Читать и слушать книги
— Варя. Это ничего не значит, — цедит муж, застёгивая рубашку.
— Ничего? Ты целовал её в переговорной. На работе.
— Один раз. Семью из-за такого не ломают. Ты мать моих детей. Остынешь и вернёшься домой.
— Домой? — усмехаюсь, хотя внутри всё рвётся. — Нет, Артём. Сегодня домой вернутся только твои вещи.
— Ты без меня не справишься. Куда ты пойдёшь?
— В торт, — отвечаю я. — К боссу.
Я застала мужа с любовницей прямо в офисе большого холдинга. Он был уверен, что я проглочу измену, улыбнусь детям и сделаю вид, будто ничего не случилось. А я в тот же вечер залезла в огромный праздничный торт, который приготовили для властного босса-миллиардера, чтобы стать его самым неожиданным подарком и попросить о помощи. Только Демьян Ратников не из тех мужчин, которых можно использовать для мести. Он сам привык выбирать правила. И чем ближе я к нему, тем труднее помнить, что всё между нами должно быть лишь игрой.
— Ничего? Ты целовал её в переговорной. На работе.
— Один раз. Семью из-за такого не ломают. Ты мать моих детей. Остынешь и вернёшься домой.
— Домой? — усмехаюсь, хотя внутри всё рвётся. — Нет, Артём. Сегодня домой вернутся только твои вещи.
— Ты без меня не справишься. Куда ты пойдёшь?
— В торт, — отвечаю я. — К боссу.
Я застала мужа с любовницей прямо в офисе большого холдинга. Он был уверен, что я проглочу измену, улыбнусь детям и сделаю вид, будто ничего не случилось. А я в тот же вечер залезла в огромный праздничный торт, который приготовили для властного босса-миллиардера, чтобы стать его самым неожиданным подарком и попросить о помощи. Только Демьян Ратников не из тех мужчин, которых можно использовать для мести. Он сам привык выбирать правила. И чем ближе я к нему, тем труднее помнить, что всё между нами должно быть лишь игрой.
— Соня не донор, Арсений. Она твоя дочь.
— А Тимофей мой сын. И я спасу его любой ценой.
— Даже если для этого пришлось обмануть нас обеих?
— Ты жена генерала, Инга. Должна понимать: иногда приказ важнее правды.
Я узнала, что муж годами скрывал другую женщину и больного мальчика, которого назвал своим сыном. Но хуже измены оказалось другое: ради спасения этого ребёнка генерал уже проверил нашу дочь как донора — без правды, без честного согласия, через чужие подписи.
Он думал, я промолчу.
Зря.
Теперь я не просто развожусь. Я раскрою такой генеральский секрет, после которого предателям уже не спрятаться за погонами.
— А Тимофей мой сын. И я спасу его любой ценой.
— Даже если для этого пришлось обмануть нас обеих?
— Ты жена генерала, Инга. Должна понимать: иногда приказ важнее правды.
Я узнала, что муж годами скрывал другую женщину и больного мальчика, которого назвал своим сыном. Но хуже измены оказалось другое: ради спасения этого ребёнка генерал уже проверил нашу дочь как донора — без правды, без честного согласия, через чужие подписи.
Он думал, я промолчу.
Зря.
Теперь я не просто развожусь. Я раскрою такой генеральский секрет, после которого предателям уже не спрятаться за погонами.
— И что ты хочешь от меня?
Катя потупилась, потом подняла глаза с выражением, которое Максим знал с детства — смесь вины и отчаянной надежды.
— Макс… ты же понимаешь… Лиза… её не с кем оставить. Родители в круизе по Средиземноморью, бабушка в санатории…
Максим замер. В голове пронеслось: «Только не это. Только не сейчас».
— Ты хочешь, чтобы я…
— Да, Макс. — Катя схватила его за руку. — Пожалуйста! Всего на пару недель, пока не вернутся родители. Я буду звонить каждый день, высылать деньги, всё, что нужно… Просто присмотри за Лизой, пока мы не вернёмся!
Лиза, услышав своё имя, обернулась и лучезарно улыбнулась. Максим в ужасе отступил к окну.
— Нет, категорически нет, — затряс головой он.
— Мам, я хочу в туалет, — произнесла Лиза, пряча за спиной ужасного вида кролика.
— Проводи, — взглянув на меня, Катя лукаво улыбнулась и кивнула на дверь. Доступ к которой имел только он.
Обречённо вздохнув, он обратился к Лизе:
— Идём.
Катя потупилась, потом подняла глаза с выражением, которое Максим знал с детства — смесь вины и отчаянной надежды.
