Книги в жанре «Романы о молодых героях»
- Нина – моя девушка. Бывшая. Мы встречались с ней два года.
- Я это слышала!
- Не перебивай, Соня. В начале декабря мы приняли решение расстаться. Нина старше меня на три года и безумно хотела семью. Но я был не готов. Так как цели у нас были разными, мы и решили разойтись.
- Но она беременна?
- Мы не общались почти месяц. Я не обманывал тебя и никому не изменял. Мои чувства к тебе были искренними. – продолжает Слава. – Вечером она сделала тест при мне. Там две полоски, Соф.
- Вы не предохранялись? – замерев, спрашиваю. Мое лицо мокрое от слез, ничего не могу с собой поделать.
- Прерванный половой акт, как оказалось, не защищает от нежелательной беременности.
- И что дальше?
- Я не могу ее бросить в такой момент, зай. Прости! Мне было очень хорошо с тобой. Но, наверное, так будет лучше.
Я закусываю сразу две губы и шумно выдыхаю через нос. Что ж, такая у меня судьба, видимо. Любить на расстоянии.
- Я это слышала!
- Не перебивай, Соня. В начале декабря мы приняли решение расстаться. Нина старше меня на три года и безумно хотела семью. Но я был не готов. Так как цели у нас были разными, мы и решили разойтись.
- Но она беременна?
- Мы не общались почти месяц. Я не обманывал тебя и никому не изменял. Мои чувства к тебе были искренними. – продолжает Слава. – Вечером она сделала тест при мне. Там две полоски, Соф.
- Вы не предохранялись? – замерев, спрашиваю. Мое лицо мокрое от слез, ничего не могу с собой поделать.
- Прерванный половой акт, как оказалось, не защищает от нежелательной беременности.
- И что дальше?
- Я не могу ее бросить в такой момент, зай. Прости! Мне было очень хорошо с тобой. Но, наверное, так будет лучше.
Я закусываю сразу две губы и шумно выдыхаю через нос. Что ж, такая у меня судьба, видимо. Любить на расстоянии.
Слепо смотрю на конверт с баснословной суммой денег в нём и чувствую, что не могу сделать вдох.
- Вторую часть в таком же размере получишь, когда избавишься от ребёнка и предоставишь мне доказательства.
Голос матери любимого мужчины звучит так, будто она говорит о чём‑то обыденном и совсем не важном. Вот только я всё равно не могу поверить в происходящее. Не могу подавить в себе глупую надежду со слепой верой в человека, которому подарила всю себя. Не могу наивно не спросить:
- Тамерлан… Знает, что вы мне предлагаете сейчас?
Женщина, сидящая напротив, холодно усмехается, и мой мир рассыпается на части, когда она отвечает.
- А ты думаешь, по чьей воле я здесь? Слово и желание сына для меня - закон.
- Вторую часть в таком же размере получишь, когда избавишься от ребёнка и предоставишь мне доказательства.
Голос матери любимого мужчины звучит так, будто она говорит о чём‑то обыденном и совсем не важном. Вот только я всё равно не могу поверить в происходящее. Не могу подавить в себе глупую надежду со слепой верой в человека, которому подарила всю себя. Не могу наивно не спросить:
- Тамерлан… Знает, что вы мне предлагаете сейчас?
Женщина, сидящая напротив, холодно усмехается, и мой мир рассыпается на части, когда она отвечает.
- А ты думаешь, по чьей воле я здесь? Слово и желание сына для меня - закон.
– Ночью что-то было? Между нами? – голос ее дрогнул, сорвавшись на едва слышный шепот. Правильно, не стоит привлекать лишние уши. Я сделал шаг навстречу, сокращая дистанцию. Она оттолкнула меня в грудь, с силой, от которой я пошатнулся. – Чего молчишь?! Что ты со мной делал… ночью? Что было?
– Ночью что-то было, – дразню ее разгорающуюся истерию, проводя кончиком пальца по ее губам, пухлым и манящим, помня их особенный вкус. – Каждую ночь что-то бывает…
– Что? Отвечай же! – ее бьет крупная дрожь. Я лишь усмехаюсь краешком губ, направляясь к выходу. Замираю на пороге, обернувшись через плечо.
– Тебе ли не все равно, что творилось этой ночью… в моей постели? Да и во все остальные ночи. Ты сама приходила. Сама и вспоминай.
– Ты чудовище… – стонет Гроза, оседая на кровать и вцепившись руками в голову. – Еще раз ты сделаешь это со мной…
– Неправильно. Нужно говорить – еще не раз сделаешь это со мной.
