Книги в жанре «Короткий любовный роман»
— А трубки ты не брал, потому что с ней… — голос затих и я опустила глаза.
— Ага, — легко и равнодушно отозвался муж. — Занят был. Не до звонков от женушки.
— Как ты мог… — всхлипнула.
— Измены в браке обычное дело. И заметь, — муж по-барски взмахнул рукой. — Я не стал ничего скрывать. Пришел и сразу сказал с кем провел ночь.
— Мне тебя поблагодарить? — вырвалось нервное.
— Оцени мое доверие и уважение, — рыкнул муж.
Не оценила и подала на развод, но накануне праздников муж припечатал.
— Это наш отпуск и мы в него полетим. Отдохнешь. Наконец-то детишек заделаем. И я не буду спрашивать хочешь ты этого или нет.
— Ага, — легко и равнодушно отозвался муж. — Занят был. Не до звонков от женушки.
— Как ты мог… — всхлипнула.
— Измены в браке обычное дело. И заметь, — муж по-барски взмахнул рукой. — Я не стал ничего скрывать. Пришел и сразу сказал с кем провел ночь.
— Мне тебя поблагодарить? — вырвалось нервное.
— Оцени мое доверие и уважение, — рыкнул муж.
Не оценила и подала на развод, но накануне праздников муж припечатал.
— Это наш отпуск и мы в него полетим. Отдохнешь. Наконец-то детишек заделаем. И я не буду спрашивать хочешь ты этого или нет.
— Ань, любимая… — произносит он мягким, почти мурлыкающим голосом, каким говорил со мной в самые нежные моменты. Но теперь эти слова режут слух, словно наждак по стеклу.
Я резко останавливаюсь, вскидываю голову. В глазах — ни капли слёз, только ледяная ярость.
— Любимая? — переспрашиваю с ядовитой усмешкой. — Её ты тоже так называешь? — киваю в сторону спальни, где за закрытой дверью притаилась чужая женщина — женщина, разрушившая мой мир.
Тимур дёргается, словно от удара. Его пальцы сжимаются в кулаки, потом разжимаются. Он нервно проводит рукой по волосам, сбивая привычную укладку.
— Не неси чушь! — резко обрывает мои слова, словно отмахивается от чего‑то невидимого, назойливого. Его голос дрожит, но он пытается говорить твёрдо: — Я всё тебе объясню, только не уходи! — смотрит мне в глаза с такой пронзительностью, что на секунду мне кажется — он действительно верит в то, что говорит.
Я резко останавливаюсь, вскидываю голову. В глазах — ни капли слёз, только ледяная ярость.
— Любимая? — переспрашиваю с ядовитой усмешкой. — Её ты тоже так называешь? — киваю в сторону спальни, где за закрытой дверью притаилась чужая женщина — женщина, разрушившая мой мир.
Тимур дёргается, словно от удара. Его пальцы сжимаются в кулаки, потом разжимаются. Он нервно проводит рукой по волосам, сбивая привычную укладку.
— Не неси чушь! — резко обрывает мои слова, словно отмахивается от чего‑то невидимого, назойливого. Его голос дрожит, но он пытается говорить твёрдо: — Я всё тебе объясню, только не уходи! — смотрит мне в глаза с такой пронзительностью, что на секунду мне кажется — он действительно верит в то, что говорит.
Счастливый конец, свадьба, мы закрываем последнюю страницу книги и… И ничего не кончается! Не для этих героев. Не для того Игорь и Таня преодолели столь многое. А мы заглянем одним глазком на их жизнь после конца книжки. Тем более история не выдуманная…
— Ты должен был пойти к родителям.
Он посмотрел спокойно и сказал:
— А ты должна была вернуться позже...
Я вернулась домой раньше и поняла всё сразу. Муж привел в дом женщину. Не случайно. Он давно так живёт и всё скрывает. А теперь у него гороит контакт с иностранцами и у него оправдание: «Терпи. Нам сейчас обоим не выгоден развод».
Я — учитель в интернате. Я умею держать себя в руках и тянуть всё на себе. Но в этот раз я решила не терпеть.
Это история про измену и предательство. Про мужа мерзавца, который считал, что ему всё позволено. И про женщину, которая готова поставить на кон всё, чтобы разрушить его планы и вернуть контроль над своей жизнью.