— Макс… ты же понимаешь… Лиза… её не с кем оставить. Родители в круизе по Средиземноморью, бабушка в санатории…
Максим замер. В голове пронеслось: «Только не это. Только не сейчас».
— Ты хочешь, чтобы я…
— Да, Макс. — Катя схватила его за руку. — Пожалуйста! Всего на пару недель, пока не вернутся родители. Я буду звонить каждый день, высылать деньги, всё, что нужно… Просто присмотри за Лизой, пока мы не вернёмся!
Лиза, услышав своё имя, обернулась и лучезарно улыбнулась. Максим в ужасе отступил к окну.
— Нет, категорически нет, — затряс головой он.
— Мам, я хочу в туалет, — произнесла Лиза, пряча за спиной ужасного вида кролика.
— Проводи, — взглянув на меня, Катя лукаво улыбнулась и кивнула на дверь. Доступ к которой имел только он.
Обречённо вздохнув, он обратился к Лизе:
— Идём.
- Не знал, что у вас есть дети, Алла Юрьевна.
- Ну да... Двое.
- Вижу, что не пятеро. Откуда?
- Александр Иванович, думаю, вам объяснить, откуда дети берутся?
- Вопрос не в этом. Зачем скрывали?
- В каком смысле?
- Я всё знаю о своих сотрудниках. Но о ваших детях не знал.
Конечно, не знали, Александр Иванович! Ведь нашу одну-единственную ночь после корпоратива пять лет назад вы благополучно забыли...
А я сохранила секрет. Теперь у меня близняшки от босса. И босс не должен узнать!
- Ну да... Двое.
- Вижу, что не пятеро. Откуда?
- Александр Иванович, думаю, вам объяснить, откуда дети берутся?
- Вопрос не в этом. Зачем скрывали?
- В каком смысле?
- Я всё знаю о своих сотрудниках. Но о ваших детях не знал.
Конечно, не знали, Александр Иванович! Ведь нашу одну-единственную ночь после корпоратива пять лет назад вы благополучно забыли...
А я сохранила секрет. Теперь у меня близняшки от босса. И босс не должен узнать!
— Только маму сейчас не ругай. Она знала про Диму.
— Что знала?
— Про Лену.
— Сколько?
— Три месяца.
Я думала, это худшее, что могу услышать.
Ошиблась.
Мой муж почти год встречается со своей первой любовью. Смотрел квартиру для их новой жизни и собирался уйти от меня сразу после дня рождения нашей дочери.
А моя мать всё это время молчала.
Потому что много лет назад сама простила измену моего отца и решила, что я должна поступить так же.
Только есть одна проблема.
Я — не моя мать.
И сохранять брак с мужчиной, который уже однажды выбрал жизнь без меня, не собираюсь.
Тем более рядом неожиданно оказывается человек, который ничего у меня не требует.
И моё сердце, похоже, решило впервые не спросить разрешения у кардиолога.
— Что знала?
— Про Лену.
— Сколько?
— Три месяца.
Я думала, это худшее, что могу услышать.
Ошиблась.
Мой муж почти год встречается со своей первой любовью. Смотрел квартиру для их новой жизни и собирался уйти от меня сразу после дня рождения нашей дочери.
А моя мать всё это время молчала.
Потому что много лет назад сама простила измену моего отца и решила, что я должна поступить так же.
Только есть одна проблема.
Я — не моя мать.
И сохранять брак с мужчиной, который уже однажды выбрал жизнь без меня, не собираюсь.
Тем более рядом неожиданно оказывается человек, который ничего у меня не требует.
И моё сердце, похоже, решило впервые не спросить разрешения у кардиолога.
—Только не устраивай истерик,Саша,—муж небрежно стирает с губ чужую помаду.—Мы в закрытом гарнизоне,твой пропуск привязан к моему.Ты моя жена и будешь делать то,что я скажу.
Он сжимает мой подбородок,уверенный в своей власти.
—Я подаю на развод.—отшатываюсь от его прикосновения.
—Отпусти её.
Голос из темноты коридора бьет по нервам,как разряд тока.
Из тени выходит высокий мужчина в парадной форме.
От одного взгляда на него стынет кровь,а сердце останавливается.
Константин Орлов.
Человек,который одиннадцать лет назад разбил мне сердце,жестоко вышвырнув из своей жизни.
И теперь я в ловушке на его территории.
Он думает,что снова может решать за меня,что я брошусь к нему за защитой. Только он ошибается. Развода не избежать,но и ему я больше не принадлежу.
Он сжимает мой подбородок,уверенный в своей власти.
—Я подаю на развод.—отшатываюсь от его прикосновения.
