Книги в жанре «Мелодрама»
- То есть, ты встретила красивого, богатого, свободного мужика, с большим Ч, без жены и без триппера? – Сестра загибает пальцы. - Я правильно все поняла? Ничего не упустила?
- Да.
- Это же краснокнижная скотина! Такого надо сразу кольцевать и в разведение, пока не увели.
- Пусть он свой... кхм, агрегат для разведения куда-нибудь подальше пристраивает, - вырывается в сердцах.
- Кто ж это таким богатством разбрасывается? Подальше не надо! - Сестра берет меня за руку и с тревогой заглядывает в глаза. - Так, а в чем проблема?
- Это мой новый заказчик! Он клиент! И не простой клиент, а особый... – Кусаю губы. – Роман Исаакович поручил мне устроить ему такой аудит, после которого он не сможет выиграть один важный тендер.
- Да.
- Это же краснокнижная скотина! Такого надо сразу кольцевать и в разведение, пока не увели.
- Пусть он свой... кхм, агрегат для разведения куда-нибудь подальше пристраивает, - вырывается в сердцах.
- Кто ж это таким богатством разбрасывается? Подальше не надо! - Сестра берет меня за руку и с тревогой заглядывает в глаза. - Так, а в чем проблема?
- Это мой новый заказчик! Он клиент! И не простой клиент, а особый... – Кусаю губы. – Роман Исаакович поручил мне устроить ему такой аудит, после которого он не сможет выиграть один важный тендер.
Раздался смешок. Из соседней кабинки. Мужской. До боли знакомый.
– Ты с ума сошла, нас же слышат…
Я замерла.
Голос был его. Его. Павла. Я бы узнала этот тембр даже под водой, во сне и после наркоза. А ещё – я узнала, как он шепчет, когда хочет, чтобы его не услышали. Проблема в том, что услышала я. И не только слова.
Шорох ткани. Ещё один смешок – женский, хрипловатый, дерзкий.
– Ну и что, пусть слышат… – и характерный звук – поцелуй. Потом... Секунда тишины. И всё.
Мой мир рухнул.
Я стояла неподвижно. Пульс бился в ушах. Глаза начали слезиться – то ли от яркого света, то ли от предательства моего мужа.
Иногда жизнь преподносит сюрпризы. Кто-то выигрывает в лотерею, кто-то находит в кармане старого пальто забытую тысячу, а кто-то… слышит, как её муж изменяет в соседней примерочной.
– Ты с ума сошла, нас же слышат…
Я замерла.
Голос был его. Его. Павла. Я бы узнала этот тембр даже под водой, во сне и после наркоза. А ещё – я узнала, как он шепчет, когда хочет, чтобы его не услышали. Проблема в том, что услышала я. И не только слова.
Шорох ткани. Ещё один смешок – женский, хрипловатый, дерзкий.
– Ну и что, пусть слышат… – и характерный звук – поцелуй. Потом... Секунда тишины. И всё.
Мой мир рухнул.
Я стояла неподвижно. Пульс бился в ушах. Глаза начали слезиться – то ли от яркого света, то ли от предательства моего мужа.
Иногда жизнь преподносит сюрпризы. Кто-то выигрывает в лотерею, кто-то находит в кармане старого пальто забытую тысячу, а кто-то… слышит, как её муж изменяет в соседней примерочной.
– Как ты это провернула? – Муж смотрит на меня, в его глазах смятение и ненависть.
– Пока ты прохлаждался со своей любовницей на курорте, – я складываю руки на груди и улыбаюсь.
– Это моя фирма, моё детище! Ты не имеешь права всё забирать у меня.
– Поздно! У меня контрольный пакет акций, завтра созову совет директоров, и я подниму вопрос о твоем исключении.
– Ничего не получится.
– Уже получилось, и да, чуть не забыла, твоя любовница сегодня сбежала от тебя.
Я ухожу, а мой бывший муж открыл рот и не может произнести и слова.
Я его уничтожила, это месть за измену. Он думал, что я покорно соглашусь на развод, но ошибся.
– Пока ты прохлаждался со своей любовницей на курорте, – я складываю руки на груди и улыбаюсь.
– Это моя фирма, моё детище! Ты не имеешь права всё забирать у меня.
– Поздно! У меня контрольный пакет акций, завтра созову совет директоров, и я подниму вопрос о твоем исключении.
– Ничего не получится.
– Уже получилось, и да, чуть не забыла, твоя любовница сегодня сбежала от тебя.
Я ухожу, а мой бывший муж открыл рот и не может произнести и слова.
Я его уничтожила, это месть за измену. Он думал, что я покорно соглашусь на развод, но ошибся.
— Хорошо, — кивает муж, — я могу вытащить его. Подниму все связи, надавлю, куда надо, докажу невиновность.
