Книги в жанре «Короткий любовный роман»
- Мало того, что ты подстроила свою смерть. -Так ты еще и сына, от меня скрыла Камила?
Мой бывший муж орет так, что у меня закладывают уши.
- Ты не хотел детей, - спокойным голосом говорю ему.
- Я разве говорил тебе такое? - опять кричит.
А, я сижу в кресле и со спокойным видом смотрю на него в упор.
- Намекал,- разве не помнишь?
Он видит, что я не боюсь его, держусь ровно и отвечаю ему спокойно. И он успокаивается и меняет тактику.
- Ты мне дорого обошлась, вернее твои поиски, -он откровенным взглядом окидывает меня. - челюсть разминала?
- Ага, всю ночь. - отвечаю ему не подумав.
Эти слова вылетают сами по себе и только сейчас я понимаю, что он имел ввиду. Сергей наклоняет голову набок и начинает улыбаться.
- Вот и проверим чему я тебя учил, а потом поедем знакомится сыном.
- Что? -Нет, - ты не правильно меня понял.
Я даже пикнуть не успеваю, как оказываюсь прижатой к креслу, а он нависает надо мной.
- Ты всегда была безбашенной,- поверь мне это нравится
Мой бывший муж орет так, что у меня закладывают уши.
- Ты не хотел детей, - спокойным голосом говорю ему.
- Я разве говорил тебе такое? - опять кричит.
А, я сижу в кресле и со спокойным видом смотрю на него в упор.
- Намекал,- разве не помнишь?
Он видит, что я не боюсь его, держусь ровно и отвечаю ему спокойно. И он успокаивается и меняет тактику.
- Ты мне дорого обошлась, вернее твои поиски, -он откровенным взглядом окидывает меня. - челюсть разминала?
- Ага, всю ночь. - отвечаю ему не подумав.
Эти слова вылетают сами по себе и только сейчас я понимаю, что он имел ввиду. Сергей наклоняет голову набок и начинает улыбаться.
- Вот и проверим чему я тебя учил, а потом поедем знакомится сыном.
- Что? -Нет, - ты не правильно меня понял.
Я даже пикнуть не успеваю, как оказываюсь прижатой к креслу, а он нависает надо мной.
- Ты всегда была безбашенной,- поверь мне это нравится
Она — учительница начальных классов. Он — глава преступного мира. Они встретились под дождём, когда он истекал кровью. Она спасла его. А потом узнала, кто он. И поклялась уничтожить. Но что, если твой враг — единственный, кто видит тебя настоящую? Что, если его прикосновение сжигает сильнее ненависти? Когда она пришла, чтобы отомстить, он уже украл её сердце. Теперь у неё нет выбора. Только он. Только дождь. Только искупление.
Она пришла на свидание вслепую и влюбилась. Они провели идеальный вечер и весьма романтичную ночь, но наутро он сбежал. А через день она приходит к нему с налоговой проверкой. Он думает, что его миллионы под угрозой. Но не знает, что под угрозой его сердце. Он думает, что у него проблемы с отчетами. Но не знает, что настоящая проблема кроется в ней.
Она – налоговый инспектор с принципами и формами, которые не помещаются в стандартные рамки. Она не прощает ошибок. Особенно те, что совершает мужчина, делающий вид, что не помнит ту ночь.
Теперь вместо романтических прогулок – разбор документов. Вместо поцелуев – вопросы о доходах. Но между скупых строк отчетов, при каждой новой встрече, в каждом споре, они чувствуют, что притяжение нарастает.
И теперь они должны решить: это любовь или все-таки налоговая проверка?
Она – налоговый инспектор с принципами и формами, которые не помещаются в стандартные рамки. Она не прощает ошибок. Особенно те, что совершает мужчина, делающий вид, что не помнит ту ночь.
Теперь вместо романтических прогулок – разбор документов. Вместо поцелуев – вопросы о доходах. Но между скупых строк отчетов, при каждой новой встрече, в каждом споре, они чувствуют, что притяжение нарастает.
И теперь они должны решить: это любовь или все-таки налоговая проверка?
«Лёгкий роман о дружбе, которая чуть не разбилась о гордость, ревность и один слишком драматичный вечер. Марк и Алина строили рубрику, а в итоге строили доверие — шаг за шагом, извинение за извинением.
Романтическая комедия без надрыва: с иронией, узнаваемыми ситуациями и верой в то, что даже если всё пошло не так, можно просто сесть рядом и сказать: Прости, я был не прав.
Идеально, если хочется чего-то светлого, с юмором и с надеждой на счастливый финал.»
Романтическая комедия без надрыва: с иронией, узнаваемыми ситуациями и верой в то, что даже если всё пошло не так, можно просто сесть рядом и сказать: Прости, я был не прав.
Идеально, если хочется чего-то светлого, с юмором и с надеждой на счастливый финал.»
Я почти поверила, что наконец-то стала "своей" для одногруппников-мажоров. И слишком поздно поняла, что единственное, что им нужно – поразвлечься за мой счет!
Чудом у меня получилось вырваться и убежать на второй этаж. Не чувствуя ног и почти не понимая, куда иду, я забрела в чужую спальню и попросила помощи у мужчины, больше похожего на бандита. Сломанный нос, шрам на брови, тяжёлый взгляд и ни капли сочувствия на лице.
Роман Корнеев мог выставить меня за дверь, но вместо этого защитил от тех, кто хотел воспользоваться моим состоянием.
Утром я сбежала, надеясь больше никогда его не увидеть. Но ошибалась.
Чудом у меня получилось вырваться и убежать на второй этаж. Не чувствуя ног и почти не понимая, куда иду, я забрела в чужую спальню и попросила помощи у мужчины, больше похожего на бандита. Сломанный нос, шрам на брови, тяжёлый взгляд и ни капли сочувствия на лице.
