Читать и слушать книги

— Ставлю пятьдесят тысяч на то, что она сама приползёт за мной, — объявил наглый мажор, сын владельца ресторана, в котором я работала.
Руслан, который до этого молчал, медленно поднимает голову. В его серых глазах мелькает искра — азарт.
— Ты так уверен? — спрашивает он.
— Я всегда уверен, — Тимур усмехается. — Но если хочешь — удваивай.
Руслан качает головой.
— Я войду в игру по-своему.
— Это как?
Руслан поднимает бокал, смотрит на Тимура поверх стекла.
— Кто из нас принесёт её в кровать первой — тот и выиграл.
Они думали, что я не слышу. Но я слышала весь их спор. Пари на меня.

Я работала простой официанткой, когда на меня положили глаз сразу двое кавказских мажоров. Заключили пари о том, кто первый меня добьется. Но всё пошло не по плану, когда я отказалась играть по их правилам…

Три тысячи восемьсот рублей — вот и вся её жизнь, когда в дверь стучат кредиторы покойного мужа. Спасение приходит оттуда, откуда не ждали: свёкор, которого она видела всего раз, забирает её в свой дом — с тремя правилами и тремя мужчинами, каждый из которых хочет её по-своему.

— Ты хочешь меня?
— Да.
— Скажи ещё раз.
— Я хочу тебя, Егор Сергеевич.

Опора. Страсть. Сила. Егор, Михаил и Виктор не делят её — они её выбирают, все трое, каждую ночь заново. А она выбирает: остаться хозяйкой дома, где чужие боятся её тронуть — а свои не отпускают.
Жёсткая эротика, в которой подчинение — не слабость, а собственный выбор.

Три чемодана, разбитое сердце и открытая дверь клиники этажом ниже — вот всё, что осталось у Алисы после переезда к матери. И отчим, которого она помнила «фоном, который можно не замечать».

Пока мама на смене, дни превращаются в вечера без правил — только его голос, его тишина и кресло в кабинете, где нет места случайности.

— Ты сегодня была в моём кабинете.
Не вопрос. Утверждение.
— Да, — сказала она.
— И взяла журнал.
— Да.

Он не кричит. Не торопится. Он просто ждёт — и от этого страшнее всего.

Красный — стоп. Жёлтый — тише. Зелёный — она сама выбирает, как далеко зайти.

Но выбор, который делает тело, редко совпадает с тем, что велит совесть.

Я думала, что та ночь в лесу была самым страшным и постыдным испытанием в моей жизни. Но когда наступило утро, я поняла, что всё только начинается. Эти двое не отпустили меня. Они показали мне свой мир: озеро, сияющее как жидкое серебро, катер, рассекающий воду, затон, укрытый кувшинками, и баню, где пар смешивался с нашими телами. Я не знала, что чувствовать — страх, стыд или невероятное, пугающее удовольствие. Я таяла, теряя себя и находила себя заново.

Я по старинке упёрла ступню в дверной косяк и, навалившись всем телом, открыла проклятую дверь, завалившись на пятую точку по инерции. Консервная банка попыталась двинуться вперёд, а её обладатель — схватиться за ручку двери, но я выставила кеды, обороняясь. Поза была, мягко говоря, двусмысленная. Девушка на полу раздвинула ноги, упирая их в подлокотники инвалидной коляски, а Генри пытался свести их вместе ладонями, чтобы проехать.
— Может, вам помочь? — донёсся растерянный женский голос сзади.
— Нет! — рявкнул Генри.
— Да! — рявкнула я одновременно с мужчиной.
Служанка не нашла ничего лучше, как побежать вниз по ступеням, произнося имя хозяина дома.
— Доволен? Папочка сейчас придёт второй раз, — нахмурилась я. — Если меня уволят, я куплю ежа и подложу тебе под зад.
— Дура, я ничего не чувствую!
— Даже в трусах? — подняла я одну бровь.
— Я парализован ниже пояса, ты что, слепая?!
— Ну… вдруг ты притворяешься, — пожала я плечами.

Мне сорок восемь. Я успешная, красивая, и у меня есть всё, кроме одного — мужского внимания.
Я сидела в летнем кафе и праздновала очередную сделку. А они подошли и назвали меня «женщиной».
Я чуть не подавилась вином. А потом согласилась на кораблик, на танцы, на такси до моего дома и на огромный бар. А потом — на них. Обоих.
Утром они смущались. Я — смеялась. А потом выяснилось, что они мои новые клиенты.
Я хотела их прогнать. А они сказали: «Мы не хотим недвижимость. Мы хотим тебя».
И теперь я не знаю, что страшнее — продать им виллу или позволить им продать мне… любовь.

Я пришла к нему, чтобы похудеть. А научилась быть желанной.
Мой муж называл меня бегемотом, а его отец называл меня богиней — и я поверила ему.
Когда он взял пригласил меня в сауну, а его друг вошел следом, я поняла: я не игрушка для них.
Я — их навязчивая идея, их общая тайна, и я хочу, чтобы они никогда не останавливались.

🍓 СТРОГО 18+ 🍓

— Пошла на...р! — кулак мужа врезается в моё лицо. При всех. В день его рождения.
Я падаю на пол, а меня подхватывает он — отец моего мужа. Мудрый, сильный. Он загораживает меня собой: «Ещё раз тронешь — убью».
Три года я терпела побои и унижения. Теперь я на даче, где пахнет соснами и свободой. А потом я, пьяная от боли, обнимаю его и целую.
Я больше не боюсь.
Но что будет, когда бывший муж узнает, с кем я строю своё счастье?

Брат мужа вломился в наш дом в балаклаве и соблазнил меня. Сначала я его ненавидела, а потом покорилась. Вот только к чему приведет это сумасшествие?
***
— Ты больной.
— Возможно, но я больше не отдам тебя своему брату. Потому что ты только моя.

После ада первой ночи я искала покоя, но они не дали мне его, заставляя привыкать к боли и желанию. Я научилась принимать огонь, который они разжигали во мне, и в этом безумии нашла странную свободу. Теперь я понимаю, что хочу гореть, даже если это сжигает меня дотла.

🔥 Строго 18+!!! 🔥 Осторожно: эта история обжигает 🔥