Читать и слушать книги
Я купил квартиру ради тишины. В комплекте с квадратными метрами шла соседка. Громкая. Упрямая. И слишком красивая, чтобы игнорировать.
У нас обоих законное право здесь жить. И никто не собирается уступать.
Но это не главная проблема.
Проблема в том, что эта девица меня бесит... И я хочу ее с той секунды, как она вышла из ванной в полотенце и запустила в меня тапком.
У нас обоих законное право здесь жить. И никто не собирается уступать.
Но это не главная проблема.
Проблема в том, что эта девица меня бесит... И я хочу ее с той секунды, как она вышла из ванной в полотенце и запустила в меня тапком.
– В следующий раз я лично тебя придушу! – рыкнула взбодрившемуся после лечения сыну и поехала обратно к себе в клинику.
– Фу-у-урия! – нежно протянул вслед ребёнок.
– Ни фига себе, твою мать, – выдал его непуганый приятель.
А корзиночка моя тяжело вздохнула:
– Как бы да. Это моя мать.
– Какая женщина! Мечта!
Столкнувшись с доктором Чудской, он смог оценить черный юмор Вселенной: уважать и восхищаться собратом по оружию и влюбиться без памяти, увидев его жену за работой – что может горчить сильнее?
Но честь офицера – не пустой звук, так что у запретной любви нет шансов.
Или?
К счастью, в жизни все не так, как кажется на первый взгляд.
– Фу-у-урия! – нежно протянул вслед ребёнок.
– Ни фига себе, твою мать, – выдал его непуганый приятель.
А корзиночка моя тяжело вздохнула:
– Как бы да. Это моя мать.
– Какая женщина! Мечта!
Столкнувшись с доктором Чудской, он смог оценить черный юмор Вселенной: уважать и восхищаться собратом по оружию и влюбиться без памяти, увидев его жену за работой – что может горчить сильнее?
Но честь офицера – не пустой звук, так что у запретной любви нет шансов.
Или?
К счастью, в жизни все не так, как кажется на первый взгляд.
— Мы с вашим мужем любим друг друга. Дайте ему развод по-хорошему.
Молодая любовница моего мужа произнесла это, сидя в моём стоматологическом кресле. Она пришла не лечить зуб. Она пришла унизить меня и сказать в лицо, что в свои сорок пять я не жена, а женщина, вышедшая в тираж: опостылевшая, старая, нудная.
Она думала, что я буду плакать.
Ошиблась.
В тот день я потеряла всё: успешную карьеру, дом, двадцать два года брака и прежнюю себя. Теперь впереди развод, скандал и жизнь с нуля.
Но возвращаться к предателю страшнее, чем начинать заново.
Молодая любовница моего мужа произнесла это, сидя в моём стоматологическом кресле. Она пришла не лечить зуб. Она пришла унизить меня и сказать в лицо, что в свои сорок пять я не жена, а женщина, вышедшая в тираж: опостылевшая, старая, нудная.
Она думала, что я буду плакать.
Ошиблась.
В тот день я потеряла всё: успешную карьеру, дом, двадцать два года брака и прежнюю себя. Теперь впереди развод, скандал и жизнь с нуля.
Но возвращаться к предателю страшнее, чем начинать заново.
– У меня есть другая, - произносит муж. – Ее зовут Алиса. Ей двадцать семь. Нам нужно развестись.
Он говорит спокойно, почти деловито. Я открываю рот - хочу сказать про диагноз, про рак, про то, что мне страшно, что мне нужна его поддержка.
– Саша, я сегодня была у врача, - начинаю я, но он перебивает меня резким движением руки.
– Оля, не надо сейчас про твои болячки, мне тоже не 20 лет, - бросает он раздражённо, морщась, словно я говорю что-то неприятное и неуместное. – Я серьёзно. Это не просто увлечение. Я люблю её. Я хочу с ней детей. Нормальную жизнь.
Нормальную жизнь. Значит, со мной у него была ненормальная? Я смотрю на этого человека, с которым прожила четырнадцать лет, родила сына, делила постель и мечты о будущем, и не узнаю его.
Сегодня утром у меня была жизнь. Муж, семья, будущее. А сейчас передо мной два приговора: один от врача, другой от человека, которому я доверяла четырнадцать лет.
И я не знаю, какой из них страшнее.
Он говорит спокойно, почти деловито. Я открываю рот - хочу сказать про диагноз, про рак, про то, что мне страшно, что мне нужна его поддержка.