Успеваю исчезнуть за дверью в тот самый момент, когда раздается звон стекла.
– Ночью что-то было, – дразню ее разгорающуюся истерию, проводя кончиком пальца по ее губам, пухлым и манящим, помня их особенный вкус. – Каждую ночь что-то бывает…
– Что? Отвечай же! – ее бьет крупная дрожь. Я лишь усмехаюсь краешком губ, направляясь к выходу. Замираю на пороге, обернувшись через плечо.
– Тебе ли не все равно, что творилось этой ночью… в моей постели? Да и во все остальные ночи. Ты сама приходила. Сама и вспоминай.
– Ты чудовище… – стонет Гроза, оседая на кровать и вцепившись руками в голову. – Еще раз ты сделаешь это со мной…
– Неправильно. Нужно говорить – еще не раз сделаешь это со мной.
Успеваю исчезнуть за дверью в тот самый момент, когда раздается звон стекла.
Терпеть не могу хоккеистов. Тестостероновые, неотёсанные, самодовольные дикари!
Я бы в жизни не стала с ними контактировать, если б не задание: написать провокационную и даже разгромную статью о молодых звездах хоккея.
Не думая ни секунды я уже быстрым темпом осваиваю навыки баристы и устраиваюсь в кофейный островок на арене «Снежных Барсов».
Моя цель — капитан команды Богдан Шестаков. Сын чиновника, легенда клуба и главный красавчик, который бесит меня своим высокомерием с первого взгляда.
Я бы в жизни не стала с ними контактировать, если б не задание: написать провокационную и даже разгромную статью о молодых звездах хоккея.
Не думая ни секунды я уже быстрым темпом осваиваю навыки баристы и устраиваюсь в кофейный островок на арене «Снежных Барсов».
Моя цель — капитан команды Богдан Шестаков. Сын чиновника, легенда клуба и главный красавчик, который бесит меня своим высокомерием с первого взгляда.
Перевод в элитную школу для богачей – это уже испытание, но для меня он обернулся настоящим кошмаром с первого дня. Наглый, заносчивый мажор, лишенный всяких манер, не только стал моим врагом номер один, но и оказался моим одноклассником. Его цель проста – сделать мою жизнь невыносимой. Но, внезапно, этот наглец меняет тактику. Из злобного тролля он превращается в... заботливого принца на белом коне. Его чрезмерная доброта и забота пугают меня больше, чем его прежние издевательства. Что стоит за этой резкой переменой? Какую игру он ведет?
Я выясню это, чего бы мне это ни стоило!
Я выясню это, чего бы мне это ни стоило!
Изгнанный из родной деревни как проклятый, Ярко больше не может доверять ни глазам, ни разуму. Тени шепчут его имя в шуме ветра, следы копыт появляются там, где их быть не должно, а мир вокруг искажается, открывая щели в иные, тёмные пределы. Он знает: спасение — в учении у ведуньи Велимиры. Но путь к ней лежит через дремучий лес, где кроны деревьев почти не пропускают свет, а болота дышат ледяным туманом, скрывающим то, что лучше не видеть.
Велимира не встречает его с распростёртыми объятиями. Её испытания жестоки и смертоносны: похлёбка вызывает приступ дурноты, омут с русалкой манит в глубины, обещая вечную юность взамен души, а древняя сила в трясине шепчет обещания силы — если он готов заплатить цену. Каждый шаг — проверка на прочность, каждый выбор может стать последним.
Серый кот, фамильяр ведьмы, смотрит пронзительно и бросает короткие фразы, от которых кровь стынет в жилах: «Ты не первый, кто пришёл сюда…и не первый, кто не ушёл...»
Велимира не встречает его с распростёртыми объятиями. Её испытания жестоки и смертоносны: похлёбка вызывает приступ дурноты, омут с русалкой манит в глубины, обещая вечную юность взамен души, а древняя сила в трясине шепчет обещания силы — если он готов заплатить цену. Каждый шаг — проверка на прочность, каждый выбор может стать последним.
Серый кот, фамильяр ведьмы, смотрит пронзительно и бросает короткие фразы, от которых кровь стынет в жилах: «Ты не первый, кто пришёл сюда…и не первый, кто не ушёл...»
— А слабо поцеловать его? — спросила Варя, кивнув на крашенного блондина, стоявшего у окна и болтавшего с какими-то парнями.
— Мне? Вообще нет!
С этого поцелуя начались все мои проблемы. Самой большой из которых стал невероятно красивый блондин с ослепительными голубыми глазами. Он стал моей любовью и моей болью, тем, кому я без оглядки доверилась и кто меня жестоко предал…
История Стэфана Демидаса
— Мне? Вообще нет!