Он посмотрел спокойно и сказал:
— А ты должна была вернуться позже...
Я вернулась домой раньше и поняла всё сразу. Муж привел в дом женщину. Не случайно. Он давно так живёт и всё скрывает. А теперь у него гороит контакт с иностранцами и у него оправдание: «Терпи. Нам сейчас обоим не выгоден развод».
Я — учитель в интернате. Я умею держать себя в руках и тянуть всё на себе. Но в этот раз я решила не терпеть.
Это история про измену и предательство. Про мужа мерзавца, который считал, что ему всё позволено. И про женщину, которая готова поставить на кон всё, чтобы разрушить его планы и вернуть контроль над своей жизнью.
– Ну, когда ты ей расскажешь о нас? Я все понимаю, у вас ребенок. Но ведь парень растет, не девчонка! Он хлюпик какой-то? Ему 10 лет уже! Пусть не ноет. Скажи им, что ты уходишь от них. Да, давай так, я тебе ставлю условие, дорогой, ты сегодня же скажешь жене, что собираешься разводиться! И Новый год мы будем праздновать вместе. Я тебя три года жду! – сказала моя подруга.
Три года.
Слова ударили, как нож под рёбра.
Три.
Года.
– Ма-ам! Я хочу сок! — позади меня прозвучал голос Артёма, и я словно очнулась от кошмарного транса. Сердце бешено заколотилось, в висках застучало.
Сын подтолкнул меня вперед, через стеллажи.
К этой парочке предателей.
Три года.
Слова ударили, как нож под рёбра.
Три.
Года.
– Ма-ам! Я хочу сок! — позади меня прозвучал голос Артёма, и я словно очнулась от кошмарного транса. Сердце бешено заколотилось, в висках застучало.
Сын подтолкнул меня вперед, через стеллажи.
К этой парочке предателей.
– Кирилл, ты меня вообще любил?!
Муж бросает на меня ледяной взгляд.
– А ты как думаешь?!
– Я задала вопрос, ответь!
– Конкретно сейчас я люблю Миру, и она ждет от меня ребенка, – оглушает муж, заставляя меня буквально замереть. – Но ты это уже и так знаешь.
Бросает взгляд на конверт, который я сжимаю в руках.
Издевка судьбы, я получила доказательства измены в подарок на Новый год…
Сжимаю проклятый подарок в руках и шиплю в глаза мужа:
– Свой подарок я получила, но ты свой получишь рикошетом! Я заставлю тебя пожалеть, Кирилл! Ты ответишь за все!
Муж бросает на меня ледяной взгляд.
– А ты как думаешь?!
– Я задала вопрос, ответь!
– Конкретно сейчас я люблю Миру, и она ждет от меня ребенка, – оглушает муж, заставляя меня буквально замереть. – Но ты это уже и так знаешь.
Бросает взгляд на конверт, который я сжимаю в руках.
Издевка судьбы, я получила доказательства измены в подарок на Новый год…
Сжимаю проклятый подарок в руках и шиплю в глаза мужа:
– Свой подарок я получила, но ты свой получишь рикошетом! Я заставлю тебя пожалеть, Кирилл! Ты ответишь за все!
Новый год – семейный праздник и я приехала к родителям в гости, но сейчас пора бы уже и честь знать, как говориться… но не тут-то было. Мама, папа и бабуля с дедулей уехали на Рождественские выходные в горы оставив меня за старшую с младшим братом. Не, я братца своего конечно же люблю, но скучно одной в большом доме в деревенской глуши...
- так думала я ровно до того момента, пока случайно не встретила Артема...
- так думала я ровно до того момента, пока случайно не встретила Артема...
Повеселимся?
А это возможно, если, возвратившись домой сюрпризом, застаёшь в спальне постороннюю женщину?
Рецепт найден: нужно встретить ночью пьяного бездомного мужчину и притащить его домой с мыслью: «У нас равноправие! Если мужу можно…»
Точно: жилплощадь у нас общая, значит, не только благоверному позволено приглашать туда левых девиц.
И вот пытаюсь повеселиться в квартире, полной чужих людей, выбранных специально и подобранных случайно.
А это возможно, если, возвратившись домой сюрпризом, застаёшь в спальне постороннюю женщину?
