Всё меняется, когда она встречает Илью — человека, который смотрит на мир как на живую конструкцию, где каждая трещина пропускает свет. Их случайный разговор в кафе становится зеркалом, в котором Елена впервые за годы видит себя не как функцию, а как тело, помнящее, что значит хотеть, дышать и быть настоящей.

Это роман не о разрушении брака и не о запретной страсти. Это история о возвращении к себе через другого — медленное, болезненное, неизбежное пробуждение, где каждая эротическая сцена становится не развлечением, а актом правды. Архитектурные метафоры переплетаются с телесностью, молчание оборачивается насилием, а тишина — не миром, а стеной, которую можно только проломить.

Я открыла дверь тихо.
И первое, что я увидела, были женские туфли в прихожей. Черные, на тонком каблуке. Не мои.
У меня внутри что-то щелкнуло — как ремень безопасности, когда его резко дернули.
Я не сняла пальто сразу. Стояла и смотрела на эти туфли, как на доказательство в уголовном деле. Так выглядят вещи, которые уничтожают брак: не красиво, не драматично, а просто — стоят у твоей двери.
Я прошла дальше.
В гостиной на столе — фрукты и открытая бутылка вина. Два бокала. Один с разводами на стекле, будто его уже брали в руки.
На полу валялась футболка Максима. Рядом — женское платье, легкое, неуместное в нашем октябре.
И из спальни доносились звуки.
Я сглотнула. Горло не слушалось. Ноги стали ватными, но я шла, как будто меня тянули за нитку.
Дверь в спальню была приоткрыта.
Я заглянула.
И увидела их.

- Валера! – укоризненно воскликнула я, когда жених, поскользнувшись из-за подтаявшего мороженого, шумно грохнулся на пол и смачно выругался. – Ребенок рядом!
- Да какого хрена?! – возмутился Валера.
- Прекрати ругаться! – потребовала я.
- И не прекращу, - пробурчал жених. – Куда охрана смотрит? Чей ребенок?
- Ну, положим, мой. Тебе легче от этого стало? – сухо произнес новый босс, подойдя к нам.
- Эм… - Валера запнулся, криво улыбнулся и, слегка потрепав девочку по голове, выдал: - Хорошая девочка. – После хромая побрел к своему кабинету заместителя генерального директора, чью дочь он только что назвал мелочью пузатой.
****
Вот уж не думала, что маленькая потеряшка окажется дочерью нового босса. И, кажется, она решила, что я отлично подхожу ей в мамы. Вот только меня никто не спрашивал. У меня, вообще-то, жених есть. Свадьба через месяц. А еще новый босс смотрит на меня так странно, изучающе, будто уже сам все решил. Точнее решил, что я действительно буду мамой его дочери.

Архип – бабник. И первоклассный детский врач-ортопед. Ксеня – переводчик медицинских текстов, приемная мать для своей племянницы.
На Черноморском курорте Архип приятно проведет время с Ксенией и забудет о девушке, но знакомство возобновится, когда через несколько лет она приведет к нему на прием ребенка.
Врач предполагает, ребенок – его дочка, а Ксения не спешит разубеждать.

Одна случайная ночь переворачивает жизнь с ног на голову, даря забытое чувство собственной желанности и всепоглощающую страсть. Наутро она решает, что это была лишь красивая ошибка, о которой лучше забыть. Но судьба распоряжается иначе, сводя их вновь при самых невозможных обстоятельствах. Он — брат жениха, а она — мать невесты. Что случится, если их тайная связь раскроется?
Теперь им предстоит сделать выбор: сохранить приличия ради будущего своих близких или рискнуть всем ради любви, которая вспыхнула между ними с невероятной силой.

— Ты скрыла от меня дочь, — чеканит бывший муж, и в его голосе звенит ярость.
Со страхом прислушиваюсь к звукам за спиной. Только бы моя малышка не выбежала в прихожую. Только бы не увидела того, о ком так часто спрашивала.
— А ты скрыл от меня внебрачного сына, — бросаю я, глядя в его холодные глаза. — Мы квиты. Разве нет?
Он делает резкий шаг вперед, вторгаясь в мое личное пространство.
— Нет, Ди. Мы не квиты. Это только начало, и я своего не отдам.
Он разворачивается и уходит. А я, как только стихают звуки, сползаю по стене, потому что старая рана от его предательства снова начинает кровоточить.