С этого поцелуя начались все мои проблемы. Самой большой из которых стал невероятно красивый блондин с ослепительными голубыми глазами. Он стал моей любовью и моей болью, тем, кому я без оглядки доверилась и кто меня жестоко предал…
История Стэфана Демидаса
– И что же сейчас в башке у девушки моего лучшего друга? –
дразню ее, щёлкая по носу, – мыслишки о том, как отшлепать меня ремнём или поставить в угол за то, что утащил в свое тёмное мрачное логово?
Принцесса албанской мафии, стерва мечтающая стать первой женщиной-боссом, метит мне кулаком в челюсть, но я уворачиваюсь.
– Убить тебя мое заветное желание. Отомстить за всю свою семью!
Пробует снова мне врезать и я лениво ухмыляюсь, вставая в боевую стойку.
– Давай, – маню ее пальцами, – я даже готов чутка поддаться и забыть о том, что я лучший из лучших...
дразню ее, щёлкая по носу, – мыслишки о том, как отшлепать меня ремнём или поставить в угол за то, что утащил в свое тёмное мрачное логово?
Принцесса албанской мафии, стерва мечтающая стать первой женщиной-боссом, метит мне кулаком в челюсть, но я уворачиваюсь.
– Убить тебя мое заветное желание. Отомстить за всю свою семью!
Пробует снова мне врезать и я лениво ухмыляюсь, вставая в боевую стойку.
– Давай, – маню ее пальцами, – я даже готов чутка поддаться и забыть о том, что я лучший из лучших...
Ирма Лоскутова серьезная бизнес-леди, выстроившая свою империю сама, и привыкшая держать свои эмоции под контролем.
Она впервые в жизни поддалась моменту и провела ночь с незнакомым парнем из клуба, настолько он был красив и притягателен.
Это была лучшая ночь в ее жизни и все бы могло закончиться на одной ночи, если бы не забавное стечение обстоятельств.
Ирма и подумать не могла, что столкнется со своим страстным любовником в родном городе, когда будет знакомиться с женихом племянницы.
Она впервые в жизни поддалась моменту и провела ночь с незнакомым парнем из клуба, настолько он был красив и притягателен.
Это была лучшая ночь в ее жизни и все бы могло закончиться на одной ночи, если бы не забавное стечение обстоятельств.
Ирма и подумать не могла, что столкнется со своим страстным любовником в родном городе, когда будет знакомиться с женихом племянницы.
— Зачем ты это подстроил? Зачем поспорил на меня?
— Все просто, Спичка, — усмехается Гарик. — Ты считала себя лучше других. А я лишь спустил тебя с небес на землю.
— Неужели ты все время лгал, изображая… — во рту встает ком. Похоже, из нас двоих чувства были только у меня.
— Что? Скажи это? — смеется. — Неужели ты думала, это любовь? Моя бедная наивная заучка. Любовь есть только в книжках, для таких романтичных дурочек. В реальности все грязно и пошло.
— Ты лжешь… — не верю.
— Мне было скучно. Вот и все. Теперь я на свободе и снова могу жить как и прежде. В моем привычном мире нет места душным заучкам. Скажи спасибо за опыт. Я многому научил тебя для твоего следующего парня.
Повеса, избалованный мажор, наглец и хам, которого я презирала, открылся для меня с новой стороны, когда мы встретились в стенах закрытого учреждения. Я думала, что он встал на путь исправления. Но все оказалось только игрой, включавшей в себя задание развратить дочку ректора.
— Все просто, Спичка, — усмехается Гарик. — Ты считала себя лучше других. А я лишь спустил тебя с небес на землю.
— Неужели ты все время лгал, изображая… — во рту встает ком. Похоже, из нас двоих чувства были только у меня.
— Что? Скажи это? — смеется. — Неужели ты думала, это любовь? Моя бедная наивная заучка. Любовь есть только в книжках, для таких романтичных дурочек. В реальности все грязно и пошло.
— Ты лжешь… — не верю.
— Мне было скучно. Вот и все. Теперь я на свободе и снова могу жить как и прежде. В моем привычном мире нет места душным заучкам. Скажи спасибо за опыт. Я многому научил тебя для твоего следующего парня.
Повеса, избалованный мажор, наглец и хам, которого я презирала, открылся для меня с новой стороны, когда мы встретились в стенах закрытого учреждения. Я думала, что он встал на путь исправления. Но все оказалось только игрой, включавшей в себя задание развратить дочку ректора.
Выберите полку для книги