Читать и слушать книги
Серый провинциальный городок, в котором кроме заводов и фабрик ничего больше нет. Три молодые женщины бегут из этого городка в Санкт - Петербург. Каждая из них мечтает изменить свою жизнь.
Соня хочет стать знаменитой писательницей. Динара - актрисой. А Маша просто бежит от сплетен и беспросветности.
Все бы ничего, только эта троица ни дня не может прожить без приключений на пятую точку.
Соня хочет стать знаменитой писательницей. Динара - актрисой. А Маша просто бежит от сплетен и беспросветности.
Все бы ничего, только эта троица ни дня не может прожить без приключений на пятую точку.
На первом месте в приоритетах у меня сейчас работа, а точнее служба, так как единственная девушка, которую я когда-либо любил, вышла замуж за другого. Строго говоря, она никогда не была моей.
Но в один из скучных вечеров, после корпоратива, чёрт дёрнул меня сесть в одно такси с симпатичной коллегой. И что прикажете делать, если девушка оседлала меня и лезет с поцелуями? Конечно же, как порядочный мужчина, я не дал ей совершить ошибку, о которой она потом могла пожалеть, не воспользовался ситуацией. Но настолько ли она в действительности была пьяна, или же всё-таки это давняя страсть?
Но в один из скучных вечеров, после корпоратива, чёрт дёрнул меня сесть в одно такси с симпатичной коллегой. И что прикажете делать, если девушка оседлала меня и лезет с поцелуями? Конечно же, как порядочный мужчина, я не дал ей совершить ошибку, о которой она потом могла пожалеть, не воспользовался ситуацией. Но настолько ли она в действительности была пьяна, или же всё-таки это давняя страсть?
Как жить, если муж ведет себя, как последняя скотина? Как жить, если не получается найти общий язык с мамой? Как жить, если на руках маленький ребенок и нет собственного жилья и постоянной работы? Надо собрать волю в кулак, вытереть сопли и шагать вперед к своему счастью!
Придумайте сами, я разрешаю! Хотя сначала ты в первой книге с иронией смотришь на жизнь, споришь со мной, не соглашаешься, где-то романтизируешь. Прочитав до конца, все-таки понимаешь, что идиотка права. Во второй книге утопаешь в эмоциях, пропуская каждый сюжет через себя, и, словно птица Феникс, возрождаешься, прочитав до конца. В третьей книге, которую ты открыла, почувствуешь себя изнутри, обретешь гармонию, ощущая полный вкус к жизни. А это уже немало, согласись? Еще тебе будет интересно узнать, почему шейх отправляет Tati в кругосветное путешествие, Марио подкидывает приятные неожиданности, Lexs меняет ее настроения, а Чешир безгранично балует. Однако в лабиринте московских улиц ее поджидает встреча с незнакомцем, чье появление станет поворотным моментом в их жизни…
Этот цикл книг «Да-да, идиотка на проводе…» покажет, как стать лучшей версией себя.
Этот цикл книг «Да-да, идиотка на проводе…» покажет, как стать лучшей версией себя.
Жизненные виражи порой бывают слишком крутыми и невероятными. "Русская весна" сделала блестящего травматолога Романа Барсентьева военным врачом Барсом. А ещё окончательно и бесповоротно поставила крест на его браке. Вот только в водовороте событий Барс забывает простую истину: любовь и счастье приходят тогда, когда их совсем не ждёшь.
Книга посвящена первой волне ополчения, врачам, волонтерам и жителям Донбасса. Тем, кто с нами с 14 года.
Все персонажи вымышленные . Любое совпадение с реальными - случайно. Отдельные события в книге - реальные, уже ставшие историей
Книга посвящена первой волне ополчения, врачам, волонтерам и жителям Донбасса. Тем, кто с нами с 14 года.
Все персонажи вымышленные . Любое совпадение с реальными - случайно. Отдельные события в книге - реальные, уже ставшие историей
Скучные жизнеописания глубинки, приправленная красочным враньём и историческими фантазиями вашего покорного слуги. Новый, необъективный взгляд на всё что угодно. Воспитание барана и разговор с котом у камина.
РАССКАЗ ЗАВЕРШЕН! САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЕ ДНИ!
– У меня будет ребенок.
Не ожидала я услышать такое от собственного мужа.
– Тебе тридцать лет, а ты все еще веришь в сказки про верных мужей?
С каждой фразой - все хуже.
– Слушай, ну я же не собираюсь тебя бросать! Раз своих детей у тебя быть не может, это вполне подходящий для всех вариант.
Только вот он не знает: лечение дало результаты, и у меня могут быть свои дети. И будут!
– В общем, разводиться мы не будем. Зачем это? Дрязги судебные, расходы на адвокатов… Как-нибудь само наладится. Да, Тонь?
Нет! Вот уж точно - нет!
– У меня будет ребенок.
Не ожидала я услышать такое от собственного мужа.
– Тебе тридцать лет, а ты все еще веришь в сказки про верных мужей?
С каждой фразой - все хуже.
– Слушай, ну я же не собираюсь тебя бросать! Раз своих детей у тебя быть не может, это вполне подходящий для всех вариант.
