Читать и слушать книги

Агата выразительно кашлянула, намекая, что самое время мне признаться. И я, прикинув в голове, насколько по-дурацки будет вывалить свою новость без подготовки, уже собиралась с духом, чтобы сделать вступление. Но Никита перебил меня, не выдерживая напряжения:

- Так что же такого интересного и важного ты забыла мне сказать в прошлую нашу встречу, что семь лет не можешь успокоиться?

Он криво усмехнулся одним ртом с неприятным подтекстом, и все благие намерения моментально выдуло из моей головы, полыхнувшим пожаром. Эмоции вскинулись, опаляя сердце. С таким подтекстом и в таком контексте я не готова вываливать на всеобщее поругание мою самую светлую тайну!

- Живи дальше в своём неведении, — фыркнула я и добавила, — будь спокоен, это не касается тебя!

Дверь моей пекарни распахивается в полдень.
Незнакомец останавливается у прилавка и упирается в него огромными ладонями.
— Ты здесь главная? — голос у посетителя такой… Глухой, с хрипотцой, какой бывает у людей, привыкших только отдавать приказы.
— А вы, я так понимаю, новый сосед? Пришли на разведку?
— Разведка закончена, Пышка! Место неплохое, просторное. К следующему месяцу чтобы духу твоего здесь не было. Мне нужно будет расширять зал, а твои розовые стены только вид портят.
Я задыхаюсь от такой наглости.
— Что? Да вы... вы в своем уме?! Я никуда не уйду! У меня здесь жизнь, у меня гости!
Он наклоняется еще ближе.
Теперь его лицо в паре сантиметров от моего.
— Уйдешь, — в этом слове столько уверенности, что у меня по спине пробегает табун мурашек. — Сама ключи принесешь и на коленях умолять будешь, чтобы я их забрал.
* * *
Он — самоуверенный гад, который решил, что может отобрать мою пекарню!
Но я не собираюсь мириться с этим произволом!

Идеальный брак — это всего лишь декорации.
Пока мы создавали уют, рожали детей и были рядом не смотря ни на что, они оценивали любовниц баллами и ставили ставки на наше доверие.
Они думали, что мы будем плакать? Не-е-ет. Мы заберем у них всё!

Прихожу домой с работы раньше, отпросилась ввиду плохого самочувствия…
Из спальни доносятся голоса.
Женский и голос Андрея.
Я стою в прихожей и не двигаюсь.
Потом делаю шаг. Ещё один. Иду в спальню. Дверь в спальню приоткрыта. Я толкаю её.
Я смотрю на них.
Андрей смотрит на меня.
Садится… резко, как человек, которого оторвали от важного дела.
– Ты вообще думаешь, что делаешь? – говорит он. – Прийти вот так, без предупреждения, Нормально вообще?
Я моргаю.
За его спиной женщина – темноволосая, с яркими ногтями, которые я почему-то всё ещё замечаю – молча поднимается с кровати.
Андрей не обращает на неё никакого внимания. Он смотрит на меня.
– Зачем ты пришла раньше? – спрашивает он, и в его голосе – настоящее, искреннее возмущение человека, которому создали неудобство. – Что случилось с работой? Ты же должна была до шести.

— Познакомьтесь, это Линочка, и мы теперь вместе. — Цинично произносит мой муж
— Диана, не обижайтесь, но Лёва давно уже не ваш, вы просто этого не замечали. — Добавляет гадина.
— Ты думаешь, ты пришла на мою территорию и победила, — говорю я тихо, — а ты пришла к мужику, который через два года точно так же приведёт следующую в твою квартиру, в твоё платье и в твои силиконовые сиськи, и будет точно так же спокойно жевать.
— Диана, — холодно говорит Лев.
— Что, Лев.
— Хватит.
— Это мне хватит? — поворачиваюсь к нему, — мне, Лёва? Это ты сейчас мне говоришь хватит?
Он молчит.
— Я говорю хватит цирка, — отвечает он.
— Цирк начал ты.
— Я начал разговор.
— Хорошо, Лев, давай по-твоему, скажи, что ты от меня хочешь.
—Иди собирать вещи.
***
Развернуть свою жизнь на 180 градусов было лучшим решением, ведь я добилась того, о чем и мечтать не могла. Но жизнь решила мне подыграть и подготовила такую встречу с бывшим, о которой он и в страшном сне представить не мог...

