Читать и слушать книги
– Дети, вы откуда? - замечаю три розовые шляпки.
– С берега, - девочки смотрят на меня большими и любопытными глазами.
– Что вы делаете здесь одни, да ещё и в сети угодили, - поднимаю рыболовную снасть с их голов.
– Мы несли вам пирожки. А мама там, - указывает одна из девочек на берег. - Ей плохо. Помогите.
Я приехал на международный форум на яхте. Захотелось русских пирожков из печи. И мне их привезла… бывшая. А откуда у нее столько детей?
Раньше у нее был только я.
– С берега, - девочки смотрят на меня большими и любопытными глазами.
– Что вы делаете здесь одни, да ещё и в сети угодили, - поднимаю рыболовную снасть с их голов.
– Мы несли вам пирожки. А мама там, - указывает одна из девочек на берег. - Ей плохо. Помогите.
Я приехал на международный форум на яхте. Захотелось русских пирожков из печи. И мне их привезла… бывшая. А откуда у нее столько детей?
Раньше у нее был только я.
Мы с мужем прожили вместе много лет. У нас было многое: любовь, планы, надежды, но не было только одного - ребенка. Со временем я научилась жить с этой болью. Научилась улыбаться, когда внутри все сжималось при виде чужих детей. Научилась делать вид, что смирилась. Но однажды раздался телефонный звонок. Незнакомая женщина назвала меня по имени и сказала:
– У нас с Матвеем есть сын.
В тот момент мой мир рухнул.
– У нас с Матвеем есть сын.
В тот момент мой мир рухнул.
Как принять любовь, если твой рефлекс - убегать от чувств? Внешность героини этой истории с трудом вписывается в стандарты красоты. Она ведёт с читателем честный, лаконичный и иногда болезненный разговор о стыде, который носит как вторую кожу, и о том, как прячется от людей, которые хотят её узнать.
А ещё здесь о тёплой университетской дружбе, преображении героини и об очень милом корги, который знает, когда нужно просто сесть рядом, чтобы всё стало хорошо :)
А ещё здесь о тёплой университетской дружбе, преображении героини и об очень милом корги, который знает, когда нужно просто сесть рядом, чтобы всё стало хорошо :)
Марина- безупречный руководитель и уставшая мать троих детей. Ее жизнь это бесконечные графики, цифры и...одиночество.
Но все меняется, когда к ней в отдел приходит молодой стажер.
Что это: мимолетная интрижка или начало чего-то настоящего? Готова ли она рискнуть всем ради запретного чувства?
Но все меняется, когда к ней в отдел приходит молодой стажер.
Что это: мимолетная интрижка или начало чего-то настоящего? Готова ли она рискнуть всем ради запретного чувства?
Дверь моего кабинета открывается и на пороге возникает высокая мужская фигура.
Охренеть, какая наглость!
А стучать тебя не учили?!
- Какого черта вы врываетесь ко мне подобным образом? – моим ледяным тоном можно заморозить всё.
Всё, кроме, кажется, этого наглеца. Который закрывает за собой дверь, а после тяжелым шагом направляется к моему столу.
И по мере его приближения напрягаюсь всё сильнее.
Кажется, всё плохое, что случилось со мной сегодня до этой минуты, покажется мне цветочками.
А ягодка, вот она. Вернее ОН...
_____
История о том, что иногда полезно совершать (конечно же совершенно случайно) ошибки!
Кто знает, может это приведет тебя к любви.
Вернее, она сама придет к тебе на разборки.
Охренеть, какая наглость!
А стучать тебя не учили?!
- Какого черта вы врываетесь ко мне подобным образом? – моим ледяным тоном можно заморозить всё.
Всё, кроме, кажется, этого наглеца. Который закрывает за собой дверь, а после тяжелым шагом направляется к моему столу.
И по мере его приближения напрягаюсь всё сильнее.
Кажется, всё плохое, что случилось со мной сегодня до этой минуты, покажется мне цветочками.
А ягодка, вот она. Вернее ОН...
_____
История о том, что иногда полезно совершать (конечно же совершенно случайно) ошибки!
Кто знает, может это приведет тебя к любви.
Вернее, она сама придет к тебе на разборки.
Без поцелуев, без прикосновений, даже улыбаться случайно нельзя — а химия между ними такая, что подсобка вот-вот загорится. Циничный начальник и новая сотрудница, которая его ненавидит, заключают безумное пари на 30 дней. Он соблазняет — она держит дистанцию. Но за игрой скрывается тайна, способная спасти бизнес. Честно, трогает до мурашек и не отпускает до последней страницы.
Я — аналитик. Я привыкла верить фактам. Видео измены мужа было реалистичным. Я проверила лицо, голос, родинку на шее. Всё совпадало.
Я развелась. Через три месяца выяснилось: видео — дипфейк. Кто-то скормил нейросети наши семейные архивы. Кто-то знал, какие часы муж носил год назад. Кто-то записывал его голос, копил данные, ждал. В моём окружении есть предатель.
