Читать и слушать книги

Когда на пластиковой полоске проступили две чёткие линии, Кира сначала просто смотрела. Потом руки начали дрожать. Потом она тихо, почти беззвучно выдохнула одно короткое слово.

Беременна.

Она села на холодный пол и долго сидела, прижав колени к груди. В голове крутились обрывки: ночь после открытия бара, потом ещё двенадцать или пятнадцать раз за эти недели. С презервативами. Иногда без — в самые жаркие моменты, когда уже было всё равно. Алексей. Денис. Оба. И теперь невозможно понять, чей именно ребёнок растёт внутри.

— Что ты там бормочешь? – Юми всё больше и больше распалялась. Если ещё пару минут назад она вспоминала о нём с лёгкой истомой, то теперь –люто его ненавидела и, не сдержавшись, заехала ему своей испорченной сумочкой по голове.
— Ай! – воскликнул Чонг и, схватившись за ушибленное место, попытался подняться с земли, но Юми, не долго думая, тут же босой ногой толкнула его в грудь, и он завалился на спину.
Юми подошла к нему и, нависая над поверженным профессором, сверлила его взглядом полным презрения.
– Ты думал, я поверю в твою чушь? – процедила она сквозь зубы.

В новогоднюю ночь Вера открыла подарок мужа и увидела на браслете чужое имя. «Свете – моему фейерверку. Горю тобой. Л.»
Двадцать лет брака, двое сыновей и долгожданная дочь под сердцем рухнули за одну минуту.
Лев не стал оправдываться. Он сказал, что устал от Веры, от семьи и ещё не рождённого ребёнка, а потом привёл молодую любовницу в дом, где ещё вчера Вера была хозяйкой.
Она должна была сломаться, но рядом оказался мужчина, который любил её молча много лет.
Только сможет ли Вера снова поверить в любовь, если муж уже сжёг её жизнь дотла?

– Надо будет обговорить правила. Для школы. Загибай пальцы, заучка. Не подходи ко мне. Не появляйся в зоне видимости. Если увижу тебя рядом в радиусе ста метров, решу, что ты меня преследуешь. То, что мы женаты, никто знать не должен. Не смей хвастаться и примазываться к нашей фамилии. Мы с тобой не женаты, запомни! Добираться до дома будем отдельно. Если увидишь меня с Мадиной, чтобы не подбегала и не устраивала сцен ревности. Наш брак – только фикция. Будем жить так, как будто он не существует! И играть только перед родителями. Поняла?

Фиктивный муж обещает устроить для меня ад в школе, если я проболтаюсь о нашей ошибке, приведшей к браку. Но что делать если правда сама всплывёт и одноклассники свяжут его имя с Заучкой?

«Я хотела сбежать от прошлого, спрятаться от бывшего парня любой ценой. Вышла замуж за нелюбимого, приняла правила нашего брака, чтобы получить свободу. Но что будет, если я влюблюсь в собственного мужа?»

«Я не позволил родным диктовать мне условия. Пошел наперекор и женился на едва знакомой девушке. Мы заключили брачный договор, но меня накрывает от одного взгляда на нее. Я влюбился в девушку, которую должен отпустить через год».

— Мы можем сделать тест ДНК, — бодро предлагает незнакомка, будто заранее готовилась к тому, что у меня возникнут сомнения в ее словах.

Сначала она донимала меня по телефону, утверждая, что где-то там у меня растет сын, а теперь обманом проникла в офис и продолжает настаивать на том, что я, Стас Бродский — успешный бизнесмен и заядлый холостяк, отныне папочка и с прошлой жизнью придется завязать.
— Не переживай, я мужик порядочный. Если выяснится, что ребенок мой, от алиментов бегать не буду.
— Вы не поняли, — мягко, будто с душевнобольным общается, произносит, — речь сейчас не об алиментах, а о полной опеке. У Женечки кроме вас никого не осталось.