– Саша, я сегодня была у врача, - начинаю я, но он перебивает меня резким движением руки.
– Оля, не надо сейчас про твои болячки, мне тоже не 20 лет, - бросает он раздражённо, морщась, словно я говорю что-то неприятное и неуместное. – Я серьёзно. Это не просто увлечение. Я люблю её. Я хочу с ней детей. Нормальную жизнь.
Нормальную жизнь. Значит, со мной у него была ненормальная? Я смотрю на этого человека, с которым прожила четырнадцать лет, родила сына, делила постель и мечты о будущем, и не узнаю его.
Сегодня утром у меня была жизнь. Муж, семья, будущее. А сейчас передо мной два приговора: один от врача, другой от человека, которому я доверяла четырнадцать лет.
И я не знаю, какой из них страшнее.
Когда-нибудь всему наступает конец… Дружбе, любви, привязанности. Любое чувство подлежит сроку давности или оно не выдерживает испытаний. С Дмитрием у Маши всё начиналось ярко, красиво до сумасшедших поступков, до признаний в вечной любви, стоя на коленях. Оба импульсивные и взрывные. Их страсть горела так отчётливо, что казалась сверхновой звездой.
Уже год прошёл с момента развода. Год, который она не жила, а существовала от звонка до звонка. Ждала и ненавидела себя за то, что ждала. Слабая Маша, зависимая и очень несчастная.
— Как ты, Мэри? — начинался его разговор обычно.
— Как могу, — отвечала тихо и жадно ловила каждую интонацию, каждое слово, вздох его и звуковые отголоски, по которым пыталась определить, где бывший муж сейчас находится и кто с ним рядом.
— Подробней ты не расскажешь… Так, Мэри? — в голосе сейчас определялся сарказм.
Что ему до подробностей? Время для Маши застыло на
Уже год прошёл с момента развода. Год, который она не жила, а существовала от звонка до звонка. Ждала и ненавидела себя за то, что ждала. Слабая Маша, зависимая и очень несчастная.
— Как ты, Мэри? — начинался его разговор обычно.
— Как могу, — отвечала тихо и жадно ловила каждую интонацию, каждое слово, вздох его и звуковые отголоски, по которым пыталась определить, где бывший муж сейчас находится и кто с ним рядом.
— Подробней ты не расскажешь… Так, Мэри? — в голосе сейчас определялся сарказм.
Что ему до подробностей? Время для Маши застыло на
Безнадёжно влюблён! Как мальчишка встречаю её у дверей универа. Мы на одной волне. Она меня с полуслова понимает, как и я её. Это ли не счастье встретить ту, кто является частью твоей дурацкой и никчёмной жизни.
- Ты идиот, Игорёк! Вы ещё не спали хоть?
- Это не твоё дело, Пётр!!!
- МОЁ! Ты за своей беспорядочной половой жизнь, которую ты ведешь после развода совсем потерял счет девкам, которые побывали в твоей постели! Но запомни, что в этом городе есть одна, которую ты и пальцем не можешь тронуть!
- Да что ты? Забыл тебя спросить, кого мне тащить в свою кровать, друг!!! – ору на бывшего друга, с которым лет семнадцать назад разошлись наши пути.
- Руслана - моя крёстная дочь! Понимаешь к чему я?! – Пётр трясёт меня за грудки и остервенело глядит в мои глаза. – Это твоя ДОЧЬ!
- Ты идиот, Игорёк! Вы ещё не спали хоть?
- Это не твоё дело, Пётр!!!
- МОЁ! Ты за своей беспорядочной половой жизнь, которую ты ведешь после развода совсем потерял счет девкам, которые побывали в твоей постели! Но запомни, что в этом городе есть одна, которую ты и пальцем не можешь тронуть!
- Да что ты? Забыл тебя спросить, кого мне тащить в свою кровать, друг!!! – ору на бывшего друга, с которым лет семнадцать назад разошлись наши пути.
- Руслана - моя крёстная дочь! Понимаешь к чему я?! – Пётр трясёт меня за грудки и остервенело глядит в мои глаза. – Это твоя ДОЧЬ!
— Значит, всё же решилась? — придя в себя, спросил папа и, улыбнувшись, добавил: — Вот и умница. Скинь мне список, покажу его своим юристам и попрошу составить брачный контракт.
— Тебе не скину, — фыркнула я и, покачав головой, предупредила: — Никаких юристов, папа. Это соглашение мы заключим между собой, пропишем всё по пунктам и «поиграем» в семью.
— Поиграете? — нахмурился он.
