Книги в жанре «Драма»
Майя — успешный дизайнер и женщина, которая больше не верит в сказки о 90-60-90. Она любит свою работу и свой комфорт.
Глеб — щеголь, циник и владелец рекламного агентства, который меняет моделей как перчатки.
Одна случайная встреча в кафе, один глупый спор на билеты в финал — и охота началась. Глеб уверен в своем триумфе, ведь перед его харизмой не устояла ни одна. Но Майя видит его насквозь. Она не собирается становиться очередным трофеем в его коллекции.
Что случится, когда охотник сам попадет в капканы искренности? И как быть, когда любовь расцветает на почве лжи, а правда готова уничтожить всё в одно мгновение?
Глеб — щеголь, циник и владелец рекламного агентства, который меняет моделей как перчатки.
Одна случайная встреча в кафе, один глупый спор на билеты в финал — и охота началась. Глеб уверен в своем триумфе, ведь перед его харизмой не устояла ни одна. Но Майя видит его насквозь. Она не собирается становиться очередным трофеем в его коллекции.
Что случится, когда охотник сам попадет в капканы искренности? И как быть, когда любовь расцветает на почве лжи, а правда готова уничтожить всё в одно мгновение?
— Думала, что этот мальчишка защитит тебя от меня? — шепчет мне на ухо Карим.
Пистолет специально лежит на сиденье рядом с моей левой рукой, которую продолжает гладить Карим.
Просто схватить… Он не успеет увернуться.
Но я не могу.
Четыре года назад я потеряла не только отца, но и волю.
Послушная безвольная кукла.
И теперь снова в руках своего мучителя...
Пистолет специально лежит на сиденье рядом с моей левой рукой, которую продолжает гладить Карим.
Просто схватить… Он не успеет увернуться.
Но я не могу.
Четыре года назад я потеряла не только отца, но и волю.
Послушная безвольная кукла.
И теперь снова в руках своего мучителя...
В этом мире всё прекрасно. Почти всё.
Город сверкает чистотой. Хорошая еда дешёвая, жильё доступно, дети спокойно гуляют до ночи. Система позаботилась обо всём — устранив хаос, бедность… и тех, кто «портит картину». Неугодных системе , преступников — всех отправляют в спецучреждения «на исправление». На деле — в рабство. Исчезновение без следа.
Пять лет Катя живёт двойной жизнью: днём — добрая воспитательница, ночью — дочь, последняя надежда для матери, которую давно должны были увезти. Её подвал — не убежище для зависимости, а последнее прибежище для человека, которого мир уже стёр из списка живых.
И вот однажды её замечает он — Ловец. Максим. Тот, чьи родители погибли , а братья и сёстры томятся в лагере с детства. Он знает цену Системы лучше всех. Но вместо доноса он протягивает руку.
Между ними — пропасть из страха, вины и боли. Но и свет. Тихий, хрупкий, настоящий. Между ними — не сделка, а связь двух сломанных душ, нашедших друг друга в мире, где доверие стало роскошью.
Город сверкает чистотой. Хорошая еда дешёвая, жильё доступно, дети спокойно гуляют до ночи. Система позаботилась обо всём — устранив хаос, бедность… и тех, кто «портит картину». Неугодных системе , преступников — всех отправляют в спецучреждения «на исправление». На деле — в рабство. Исчезновение без следа.
Пять лет Катя живёт двойной жизнью: днём — добрая воспитательница, ночью — дочь, последняя надежда для матери, которую давно должны были увезти. Её подвал — не убежище для зависимости, а последнее прибежище для человека, которого мир уже стёр из списка живых.
И вот однажды её замечает он — Ловец. Максим. Тот, чьи родители погибли , а братья и сёстры томятся в лагере с детства. Он знает цену Системы лучше всех. Но вместо доноса он протягивает руку.
Между ними — пропасть из страха, вины и боли. Но и свет. Тихий, хрупкий, настоящий. Между ними — не сделка, а связь двух сломанных душ, нашедших друг друга в мире, где доверие стало роскошью.
— Меня ждёт такая же жизнь, как маму? Верно? Я никогда не буду свободна? Буду переходить от одного мужчины к другому?
— А как ты хочешь?
Я хочу жить нормальной жизнью, но страшно... Страшно, что за мной уже идёт кровавый след!
— Хотя бы… выбрать мужчину самой.
Тон Рашида ледяной настолько, что спина холодеет.
— Хорошо. ВЫБЕРИ ДОСТОЙНОГО. И ТОГДА Я, наконец, БУДУ СВОБОДЕН, — он заводит автомобиль, — ОТ ТЕБЯ.
— А как ты хочешь?
Я хочу жить нормальной жизнью, но страшно... Страшно, что за мной уже идёт кровавый след!
— Хотя бы… выбрать мужчину самой.
Тон Рашида ледяной настолько, что спина холодеет.
— Хорошо. ВЫБЕРИ ДОСТОЙНОГО. И ТОГДА Я, наконец, БУДУ СВОБОДЕН, — он заводит автомобиль, — ОТ ТЕБЯ.
— Мам, я вернулся!
Войдя в дом, я замер, натолкнувшись на взгляд синеглазой незнакомки.
