Читать и слушать книги

Она — гений криминалистики, привыкшая читать людей, как открытые раны. Он — агент под прикрытием, который должен был раскрыть её, но вместо этого украл её жизнь, её мысли и её сны. Аня знает, что профессор Ковальский лжет. Она чувствует запах оперативной работы и видит стальную хватку под маской интеллигентности. Их противостояние перерастает в жестокую игру, где каждая ласка — это удар, а каждый поцелуй — оружие. Когда он прижимает её к стене, шепча доказательства её темных тайн, она понимает: победить можно только сдавшись. Но можно ли доверять врагу, который знает тебя лучше, чем ты сама? И что делать, когда ненависть становится единственным честным чувством в мире, полном лжи? Их страсть — это поле битвы, где проигравший получает все.

Известная ведьма помогает людям, используя свои сверхъестественные способности, полученные после удара молнии. Её дар служит не злу, а благу, показывая, что даже темные люди могут творить добро.

— Я? Копать? Да я лучше умру, чем испорчу маникюр!
— Не умрёшь, — хмыкнул он, опираясь на лопату. — Максимум взвоешь. Но мне понравится.

Егор. Местный. Наглый. С руками, от которых у меня подкашиваются ноги. Он смотрит так, будто знает, что я не протяну здесь и недели. А я докажу, что протяну. И не только…

Вот только когда местный ухажёр Санёк перешёл все границы, я ляпнула, что Егор — мой парень. Теперь нам придётся притворяться. Держаться за руки, обниматься, целоваться на глазах у всей деревни… И делать вид, что между нами ничего не происходит.

Вот только его руки слишком тёплые, взгляд слишком тёмный, а деревенская дискотека — слишком опасное место для моего сердца.

Она узнаёт его сразу, но вместо того чтобы разоблачить ложь, улыбается и представляется другим именем. Сегодня они могут быть кем угодно. Флиртовать и касаться друг друга, но утром они снова станут всего лишь бывшими.

Снова первый взгляд.
Снова первое прикосновение.
Снова возможность выбрать друг друга.

Но однажды им придётся встретиться без масок.

— Мы с ним взрослые люди. Совершеннолетние. Всё по взаимному согласию. Или ты думаешь, что я должна умереть девственницей?
— Да, — рявкнул Богдан, так что она на несколько секунд оглохла.
Она тряхнула головой, пытаясь избавиться от звона в ушах. Вот ведь собака на сене! И сам не пользуется и другим не дает.
— Ты головой случайно не ударялся? — поинтересовалась Велесова, смотря на него, как на умалишенного. — Мне двадцать лет, Бодя. Я не собираюсь всю свою жизнь потратить, проливая слёзы из-за безответной любви к тебе! Я — молодая и здоровая женщина, и тебе придётся смириться с наличием у меня личной жизни, как я смирилась с твоей Таней!
Девушка требовательно смотрела на него, и точно уловила тот момент, когда что-то тёмное и опасное окончательно заволокло ему глаза. Яна знала множество оттенков эмоций сводного брата, но таким его ещё не видела.
— Богдан, — хрипло выдавила она из себя, — отпусти!
— Никогда! — рыкнул парень и рывком притянул к себе.

Когда отец женится во второй раз, я получаю не только новую мачеху, но и двадцатилетнюю сводную сестру, которая временно переезжает ко мне. Я сразу устанавливаю правила: мои вещи не трогать, друзей не водить и в мою комнату не заходить. Проблема в том, что Настя нарушает их одно за другим. А потом появляется ее парень, и я понимаю, что бесит меня уже не бардак в квартире. Меня бесит, что она смотрит не на меня. Вот только влюбляться в девушку, которую все вокруг называют моей сестрой, точно не входило в мои планы.

- Мы друзья, - начал Кирилл, лихорадочно думая, как можно её отговорить. – Я тебя с детства знаю, ты мне как сестра. Как ты себе это представляешь?
- Именно потому, что мы друзья, я прошу тебя. Ты не будешь потом думать, что теперь мы вместе. Не будешь за мной бегать.
Кирилл обречённо закатил глаза и потёр шею. Друзья, конечно, должны помогать друг другу, но не до такой же степени!
- Мне больше некого просить, - всхлипнула Лена, прибегая к главному аргументу, который Кирилл всегда ненавидел – к слезам. – Пожалуйста, Кир, я…
- Хорошо, - вздохнул он. – Хорошо, только не ной.
- Спасибо, Кирочка, ты лучший! – Лена повисла на его шее, слёзы подозрительным образом пересохли также быстро, как появились. Она звонко чмокнула его в щёку и отстранилась. – Тогда приходи сегодня в семь.

Лена привыкла добиваться своего любыми способами, поэтому пришла с необычной просьбой к лучшему другу.
Переспи со мной. Просто так, по дружбе.
Как можно отказать в такой просьбе?..

— Тебе нечего здесь делать, — отрезала Вероника резко и жестко.
— Я не к тебе пришла, — высокомерно заявила блондинка, сверкнув глазами, — я пришла к Диме!
— Если тебе нужен мой муж, — она особо выделила слово «мой», — то запишись к нему на приём через секретаря и приходи в офис!
Но Кароль даже и не думала покидать помещение, несмотря на недоброе приветствие.
— Я подожду его здесь, — не отступала Кристина, присаживаясь на диван.
— Нет, не подождешь, — Вероника реально теряла терпение. — Либо ты самостоятельно покидаешь дом, либо я вызываю охрану и тебя насильно выставляют отсюда!
— Брендовое платье не сделает тебя леди, — хмыкнула Крис, демонстративно положив ногу на ногу. — Можно вывести девушку из деревни, но деревню из девушки никогда! Ты ему не подходишь, деточка. Дима всегда был моим и любил меня одну. Мы снова будем вместе после того, как ты родишь нам ребеночка! Для этой цели он на тебе женился. Понадобился инкубатор для появления наследника на свет!

Мари Маттен давно научилась быть невидимкой. В элитной школе «Фэйрмонт Холл», где всё решают деньги, красота и громкие фамилии… молчать, не поднимать глаза и не попадаться на пути сильных — для неё привычное дело. Её тишина была броней, пока она не увидела то, на что смотреть не следовало.
Теперь каждый взгляд — угроза, а молчание — ловушка. И теперь рядом вездесущий Дилан Харриет, звезда школы и капитан команды, привыкший всё держать под контролем. Он пугает Мари, будоражит, смотрит, пронзая насквозь, будто она ключ к разгадке его тайны… или к его падению.
В мире лжи и привилегий Мари предстоит решить: сколько ещё она будет молчать, и хватит ли у неё смелости заговорить.

Софья терпеть не могла самоуверенных мажоров, а этих двоих — особенно. Они привыкли получать всё, что захотят, поэтому однажды заключили спор: кому из них упрямая однокурсница уступит. Софья даже не подозревала о пари и не собиралась становиться очередной победой избалованных красавчиков. Только чем дальше заходила их игра, тем сложнее становилось понять, кто в итоге проиграет — она или оба мажора.