Представьте: вам 34, вы полная, талантливая и смертельно устали от фраз "ты классная, но…". Знакомо? Я — Вера. И однажды я решила: хватит. Записалась к блогерше-провокаторше, влюбилась в соседа-хирурга и съела карбонару без капли вины.
Красное бельё? Надела.
Маму-диетолога? Перевоспитала.
Похудела? Нет.
Стала счастливее? О да!

— Семёнова, это что? — Артём Воронцов смотрит на мой живот так, будто я спрятала под платьем не двойню, а гранату.
— Дети, — отвечаю спокойно. — Маленькие люди. Обычно появляются после больших ошибок.
— Сколько недель?
Его не было дома несколько месяцев и вот теперь он видит мой живот.
— Тридцать восемь.
Его лицо каменеет.
— Кто отец?
— Человек с плохой памятью.
— Имя, Соня.
— Зачем? Он всё равно не помнит.
Шесть лет я работаю управляющей в доме Артёма Воронцова. Он опасный, жёсткий, богатый и привык, что его слово решает всё. У него есть железное правило: не трогать персонал. Никогда.
Только одна февральская ночь перечеркнула это правило. Он был ранен, дом погрузился в темноту, я обрабатывала ему разбитую губу… а утром он снова стал холодным хозяином дома и ничего не вспомнил.

Когда желание помочь превращается в комедию ошибок, а ложь — в начало самой настоящей истории любви…
У Анны Петровны одна цель — правнуки! И она готова на всё, чтобы её внучка Алёна наконец обрела семейное счастье. Бабушка с энтузиазмом берёт дело в свои руки: свидания, знакомства, неловкие ситуации — кажется, этот «брачный конвейер» работает без перерыва.
Алёна, отчаявшись остановить бабушкину заботу, начинает встречаться с соседом по дому. Всё идёт хорошо, если бы не одно НО!
Это история о том, как самые нелепые ситуации приводят к настоящей любви, а ревность становится первым шагом к признанию. Хэппи-энд гарантирован, но путь к нему окажется куда интереснее, чем можно было представить!

– Видела? Это мой папа! Он самый смелый! – Мальчик сиял, его глаза светились неподдельной гордостью. – Скажи, ведь здорово получилось?
Я машинально улыбнулась, еще не соединяя услышанное с реальностью.
– Очень здорово, малыш. Твой папа настоящий мастер.
Всадник тем временем направил коня в нашу сторону. Он спешился в паре метров от нас, передал поводья подошедшему конюху и начал снимать шлем.
И я застыла. Под экипировкой оказались знакомые мне черты. Муж встряхнул волосами, вытирая пот со лба, и широко улыбнулся мальчику открытой улыбкой, которую я не видела дома годами. Это была улыбка человека, который находится именно там, где хочет быть. Где ему очень хорошо.
Мозг отказывался принимать очевидное. Реакция была автоматической, почти защитной.
– Малыш, ты ошибся, – произнесла я, и мой голос показался мне чужим. – Это не твой папа. Ты просто перепутал.

— Да как ты смеешь? — я вскочила, едва не опрокинув стол. — После всего, что между нами было!
— Ксюша, успокойся, люди смотрят.
— Пусть смотрят! — закричала я во все горло. — Пусть смотрят! Пусть видят, что я для тебя просто игрушка!
— Ксюша… — Марк потянулся, чтобы взять меня за запястье, но я вырвала руку. — Все совсем не так, прошу тебя, давай сбавим тон…
— Сам сбавляй! Зачем ты вообще закрутил со мной, если собирался бросить?
— Я не…
— Попользоваться и бросить! Конечно, я-то, дура наивная, думала, нравлюсь тебе! Предатель!

Я вскочила, подхватив куртку и сумочку, и побежала, едва не сбив с ног официанта с моим апельсиновым чаем на подходе.
А ведь я так и не сказала ему, что беременна. И мой экс-босс этого не узнает никогда!