А она побледнела как полотно и начала жадно рассматривать мое лицо.
— Володя? — выдохнула пораженно, а потом сорвалась с места, обняла за шею и начала зацеловывать мои глаза, щеки, губы…
— Володенька, Вова, милый мой, родной… Господи, ты живой, живой…
Ошарашенный мозг завис, пытаясь понять, что происходит и почему меня целует незнакомая девушка.
Но выяснить я ничего не успел. Потому что она внезапно обмякла, потеряв сознание, и упала прямо мне в руки….
***
Два человека, два бойца, два имени. И одна ошибка, которая навсегда изменила людские судьбы.
Войдя в дом, я замер, натолкнувшись на взгляд синеглазой незнакомки.
А она побледнела как полотно и начала жадно рассматривать мое лицо.
— Володя? — выдохнула пораженно, а потом сорвалась с места, обняла за шею и начала зацеловывать мои глаза, щеки, губы…
— Володенька, Вова, милый мой, родной… Господи, ты живой, живой…
Ошарашенный мозг завис, пытаясь понять, что происходит и почему меня целует незнакомая девушка.
Но выяснить я ничего не успел. Потому что она внезапно обмякла, потеряв сознание, и упала прямо мне в руки….
***
Два человека, два бойца, два имени. И одна ошибка, которая навсегда изменила людские судьбы.
Двадцать лет брака превратились в качественный, дорогой, но абсолютно безвкусный день сурка. Я стала для мужа частью интерьера — такой же привычной, как любимое кресло. Работа, дети, быт… Мы потеряли друг друга где-то между годовыми отчетами и поисками его синих носков.
Но я больше не хочу быть «удобной». Я хочу быть живой.
Мой бунт начался с заявления о разводе, а закончился разделом четырехкомнатной квартиры на две враждующие территории. Мы — соседи. У каждого своя жизнь, свои встречи и свои правила.
Я думала, это конец. Но мой муж внезапно решил, что он не готов сдаваться. Теперь в нашем доме пахнет не только скукой, но и опасным азартом. Он записывается в мой спортзал, метит территорию и пытается вспомнить, какой я была до того, как стала «просто женой».
Сможем ли мы раздуть искру из пепла, или наш костер окончательно погас?
Но я больше не хочу быть «удобной». Я хочу быть живой.
Мой бунт начался с заявления о разводе, а закончился разделом четырехкомнатной квартиры на две враждующие территории. Мы — соседи. У каждого своя жизнь, свои встречи и свои правила.
Я думала, это конец. Но мой муж внезапно решил, что он не готов сдаваться. Теперь в нашем доме пахнет не только скукой, но и опасным азартом. Он записывается в мой спортзал, метит территорию и пытается вспомнить, какой я была до того, как стала «просто женой».
Сможем ли мы раздуть искру из пепла, или наш костер окончательно погас?
Он — циничный мачо на «Феррари», король маркетинга и женских сердец.
Она — няня на дребезжащем мопеде, с чёрным поясом по игнорированию самовлюблённых мужчин.
Макс привык побеждать. Но Тася не падает в обморок от его парфюма и не поправляет причёску при его появлении. Она спокойно называет его галстук старомодным, а его самого — слишком шумным.
Он бросает ей вызов. Она принимает игру.
А потом он случайно сталкивается с ней в полотенце… и понимает, что падает без парашюта. В прямом смысле — ведь Тася ещё и прыгает с четырёх тысяч метров.
Ревность, скорость, высота и один идиот, который ради любви научится всему: водить байк, не бояться неба и просто… быть рядом.
«Ты сделал меня человеком. Который боится, но прыгает. Который падает, но встаёт. Который любит по-настоящему.»
Она — няня на дребезжащем мопеде, с чёрным поясом по игнорированию самовлюблённых мужчин.
Макс привык побеждать. Но Тася не падает в обморок от его парфюма и не поправляет причёску при его появлении. Она спокойно называет его галстук старомодным, а его самого — слишком шумным.
Он бросает ей вызов. Она принимает игру.
А потом он случайно сталкивается с ней в полотенце… и понимает, что падает без парашюта. В прямом смысле — ведь Тася ещё и прыгает с четырёх тысяч метров.
Ревность, скорость, высота и один идиот, который ради любви научится всему: водить байк, не бояться неба и просто… быть рядом.
«Ты сделал меня человеком. Который боится, но прыгает. Который падает, но встаёт. Который любит по-настоящему.»
Что делать, если кажется, что оказалась в безвыходной и очень тяжёлой ситуации? Конечно, бороться до конца и не сдаваться! А помощь может неожиданно прийти даже вместе с доставкой продуктов, если верить в любовь и добро.
Участвует в конкурсе:
Большая любовь действительного камергера императорского двора Николая Петровича Резанова. И это не Кончита, а Анна Григорьевна Шелихова (в девичестве).
Психологическая драма мужчины-инвалида, чье положение не позволяет надеяться на взаимность избранницы, но выбранный им метод все же позволяет достигнуть желаемой цели. Результат странным образом оказывается разочаровывающим...
Участвует в конкурсе:
Выберите полку для книги