Мне хочется верить, что Игнат поможет моему несправедливо обвинённому брату бескорыстно. Просто потому, что мы одна семья.
К сожалению, я знаю этот взгляд и этот тон. Муж поставит условие, которое мне не понравится.
— Но? — холодок пробегает по позвоночнику.
— Но ты навсегда закроешь тему с детьми.
Так мы заключаем договор, по которому я ради своего брата, которого воспитывала много лет, отказываюсь от мысли стать мамой.
Спустя пять лет моя мечта о собственном малыше наконец может сбыться, вот только для этого мне придётся проглотить предательство мужа.
Мне хочется верить, что Игнат поможет моему несправедливо обвинённому брату бескорыстно. Просто потому, что мы одна семья.
К сожалению, я знаю этот взгляд и этот тон. Муж поставит условие, которое мне не понравится.
— Но? — холодок пробегает по позвоночнику.
— Но ты навсегда закроешь тему с детьми.
Так мы заключаем договор, по которому я ради своего брата, которого воспитывала много лет, отказываюсь от мысли стать мамой.
Спустя пять лет моя мечта о собственном малыше наконец может сбыться, вот только для этого мне придётся проглотить предательство мужа.
- Ты что устроила? - мужчина прожигает меня взглядом.
- Восстановила справедливость! - отвечаю я, воинственно задирая подбородок.
- Ты хоть представляешь, сколько ремонт этой тачки стоит?! - продолжает испепелять меня хозяин ресторана.
- Мне всё равно! - признаюсь честно, - Оно того стоило!
- Да? - тянет саркастически, - И даже, когда ты будешь выплачивать стоимость этого ремонта?
- А мы с Данилой взаимозачет произведем! Я ему сделаю вычет из суммы алиментов, которые он мне скоро начнет платить! - нагло отвечаю.
Григорий Станиславович смотрит на меня, после - на мой живот. Но соображает быстро.
- Погоди! Ты от моего брата беременна?!
- Восстановила справедливость! - отвечаю я, воинственно задирая подбородок.
- Ты хоть представляешь, сколько ремонт этой тачки стоит?! - продолжает испепелять меня хозяин ресторана.
- Мне всё равно! - признаюсь честно, - Оно того стоило!
- Да? - тянет саркастически, - И даже, когда ты будешь выплачивать стоимость этого ремонта?
- А мы с Данилой взаимозачет произведем! Я ему сделаю вычет из суммы алиментов, которые он мне скоро начнет платить! - нагло отвечаю.
Григорий Станиславович смотрит на меня, после - на мой живот. Но соображает быстро.
- Погоди! Ты от моего брата беременна?!
– Катюш, давай поговорим в квартире. Мы же не чужие друг другу люди, столько всего прошли вместе, пережили, и нам есть что вспомнить.
– Так ты пришёл поностальгировать?
– Я пришёл ещё раз попросить у тебя прощения и предложить начать всё сначала.
– А что такое? Марину не так легко прогнуть под себя или она не хочет сдувать с тебя пылинки?
– Марина, – скривившись, Елисей зло фыркнул, давая понять, что в их отношениях произошёл раскол, – она не стоит и одного твоего пальца. Сам не знаю теперь, какой чёрт меня попутал связаться с этой эгоистичной стервой, но сегодня я закончил наши отношения.
– Ты бросил беременную девушку? Даже от тебя я такого не ожидала. Раньше ты всегда нёс ответственность за свои поступки.
– Так ты пришёл поностальгировать?
– Я пришёл ещё раз попросить у тебя прощения и предложить начать всё сначала.
– А что такое? Марину не так легко прогнуть под себя или она не хочет сдувать с тебя пылинки?
– Марина, – скривившись, Елисей зло фыркнул, давая понять, что в их отношениях произошёл раскол, – она не стоит и одного твоего пальца. Сам не знаю теперь, какой чёрт меня попутал связаться с этой эгоистичной стервой, но сегодня я закончил наши отношения.
– Ты бросил беременную девушку? Даже от тебя я такого не ожидала. Раньше ты всегда нёс ответственность за свои поступки.
— Поезжай. Беги к своей любовнице. Только знай — больше ты в этот дом не вернешься. И дочь тебя не простит. И я подам на развод, заберу все, что смогу. Оставлю тебя голым и босым!
Молчит. Борется сам с собой.
Телефон опять зазвонил. Кристина, наверное. Паникует, торопит.
— Димка, прошу тебя. Ради двадцати двух лет брака. Ради дочери. Не езжай.
Посмотрел на меня. На телефон. Снова на меня.
И нажал отбой.
Сполз по стене, сел прямо на пол в прихожей. Голова в руках.
— Что я наделал... Господи, что я наделал...
Молчит. Борется сам с собой.