– Пап! Ты думаешь, я слепой? Думаешь, я не вижу, как ты развлекаешься со своей девкой, пока мама дома борщи варит и ждет тебя, как дура?!
Голос сына заставляет меня замереть и прикусить губу до боли.
Я же ослышалась… Этого ведь быть не может…
– Ярослав, не начинай. Не здесь и не сейчас, – отвечает муж резко.
– Ты вообще себя слышишь, пап?
– Ярослав!
Кажется, что муж сейчас отсечет все обвинения сына, развеет их, но вместо этого муж проговаривает твердо:
– С кем я развлекаюсь, это мое дело. Твое – молчать и не лезть.
– И?! Мне интересно, чем ты собираешься откупаться за мое молчание, а, батя?! Инфа ведь на миллион…
Я чувствую, как холод разливается в груди. Упираюсь в стену, чтобы не упасть, когда слышу смешок мужа и его убийственный ответ:
– Не волнуйся, сын, договоримся. В миллионах не обижу… развод мне все равно в копеечку влетит. Невыгодно…

Я открыла переписку с Ритой и начала читать методично, как читают медицинскую карту — без эмоций, фиксируя факты.
Два года назад. Первые сообщения:
Олег: "Спасибо за вчера. Было хорошо".
Рита: "Мне тоже. Ты правда так думаешь?"
Олег: "Конечно. Ты особенная".
Особенная. Банально до тошноты. Но, видимо, работало.
Я листала дальше. Сообщения становились чаще. Обсуждали встречи. Отели. "Ривьера", "Аврора", "Sunset" — я знала эти названия. Мы с Олегом иногда проезжали мимо, и я думала: "Надо бы как-нибудь заехать, отметить годовщину". А он уже был там. С ней.

* * *
Он врал два года. Она готовилась неделю. Зал на двести человек узнает правду за двадцать минут.

— Ой, смотри! Ксюшу с Захаром показывают! Ну до чего они красивые! Сердце радуется!
Я медленно поворачиваю голову. На экране — трансляция с камер в зале. Моя младшая сестра Ксюша, сияющая, прижимается к моему мужу Захару. А он… он смотрит на нее с такой нежностью, какой я не видела уже давно. Они поднимают сцепленные руки над головой, складывая пальцы в форме сердца. Тот самый жест, которым мы обменивались когда–то на заре наших отношений.
— И не скажешь, что она уже на третьем месяце, да? — продолжает мама.
— Ага, — отзывается отец. — Скорее бы поженились. И Наташке бы уже пора сказать. А то как–то не по–человечески. Дочь ведь, хоть и старшая.
— Чего это? Не чужие люди они ей! Всё поймет. — возмущается мать. — Ната — не стена, подвинется. И вообще, младшим надо уступать!

Меня предали самые близкие. Семья.
Они не берут мои чувства в расчет, думают, уступлю.
Да пожалуйста! Мне от вас больше ничего не нужно.
Я выбираю себя! И создам новую семью. В которой не место предателям

❗️ВЫЛОЖЕН ПОЛНЫЙ ТЕКСТ❗️СКИДКА❗️
— Слушай, это даже модно, — муж улыбнулся, будто предлагает отпуск. — Открытые отношения.
— Для нас?
— Для меня. Тебе это не нужно. Ты же домашняя.
Он произнёс “домашняя” ласково, как о пледе.
Только я не вещь, которую кладут на диван и достают по настроению.
— И вообще, второй нам ребенок не нужен, — сказал муж. — Я устал. Да и на моё предложение ты явно не согласна.
— Серьёзно, Паш? Я же не одна делала это…
— Вот именно, — выдохнул он и отвёл взгляд. — Короче, Яна, я люблю другую.
Я ожидала услышать имя какой-нибудь “офисной девочки”. Только не её…
А потом добавил добивающее:
— Она на последних месяцах. Я должен быть рядом.
“Должен”.
Как удобно: сначала предать, а потом прикрыться словом “долг”.
А на следующий день моя мама сказала фразу, которая разрезала меня пополам.
— Ты только сестру не трогай… ей рожать скоро.
Рожать. Скоро.
От моего мужа. Пока я верила, что семья — это защита.
Но и это был далеко не последний удар...