—Отпусти её.
Голос из темноты коридора бьет по нервам,как разряд тока.
Из тени выходит высокий мужчина в парадной форме.
От одного взгляда на него стынет кровь,а сердце останавливается.
Константин Орлов.
Человек,который одиннадцать лет назад разбил мне сердце,жестоко вышвырнув из своей жизни.
И теперь я в ловушке на его территории.
Он думает,что снова может решать за меня,что я брошусь к нему за защитой. Только он ошибается. Развода не избежать,но и ему я больше не принадлежу.
Девушка получает в наследство деревенский дом своей покойной бабушки и едет туда, чтобы определиться – что делать с неожиданным наследством. А там её ждут приключения, которые заставляют героиню изменить первоначальное решение. История о том, как тесно переплетаются между собой прошлое и настоящее, а родной человек через воспоминания посторонних людей раскрывается совсем с другой стороны…
Он поцеловал её. Его тёплые губы коснулись её чуть приоткрытого от удивления рта почти невесомо. Это длилось всего пару мгновений, а затем Ильинский так же внезапно выпустил ошарашенную Лию из объятий.
— Давно хотел это сделать, — признался он. — Ты моя последняя дипломница, больше я научного руководства не брал. Как будто чувствовал, что не надо. Ну что стоишь и смотришь как на чудо?
— Я люблю вас как преподавателя, — наклонив голову и коснувшись на миг кончиком языка только что поцелованных губ, проговорила Лия. — И как человека. И как…
Мужчину.
Не сказала. Испугалась.
Это лето — последнее, которое Лия может провести со своим научным руководителем Вадимом Ильинским. Она обещала никому не говорить о его любви и отправилась c ним кольцевать птиц в глухую тайгу.
Но розовые очки бьются стёклами внутрь: Лия сталкивается с тёмной стороной любимого.
Уехать или остаться?
— Давно хотел это сделать, — признался он. — Ты моя последняя дипломница, больше я научного руководства не брал. Как будто чувствовал, что не надо. Ну что стоишь и смотришь как на чудо?
— Я люблю вас как преподавателя, — наклонив голову и коснувшись на миг кончиком языка только что поцелованных губ, проговорила Лия. — И как человека. И как…
Мужчину.
Не сказала. Испугалась.
Это лето — последнее, которое Лия может провести со своим научным руководителем Вадимом Ильинским. Она обещала никому не говорить о его любви и отправилась c ним кольцевать птиц в глухую тайгу.
Но розовые очки бьются стёклами внутрь: Лия сталкивается с тёмной стороной любимого.
Уехать или остаться?
– Твоя мать не смогла родить мне сына, значит, родишь ты, Лиза, – сказал отчим.
От страха у меня онемел язык, а он продолжил свою речь:
– У нас всё будет по-настоящему. Когда залетишь, матери скажешь, что не знаешь, кто отец ребенка. Я благородно запишу его на себя. Взамен оплачу твое обучение в том учебном заведении, куда ты хотела поступить, и куплю тебе квартиру. Отказы не принимаются. У меня осталось слишком мало времени, поэтому поднимайся в мою спальню, Лиза. Прямо сейчас.
Маме повезло с таким мужем, как Эмин Наильевич. Ему тридцать девять, красив, богат, одинок. Я считала его идеальным мужчиной ровно до того момента, как он сообщил мне о своем непристойном намерении сделать меня матерью своего ребенка...
От страха у меня онемел язык, а он продолжил свою речь:
– У нас всё будет по-настоящему. Когда залетишь, матери скажешь, что не знаешь, кто отец ребенка. Я благородно запишу его на себя. Взамен оплачу твое обучение в том учебном заведении, куда ты хотела поступить, и куплю тебе квартиру. Отказы не принимаются. У меня осталось слишком мало времени, поэтому поднимайся в мою спальню, Лиза. Прямо сейчас.
Маме повезло с таким мужем, как Эмин Наильевич. Ему тридцать девять, красив, богат, одинок. Я считала его идеальным мужчиной ровно до того момента, как он сообщил мне о своем непристойном намерении сделать меня матерью своего ребенка...
Вы можете себе представить свою свадьбу, ты в белом платье, самая красивая и счастливая. Рядом твой любимый мужчина, уже законный муж. Всё красиво, весело, прекрасно…и вдруг в какой-то момент ты понимаешь, что атмосфера меняется, вокруг начинают перешёптываться, передают друг другу телефоны, что-то показывая…и когда друг Дениса показывает ему что-то на смартфоне…ты конкретно начинаешь понимать, что всё это касается напрямую тебя…
Выберите полку для книги