Телефон опять зазвонил. Кристина, наверное. Паникует, торопит.
— Димка, прошу тебя. Ради двадцати двух лет брака. Ради дочери. Не езжай.
Посмотрел на меня. На телефон. Снова на меня.
И нажал отбой.
Сполз по стене, сел прямо на пол в прихожей. Голова в руках.
— Что я наделал... Господи, что я наделал...
Из-за двери сауны доносился хохот и звон стекла. Я собиралась пройти наверх, чтобы не мешать мужу с приятелями отдыхать. Но что-то заставило замереть. Ноги будто приросли к полу, когда я услышала голос Сергея, громкий, развязный:
— Ну ты ж сам понимаешь, братан! Жена — она как рабочая лошадка. Верная, преданная, пашет без выходных. А Эльмирка... — он захихикал, и у меня похолодело внутри, — чистокровная арабская скаковая!
Меня будто ударили по лицу. Кровь отхлынула от него, потом прилила обратно, обжигая щеки. Я вцепилась в стену, чтобы не упасть.
Будто добивая меня, Сергей продолжал:
— Сейчас Эля с подружкой приедет, сами оцените! А свою клушу я в спа сплавил. Она там до вечера будет кудахтать от счастья. Чем меньше балуешь — тем больше благодарность! Учитесь, мужики!
Звон бокалов. Смех.
А я стояла за дверью, сжав кулаки так, что ногти впились в ладони.
— Ну ты ж сам понимаешь, братан! Жена — она как рабочая лошадка. Верная, преданная, пашет без выходных. А Эльмирка... — он захихикал, и у меня похолодело внутри, — чистокровная арабская скаковая!
Меня будто ударили по лицу. Кровь отхлынула от него, потом прилила обратно, обжигая щеки. Я вцепилась в стену, чтобы не упасть.
Будто добивая меня, Сергей продолжал:
— Сейчас Эля с подружкой приедет, сами оцените! А свою клушу я в спа сплавил. Она там до вечера будет кудахтать от счастья. Чем меньше балуешь — тем больше благодарность! Учитесь, мужики!
Звон бокалов. Смех.
А я стояла за дверью, сжав кулаки так, что ногти впились в ладони.
— Зачем ты вернулся?.. — с трудом сдерживая дрожь в голосе, процедила я.
— Я получил заманчивое предложение, — усмехнулся мой бывший муж. — Должность заведующего отделением, хорошая зарплата и всесторонняя поддержка исследования. Глупо было отказываться...
— Глупо было соглашаться! — в сердцах выпалила я. — В Москве ты по щелчку пальца мог получить всё это и даже больше! Так, какого чёрта снова припёрся сюда… Когда я наконец-то забыла. Снова начала жить…
— Если ты думаешь, что я вернулся из-за тебя — сильно заблуждаешься. Я давно оставил всё в прошлом. Мне нет до тебя никакого дела! Так что перестань распинаться и смирись с тем, что нам придётся вместе работать.
Целых три года я пыталась оправиться от потери горячо любимой дочери и развода. С трудом собрала себя по осколкам и заново научилась жить. Но стоило бывшему мужу вернуться, как мой новый мир пошатнулся. Твердя о том, что всё в прошлом, он готовится к свадьбе с той, в ком нашёл утешение.
А что чувствуя я?
— Я получил заманчивое предложение, — усмехнулся мой бывший муж. — Должность заведующего отделением, хорошая зарплата и всесторонняя поддержка исследования. Глупо было отказываться...
— Глупо было соглашаться! — в сердцах выпалила я. — В Москве ты по щелчку пальца мог получить всё это и даже больше! Так, какого чёрта снова припёрся сюда… Когда я наконец-то забыла. Снова начала жить…
— Если ты думаешь, что я вернулся из-за тебя — сильно заблуждаешься. Я давно оставил всё в прошлом. Мне нет до тебя никакого дела! Так что перестань распинаться и смирись с тем, что нам придётся вместе работать.
Целых три года я пыталась оправиться от потери горячо любимой дочери и развода. С трудом собрала себя по осколкам и заново научилась жить. Но стоило бывшему мужу вернуться, как мой новый мир пошатнулся. Твердя о том, что всё в прошлом, он готовится к свадьбе с той, в ком нашёл утешение.
А что чувствуя я?
Оковы одиночества для Анны являются тяжёлой ношей. А так хочется тёплых и нежных объятий любимого, искреннего и понимающего человека. Того мужчины, кто будет одним лишь взглядом будоражить чувства, так давно уснувшие в груди. Но как выбраться из-под власти авторитарной матери и вечно снующих советами якобы друзей и соседей? Нет, теперь Анна возьмёт ситуацию под контроль! Она готова к встрече с единственным и любящим.
Выберите полку для книги