Только вот он не знает: лечение дало результаты, и у меня могут быть свои дети. И будут!
– В общем, разводиться мы не будем. Зачем это? Дрязги судебные, расходы на адвокатов… Как-нибудь само наладится. Да, Тонь?
Нет! Вот уж точно - нет!
— Ты с ней спал?
Он вздрогнул, будто не ожидал, что я спрошу прямо. Молчал, потом отвёл глаза.
— Мне нужно время, — выдохнул наконец.
— Время? — я рассмеялась, но голос сорвался. — Что бы выбрать с кем быть? С ней или со мной? После всего, что мы пережили ты еще думаешь?
Он пожал плечами.
— Я просто... запутался.
— Запутался? — повторила я. — А я, значит, должна молча смотреть, как ты выбираешь?
Он не ответил. Стоял с каменным лицом, а я чувствовала, как где-то внутри всё рушится.
— Я беременна, Дима, — сказала я тихо. — У нас будет еще один ребенок.
Я узнала случайно: след помады на воротнике, чужой запах, тихая, гадкая ложь, которая точит дом изнутри. В груди взорвался ад — не от слёз, а от ярости и унижения. Он не просил прощения: его больше волновали кредиты и карьера.
И тогда я решилась и пошла к тому, кто умеет ломать лёд тихо, без шума, но навсегда. Не со скандалом, а с точным ударом туда, где больнее всего.
Он вздрогнул, будто не ожидал, что я спрошу прямо. Молчал, потом отвёл глаза.
— Мне нужно время, — выдохнул наконец.
— Время? — я рассмеялась, но голос сорвался. — Что бы выбрать с кем быть? С ней или со мной? После всего, что мы пережили ты еще думаешь?
Он пожал плечами.
— Я просто... запутался.
— Запутался? — повторила я. — А я, значит, должна молча смотреть, как ты выбираешь?
Он не ответил. Стоял с каменным лицом, а я чувствовала, как где-то внутри всё рушится.
— Я беременна, Дима, — сказала я тихо. — У нас будет еще один ребенок.
Я узнала случайно: след помады на воротнике, чужой запах, тихая, гадкая ложь, которая точит дом изнутри. В груди взорвался ад — не от слёз, а от ярости и унижения. Он не просил прощения: его больше волновали кредиты и карьера.
И тогда я решилась и пошла к тому, кто умеет ломать лёд тихо, без шума, но навсегда. Не со скандалом, а с точным ударом туда, где больнее всего.
Вероника опоздала. Третий раз за неделю. Она влетела в ординаторскую, на ходу застёгивая халат, а там они. За столом сидели оба. Роман и Давид. Между ними висело такое напряжение, что, казалось, воздух вот-вот затрещит от электрических разрядов.
Давид сидел прямо, как всегда – спина не касается спинки стула, руки сложены перед собой. Роман, наоборот, развалился, закинув ногу на ногу, но его расслабленная поза обманчива – челюсть напряжена, пальцы барабанят по столу.
– Я проспала, бывает же такое с нормальными людьми, которые не встают в пять утра, чтобы выстроить идеальный график.
Роман хмыкнул и откинулся на спинку стула.
– Это становится системой, и меня это начинает серьёзно беспокоить. Вчера ты опоздала на восемь минут, позавчера на пятнадцать, а сегодня уже почти на двадцать. Прогрессия не в лучшую сторону.
Давид сидел прямо, как всегда – спина не касается спинки стула, руки сложены перед собой. Роман, наоборот, развалился, закинув ногу на ногу, но его расслабленная поза обманчива – челюсть напряжена, пальцы барабанят по столу.
– Я проспала, бывает же такое с нормальными людьми, которые не встают в пять утра, чтобы выстроить идеальный график.
Роман хмыкнул и откинулся на спинку стула.
– Это становится системой, и меня это начинает серьёзно беспокоить. Вчера ты опоздала на восемь минут, позавчера на пятнадцать, а сегодня уже почти на двадцать. Прогрессия не в лучшую сторону.
— У тебя роман с ней?
— Она мой руководитель, Лена. Не придумывай.
— Правда? Тогда почему твоя «руководитель» беременна от тебя?
Я не кричала. Просто смотрела на мужа и думала, что хуже предательства не бывает.
Но ошибалась.
Хуже — узнать, что любовница твоего мужа — его начальница.
Та, ради которой он продал и честь, и семью.
Я ждала второго ребёнка. Он — новую должность.
А потом в мою жизнь вошёл её муж.
Властный. Холодный. Мужчина, перед которым весь город склоняет голову.
— Она мой руководитель, Лена. Не придумывай.
— Правда? Тогда почему твоя «руководитель» беременна от тебя?
Я не кричала. Просто смотрела на мужа и думала, что хуже предательства не бывает.
Но ошибалась.
Хуже — узнать, что любовница твоего мужа — его начальница.
Та, ради которой он продал и честь, и семью.
Я ждала второго ребёнка. Он — новую должность.
А потом в мою жизнь вошёл её муж.
Властный. Холодный. Мужчина, перед которым весь город склоняет голову.
Выберите полку для книги