Рецепт найден: нужно встретить ночью пьяного бездомного мужчину и притащить его домой с мыслью: «У нас равноправие! Если мужу можно…»
Точно: жилплощадь у нас общая, значит, не только благоверному позволено приглашать туда левых девиц.
И вот пытаюсь повеселиться в квартире, полной чужих людей, выбранных специально и подобранных случайно.
Альберто был взбешён! Несправедливость раздирала брюхо!
Ещё сегодня утром он целовал живот Габриэллы, клялся в вечной любви, а вечером узнаёт, что по воле отца должен стать мужем сеньориты Сегретто.
Младший Санвиталле поднял руку, чтобы взять слово.
- Говори, сын мой! – подеста города Пармы расплылся в улыбке, ожидая прилюдно слов благодарности.
- Отец и все присутствующие, - юноша сильно нервничал, - я очень ценю и понимаю какую большую честь оказывает семья Сегретто, доверив единственную дочь мне в жёны. Но вынужден признаться, что люблю другую! - Альберто на минуту замолчал, чтобы посмотреть на реакцию гостей. - Да, эта девушка – дочь молочника! Скажу больше, она носит под сердцем ребёнка, плод нашей совместной любви! – после этой фразы, за столом воцарилось гробовое молчание. – И, если мои достопочтенные родители не дадут согласия на брачный союз с Габриэллой, мы вынуждены будем покинуть Парму и отправиться в Верону, чтобы обвенчаться...
1317 год. Италия. Город Парма.
Ещё сегодня утром он целовал живот Габриэллы, клялся в вечной любви, а вечером узнаёт, что по воле отца должен стать мужем сеньориты Сегретто.
Младший Санвиталле поднял руку, чтобы взять слово.
- Говори, сын мой! – подеста города Пармы расплылся в улыбке, ожидая прилюдно слов благодарности.
- Отец и все присутствующие, - юноша сильно нервничал, - я очень ценю и понимаю какую большую честь оказывает семья Сегретто, доверив единственную дочь мне в жёны. Но вынужден признаться, что люблю другую! - Альберто на минуту замолчал, чтобы посмотреть на реакцию гостей. - Да, эта девушка – дочь молочника! Скажу больше, она носит под сердцем ребёнка, плод нашей совместной любви! – после этой фразы, за столом воцарилось гробовое молчание. – И, если мои достопочтенные родители не дадут согласия на брачный союз с Габриэллой, мы вынуждены будем покинуть Парму и отправиться в Верону, чтобы обвенчаться...
1317 год. Италия. Город Парма.
- Рит, чего ты раздуваешь? Она - ничто. Просто... воспоминание. Забавный случай из прошлого, которое давно закончилось.
Он стоит в дверях, скрестив руки. Его тело, его кожа, его волосы - всё пропитано её парфюмом. Дорогим, удушающим.
Я сижу на полу, посреди горы его вещей, которые в слепой ярости выкинула из шкафа. Смотрю на него мокрыми, невидящими глазами.
-За что, Игорь?.. За что так? - голос срывается в шёпот, полный непонимания.
Игорь пожимает плечами. На его губах играет та надменная, снисходительная полуулыбка, от которой кровь стынет в жилах.
-Азарт. Игра. Скука, чёрт возьми. Ты же сама всё понимаешь. -Он делает шаг внутрь, разглядывая хаос. -Давно хотел. А тут случай подвернулся... Наконец-то.
Его слова не режут. Они пробивают насквозь. Огненным, раскалённым колом, прожигающим всё внутри - душу, сердце, разум…
Он стоит в дверях, скрестив руки. Его тело, его кожа, его волосы - всё пропитано её парфюмом. Дорогим, удушающим.
Я сижу на полу, посреди горы его вещей, которые в слепой ярости выкинула из шкафа. Смотрю на него мокрыми, невидящими глазами.
-За что, Игорь?.. За что так? - голос срывается в шёпот, полный непонимания.
Игорь пожимает плечами. На его губах играет та надменная, снисходительная полуулыбка, от которой кровь стынет в жилах.
-Азарт. Игра. Скука, чёрт возьми. Ты же сама всё понимаешь. -Он делает шаг внутрь, разглядывая хаос. -Давно хотел. А тут случай подвернулся... Наконец-то.
Его слова не режут. Они пробивают насквозь. Огненным, раскалённым колом, прожигающим всё внутри - душу, сердце, разум…
Выберите полку для книги