Устав терпеть мои выходки, папуля нашёл мне жениха, помешанного на семейных ценностях.
Ждал, что, испугавшись замужества, я исправлюсь и займусь семейным делом, но он крупно просчитался… Я согласилась.
Грех упускать шикарную возможность позлить строгого родителя и подёргать за усы матёрого, богатого и крутого мужика. Он знал, на что шёл, так что пусть не жалуется.
Соглашаясь на брак, я могла вдоволь поиздеваться над самоуверенным выскочкой, решившим, что он готов управлять мной, моей жизнью и, судя по всему, ещё и папиным бизнесом.
Для него я не выглядела помехой, и именно это я собиралась исправить.
— Тебе не скину, — фыркнула я и, покачав головой, предупредила: — Никаких юристов, папа. Это соглашение мы заключим между собой, пропишем всё по пунктам и «поиграем» в семью.
— Поиграете? — нахмурился он.
Устав терпеть мои выходки, папуля нашёл мне жениха, помешанного на семейных ценностях.
Ждал, что, испугавшись замужества, я исправлюсь и займусь семейным делом, но он крупно просчитался… Я согласилась.
Грех упускать шикарную возможность позлить строгого родителя и подёргать за усы матёрого, богатого и крутого мужика. Он знал, на что шёл, так что пусть не жалуется.
Соглашаясь на брак, я могла вдоволь поиздеваться над самоуверенным выскочкой, решившим, что он готов управлять мной, моей жизнью и, судя по всему, ещё и папиным бизнесом.
Для него я не выглядела помехой, и именно это я собиралась исправить.
Стас молод, хорош собой и неприлично богат, у него роскошная жена и смышленый сын.
Но каждый день, просыпаясь утром, он думает о том, как ненавидит свою фальшивую жизнь.
Он отдал бы все, чтобы оказаться рядом с любимой женщиной.
Но однажды он предал ее, ее и еще нерожденного малыша...
Даст ли судьба Стасу шанс когда-нибудь исправить роковую ошибку и не будет ли слишком поздно?
*****
Но каждый день, просыпаясь утром, он думает о том, как ненавидит свою фальшивую жизнь.
Он отдал бы все, чтобы оказаться рядом с любимой женщиной.
Но однажды он предал ее, ее и еще нерожденного малыша...
Даст ли судьба Стасу шанс когда-нибудь исправить роковую ошибку и не будет ли слишком поздно?
*****
- Чёрт, ты беременна! Беременна от меня! Не могу поверить! - босс нервно проводит по волосам и смотрит на меня враждебно, я отвечаю ему тем же взглядом.
- Нет, этого не может быть! - поворачиваюсь к врачу, которая озвучила результаты анализа. - Проверьте ещё раз, прошу вас. Наверняка вы снова что-то перепутали! Я не могу быть беременна от этого тирана.
- С меня хватит! Вставай! Ты идёшь со мной!
- Никуда я с вами не пойду!
- Пойдёшь как миленькая, если хочешь оставить моего ребёнка!
___________
В свои тридцать я разочаровалась в мужчинах. Решившись на процедуру ЭКО, я стала жертвой врачебной ошибки!
Я оказалась беременна от моего босса-тирана...
Теперь он требует от меня полного подчинения, если я хочу оставить ребенка.
- Нет, этого не может быть! - поворачиваюсь к врачу, которая озвучила результаты анализа. - Проверьте ещё раз, прошу вас. Наверняка вы снова что-то перепутали! Я не могу быть беременна от этого тирана.
- С меня хватит! Вставай! Ты идёшь со мной!
- Никуда я с вами не пойду!
- Пойдёшь как миленькая, если хочешь оставить моего ребёнка!
___________
В свои тридцать я разочаровалась в мужчинах. Решившись на процедуру ЭКО, я стала жертвой врачебной ошибки!
Я оказалась беременна от моего босса-тирана...
Теперь он требует от меня полного подчинения, если я хочу оставить ребенка.
На наш с сыном общий праздник любимый муж и отец преподнёс грандиозный подарок: заявил, что уходит к другой.
Удар я приняла стойко. Однако, когда выяснилось, кем была его любовница, стало ясно, что конец пришёл не только нашему браку, но и многолетней дружбе. А мой бизнес оказался под угрозой…
Удар я приняла стойко. Однако, когда выяснилось, кем была его любовница, стало ясно, что конец пришёл не только нашему браку, но и многолетней дружбе. А мой бизнес оказался под угрозой…
Выберите полку для книги