Мне нужно вычислить этого человека, кто же это?
И кто же главный враг: тот, кто создал фейк или я сама, раз поверила машине, а не любимому человеку?
Я развелась. Через три месяца выяснилось: видео — дипфейк. Кто-то скормил нейросети наши семейные архивы. Кто-то знал, какие часы муж носил год назад. Кто-то записывал его голос, копил данные, ждал. В моём окружении есть предатель.
Мне нужно вычислить этого человека, кто же это?
И кто же главный враг: тот, кто создал фейк или я сама, раз поверила машине, а не любимому человеку?
– Я полюбил другую, – признается муж, глядя мне прямо в глаза. – И твоя беременность сейчас только усугубит ситуацию.
Пятнадцать лет брака. Пятнадцать лет мы мечтали о малыше, о большой и дружной семье!
Сегодня я пришла к мужу на работу, чтобы сообщить долгожданную новость, но застала его на измене…
– Очнись, – шепчу я. – Как ты можешь всё перечеркнуть и променять нас на другую?! Ты сам хотел стать отцом!
У нас было три выкидыша! Дима держал меня за руку после каждого неудачного ЭКО. Он вытирал мои слёзы и говорил, что у нас всё получится!
– Я не хочу, чтобы ребёнок был от тебя, – холодно бросает он, – у меня новая любовь, она и родит мне наследника.
– Отпусти меня, если тебе не нужен наш малыш, то он нужен мне!
На нервной почве у меня открылось кровотечение, но вместо того, чтобы вызвать скорую, муж запер меня в своём кабинете.
– Я отвезу тебя в больницу. Но чуть позже, когда твоего ребёнка уже невозможно будет спасти.
Пятнадцать лет брака. Пятнадцать лет мы мечтали о малыше, о большой и дружной семье!
Сегодня я пришла к мужу на работу, чтобы сообщить долгожданную новость, но застала его на измене…
– Очнись, – шепчу я. – Как ты можешь всё перечеркнуть и променять нас на другую?! Ты сам хотел стать отцом!
У нас было три выкидыша! Дима держал меня за руку после каждого неудачного ЭКО. Он вытирал мои слёзы и говорил, что у нас всё получится!
– Я не хочу, чтобы ребёнок был от тебя, – холодно бросает он, – у меня новая любовь, она и родит мне наследника.
– Отпусти меня, если тебе не нужен наш малыш, то он нужен мне!
На нервной почве у меня открылось кровотечение, но вместо того, чтобы вызвать скорую, муж запер меня в своём кабинете.
– Я отвезу тебя в больницу. Но чуть позже, когда твоего ребёнка уже невозможно будет спасти.
Я вернулась домой раньше. Не должна была, но так случилось.
А мой муж пустил в нашу кровать свою любовницу.
Как быть?
Простить или отпустить?
***
Дверь приоткрыта процентов на пятнадцать — ровно столько, чтобы видеть половину кровати и кусок трюмо. Я прижимаюсь плечом к косяку и смотрю. На нашей постели, смятой, сбитой в кучу, сидит Гриша. Голый торс, знакомая родинка под левой лопаткой, шрам на предплечье — всё моё, родное, до тошноты знакомое. Его рука скользит по оголённой спине девушки, которая сидит на нём сверху. Её блузка расстёгнута, юбка задрана до талии, а волосы — длинные, платиновые, распущенные — закрывают лицо.
А мой муж пустил в нашу кровать свою любовницу.
Как быть?
Простить или отпустить?
***
Дверь приоткрыта процентов на пятнадцать — ровно столько, чтобы видеть половину кровати и кусок трюмо. Я прижимаюсь плечом к косяку и смотрю. На нашей постели, смятой, сбитой в кучу, сидит Гриша. Голый торс, знакомая родинка под левой лопаткой, шрам на предплечье — всё моё, родное, до тошноты знакомое. Его рука скользит по оголённой спине девушки, которая сидит на нём сверху. Её блузка расстёгнута, юбка задрана до талии, а волосы — длинные, платиновые, распущенные — закрывают лицо.
Я — профессиональная лгунья. Меня нанимают соблазнять и собирать компромат. Мой новый заказчик — Тимур Абдуллаев. Кавказский мажор, ледяной, опасный. Ему нужна фиктивная жена на два месяца. Без постели, без любви, без вопросов.
Он думает, что нанял серую мышь.
А я не знала, что он сломает все мои правила.
Сначала — поцелуем, потом — телом.
Он хотел притворство? Я дам ему такое, что он забудет, где ложь, а где я.
Но когда правда выйдет наружу… кто кого на самом деле разденет до нитки?
Он думает, что нанял серую мышь.
А я не знала, что он сломает все мои правила.
Сначала — поцелуем, потом — телом.
Он хотел притворство? Я дам ему такое, что он забудет, где ложь, а где я.
Но когда правда выйдет наружу… кто кого на самом деле разденет до нитки?
Выберите полку для книги