Роман Корнеев мог выставить меня за дверь, но вместо этого защитил от тех, кто хотел воспользоваться моим состоянием.
Утром я сбежала, надеясь больше никогда его не увидеть. Но ошибалась.
Поднимаюсь обратно, звоню. Почти тут же открывает.
Вау! — чуть не вырывается у меня. Вовремя спохватываюсь.
— Чего-то забыл, капитан? — дергает бровью. Не отрывая телефона от уха, слушает, поддакивает.
— Мхм... — достаю телефон. — Щас... — зажав кнопку, делаю серию фоток.
Брошкина мгновенно чуть не прихлопывает меня дверью.
— Ну зачем так? — возмущаюсь. — Дверь тут казенная, а я нет. Чуть не прибила.
Открываю галерею.
Вот это класс!
Камера, правда, огонь, не подвела. Не зря столько бабок отвалил за телефон. Брошкина в этом белом белье просто супер.
Увеличиваю на груди. И у самого в груди резко становится жарко. Облизываюсь. Ммм... размерчик прям мультяшный.
Снова открывает дверь, уже в футболке и брючках. Смотрит строго, но щеки пылают.
И я че-то пылаю. Обмахиваюсь воротом расстегнутой куртки.
— Можно было оставить все как есть, я не стеснительный.
— Ты, капитан, фотографии удали.
— Не смогу, рука дрогнет. Это же как вещьдоки — беречь как зеницу ока. Конфиденциальность га
Вау! — чуть не вырывается у меня. Вовремя спохватываюсь.
— Чего-то забыл, капитан? — дергает бровью. Не отрывая телефона от уха, слушает, поддакивает.
— Мхм... — достаю телефон. — Щас... — зажав кнопку, делаю серию фоток.
Брошкина мгновенно чуть не прихлопывает меня дверью.
— Ну зачем так? — возмущаюсь. — Дверь тут казенная, а я нет. Чуть не прибила.
Открываю галерею.
Вот это класс!
Камера, правда, огонь, не подвела. Не зря столько бабок отвалил за телефон. Брошкина в этом белом белье просто супер.
Увеличиваю на груди. И у самого в груди резко становится жарко. Облизываюсь. Ммм... размерчик прям мультяшный.
Снова открывает дверь, уже в футболке и брючках. Смотрит строго, но щеки пылают.
И я че-то пылаю. Обмахиваюсь воротом расстегнутой куртки.
— Можно было оставить все как есть, я не стеснительный.
— Ты, капитан, фотографии удали.
— Не смогу, рука дрогнет. Это же как вещьдоки — беречь как зеницу ока. Конфиденциальность га
— Жалко Ваньку, — тяжело вздыхает отец.
— Светка на него такие надежды возлагала! — тут же подхватывает мать, всплеснув руками. — Машину только купила. А теперь что?
— Что-что… Ухаживать за ним будет!
— Сплюнь, идиот! — шипит та на отца. — Надеюсь, Светка не в тебя! Мне и Машки с головой хватило! Блаженная, ей богу.
— Чё ты несёшь, дура! Дочь родная, а ты её и в хвост, и в гриву...
Дальше не слушаю. В голове привычный шум, заглушающий их голоса. Нужно собраться с мыслями. Ваня. Да. Ваня вернулся. Живой и ладно. А остальное мы как-нибудь переживём.
Переживем ведь, Вань?
— Светка на него такие надежды возлагала! — тут же подхватывает мать, всплеснув руками. — Машину только купила. А теперь что?
— Что-что… Ухаживать за ним будет!
— Сплюнь, идиот! — шипит та на отца. — Надеюсь, Светка не в тебя! Мне и Машки с головой хватило! Блаженная, ей богу.
— Чё ты несёшь, дура! Дочь родная, а ты её и в хвост, и в гриву...
Дальше не слушаю. В голове привычный шум, заглушающий их голоса. Нужно собраться с мыслями. Ваня. Да. Ваня вернулся. Живой и ладно. А остальное мы как-нибудь переживём.
Переживем ведь, Вань?
— Почему ты не сказал, что слушаешь мои голосовые?!
— Я хотел. Несколько раз даже порывался ответить или написать сообщение, но тогда бы ты перестала звонить. Я боялся что ты замолчишь и я не смогу тебя никогда найти.
*****
Они не должны были встретиться. Но у судьбы свои планы!
— Я хотел. Несколько раз даже порывался ответить или написать сообщение, но тогда бы ты перестала звонить. Я боялся что ты замолчишь и я не смогу тебя никогда найти.
*****
Они не должны были встретиться. Но у судьбы свои планы!
Мое сердце отказывается верить в услышанное стоя в собственной прихожей.
Хотела сделать мужу сюрприз и приехала из командировки на день раньше. Но сюрприз ждал меня.
Правильно говорят, что самое болезненное предательство от близких. Как много я еще не знаю о собственной жизни.
Хотела сделать мужу сюрприз и приехала из командировки на день раньше. Но сюрприз ждал меня.
Правильно говорят, что самое болезненное предательство от близких. Как много я еще не знаю о собственной жизни.
Предательство любимого человека может разрушить жизнь, но иногда судьба посылает нам спасение в лице неожиданного друга. Розмари переживает измену мужа и чувствует себя разбитой. Но встреча с Майком меняет все. Он поддерживает ее в трудную минуту, помогает Розмари и ее дочери начать новую жизнь. Но Розмари не сразу готова открыться новым чувствам. Сможет ли она снова довериться мужчине и найти в себе силы для новой любви? И что скрывается за их теплыми отношениями?
Выберите полку для книги