Читать и слушать книги

— Спасибо, что не сдала.
Четыре слова, которые изменили всё.
Он влетел в мой магазин с криками полиции за спиной. Спрятать его было безумием. Но я открыла люк.
Я не знала, кто он. Не знала, что он сделал. Но в его взгляде я увидела то, что не видела никогда — что я могу быть нужна. Просто так. Без условий.
Он нашёл меня через полторы недели.
Я могла отвернуться. Могла забыть. Но я пошла на встречу.
Он оказался не тем, кого искала полиция. Он оказался тем, кого я искала всю жизнь.

«Поехали со мной, — сказал он. — У меня есть море, домик и тишина».

И я поняла: это и есть мой шанс. На счастье. На любовь. На его шрам, его руки, его голос — самый родной голос.

— Ты украл меня, Эльдар. Ты украл мою жизнь. Ты разрушил отношения с отцом — да, он козёл, но я сама должна была с ним разобраться! А ты просто взял и купил меня. Как породистую лошадь!
— Заткнись! — рявкнул он.
— Не заткнусь! — я шагнула к нему. — Ты говорил про наказание? Про то, что я твоя? Это не наказание, Эльдар! Это похищение. Ты — преступник. Ты — больной урод, который не умеет знакомиться нормально. Ты не знаешь, как попросить. Ты знаешь только, как отнять!
Он стоял, сжимая бокал. Его лицо потемнело. На скулах вздулись вены. Он был в ярости — такой, какой я его еще не видела. Не игровой, не азартной. Настоящей. Темной. Страшной.

Мой отец увяз в долгах, а в качестве откупа продал меня. В руки кавказскому мажору, который тут же накинул на мою шею цепь. Но он еще не знал, что никакая цепь не способная удержать меня…

— Ты знаешь, что делаешь? — его ладонь на моём горле. Не сжимает. Просто держит.

— Нет.

— Врёшь. — Второй за спиной, губы у самого уха. — Она знает, брат. Она всё знает.

Ключ поворачивается в замке.

— Ты можешь уйти. Дверь не заперта. Но если останешься — ты наша.

Я не двигаюсь с места.

Мама вышла замуж за миллионера, и я поехала на лето в чужой дом.

Там меня встретили двое. Старший сказал держаться от него подальше. Младший — что на его месте держал бы меня ближе. Они ненавидят друг друга: бизнес, отец, каждый взгляд.

Пока не выяснили, что каждый вечер я уезжаю к соседу.

И впервые за много лет согласились друг с другом: их сводную не получит никто.

18+. Горячо. Очень.

Она не может сказать «нет» — и не может сказать «да». Девять лет назад отчим забрал у Камилы голос, а мать поверила не ей. Теперь на её лавку каждый день приходит незнакомец. Молча садится. Молча смотрит.

— Ты умеешь читать? — спрашивает записка.
— Да, — пишет она в ответ.
— Тогда прочти это: я пришёл за тобой.

Через три дня — свадьба. Через месяц — дом на горе, где её впервые не боятся, а ждут. И первый звук за девять лет, вырванный не страхом, а его терпением — тем, что он ни разу не поторопил её заговорить.

— Ты не обязана выбирать, — шепчет Кемаль, прижимая меня к стене.
— Потому что ты будешь нашей, — добавляет Эмре, его рука скользит под моё платье. — Обоих. Одновременно.

Я приехала в Турцию, чтобы забыть про мужчин. Неделя у моря, коктейли и полное одиночество.

Но в первый же день познакомилась с двумя братьями.

Эмре — управляющий отелем. Холодный, властный, опасный.

Кемаль — совладелец. Харизматичный, прямой, уверенный.

Я думала, они соперничают за меня.

Но когда Кемаль впервые поцеловал меня, Эмре уже знал.

А их предложение прозвучало так, что я потеряла дар речи:

— Оставайся с нами. С обоими. Мы не делим. Мы берём вместе.

Я дизайнер интерьеров, загнанная в долговую яму, и когда три брата-миллиардера предлагают мне сделку, у меня нет выбора: одна ночь полного подчинения в обмен на спасение моей студии. Но то, что начиналось как унизительный контракт, превращается в погружение в мир запретных желаний, где боль и наслаждение переплетаются в неразрывный узел, а моё тело становится инструментом их грубой страсти. Теперь я не знаю, что страшнее — потерять себя в этом аду или вернуться в серую, пустую жизнь, которая ждёт меня за воротами особняка.

Алина думала, что главная ошибка в её жизни — неудачный брак. Пока случайно не увидела переписку свёкра и его друга и не поняла: её появления в этом доме ждали ещё до свадьбы. Теперь уйти казалось единственным правильным решением. Только почему тогда она всё чаще ловила себя на мысли, что совсем не хочет, чтобы её отпускали?

Я мечтала об этом мужчине пять лет.
Но реальность оказалась жестокой игрой.
Стыд, страх, унижение, жгучая боль — они сменяются чем-то таким запретным, таким сладким, что я перестаю понимать, где моя воля, а где его власть. Каждое его слово, каждое прикосновение обжигает и освобождает одновременно.
Я плачу, я кричу, я теряю себя — но я не хочу, чтобы это прекращалось. Потому что только здесь, в этом аду, в этой бесконечной пытке, я чувствую, что действительно живу.
Я думала, что хочу быть его ассистенткой. Теперь я знаю: я хочу быть его. Полностью. Без остатка

!!! ЖЕСТКОЕ БДСМ !!! На любителя! Не говорите потом, что вас не предупреждали!

Двадцать лет, чужая яхта, открытое море — и двое мужчин, от которых некуда деться.

Отчим Марк привёз Ульяну в Средиземное море под предлогом семейного отдыха. Вот только мать осталась на берегу, а вместе с ними на борт поднялся Савва — друг Марка, с волком на плече и привычкой брать что хочет.

— Не лезь не в своё. Она дочь моей жены. И всё.
— Да брось, Марк Максимович. Жена на берегу. Она ничего не увидит.

Пять дней в море. Двое, что делят одну добычу. И девочка, которая вдруг понимает: она не жертва — она хозяйка этой игры.

Мы должны были провести выходные только вдвоём с женихом. Но он неожиданно позвал своего друга.
Теперь я мечусь между двумя мужчинами. Между привычной нежностью, которая перестала будоражить, и дикой страстью, которая сжигает дотла. Между обещанием, данным одному, и желанием, которое я не могу контролировать.
Я знаю, что должна сделать выбор. Но как выбрать между тем, что правильно, и тем, кого хочется до дрожи?