Книги в жанре «Драма» по тегу «ochen-emotsionalno»
Я всегда мечтала стать матерью. После двух неудачных ЭКО надежда на собственного ребенка почти угасла, и мы с мужем решились на смелый шаг — стать приемными родителями.
Вместе с малышкой в наш дом постучалось горе, готовя для меня все новые и новые испытания.
— Лиза, я ухожу от тебя! Я устал врать, скрывать! У меня есть другая женщина! — он повернулся к родителям. — И не надо меня осуждать! Вы хоть раз воспитывали чужого больного ребенка?
— Ксюша абсолютно здорова! — во мне включилась защитная реакция и проснулась гордость. — Уходи! Раз тебе смогут родить! А я не могу!
Вместе с малышкой в наш дом постучалось горе, готовя для меня все новые и новые испытания.
— Лиза, я ухожу от тебя! Я устал врать, скрывать! У меня есть другая женщина! — он повернулся к родителям. — И не надо меня осуждать! Вы хоть раз воспитывали чужого больного ребенка?
— Ксюша абсолютно здорова! — во мне включилась защитная реакция и проснулась гордость. — Уходи! Раз тебе смогут родить! А я не могу!
— Я нашёл другую женщину, — сказал Аскер, убирая мои руки от своей груди. Пальцы повисли в воздухе. Я ещё чувствовала тепло его тела. — Она ждёт ребёнка. Сына.
Нет... Это не правда. Это сон. Сердце не стучало — оно замерло. Воздух исчез. Просто кончился. Голова поплыла, стены качнулись, и я почувствовала, как тело уходит в сторону.
Аскер придержал меня за плечи.
— Скажи, что это неправда... — голос сломался на последнем слове.
Аскер усмехнулся.
— Что ты как маленькая? — он качнул головой. — Я тебе факт говорю, а ты опять за своё. Что дальше? Слёзы? Сопли? Истерика? На весь дом будешь выть, чтобы соседи услышали?
— Аскер, это харам... — прошептала я. — Перед Аллахом ты мой муж. У нас дочь. Это грех... — Ты, — он ткнул пальцем мне в лицо, — будешь мне рассказывать про харам? ТЫ? Пустая? — Слово ударило. — Четыре года я ждал. Вся родня смотрела на меня и твердила... «Аскер, когда сын? Аскер, что с женой? Может, к врачу её?» И ты мне будешь про харам говорить?
Нет... Это не правда. Это сон. Сердце не стучало — оно замерло. Воздух исчез. Просто кончился. Голова поплыла, стены качнулись, и я почувствовала, как тело уходит в сторону.
Аскер придержал меня за плечи.
— Скажи, что это неправда... — голос сломался на последнем слове.
Аскер усмехнулся.
— Что ты как маленькая? — он качнул головой. — Я тебе факт говорю, а ты опять за своё. Что дальше? Слёзы? Сопли? Истерика? На весь дом будешь выть, чтобы соседи услышали?
— Аскер, это харам... — прошептала я. — Перед Аллахом ты мой муж. У нас дочь. Это грех... — Ты, — он ткнул пальцем мне в лицо, — будешь мне рассказывать про харам? ТЫ? Пустая? — Слово ударило. — Четыре года я ждал. Вся родня смотрела на меня и твердила... «Аскер, когда сын? Аскер, что с женой? Может, к врачу её?» И ты мне будешь про харам говорить?
⭐САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА ⭐
⭐ИСТОРИЯ ЗАВЕРШЕНА⭐
— Оля... Оля, я сейчас пришлю видео. Я пришла на смену, и... я не знаю, как это сказать... Просто смотри.
Следом прилетает файл.
Озеро кажется нереально прохладным, в кадре появляется роскошный дом из сруба.
А потом… я вижу его.
Антон.
Мой муж, который 3 дня назад уходил из дома, тяжело опираясь на трость и морщась от каждого шага, сейчас стоит на террасе этого дома.
Он… почти не хромает! Он выглядит так, словно никогда не знал боли в раздробленной после аварии ноге.
Антон улыбается — широкой, искренней улыбкой, протягивает руку, и в кадр впархивает девушка.
Совсем молодая, лет двадцати восьми, в легком белом сарафане. Антон подхватывает ее за талию, притягивает к себе и впивается в губы долгим, жадным, бесстыдным поцелуем.
Его массажистка. Которая занималась с ним после аварии.
На какие деньги он повез ее туда?
Откуда у "безработного инвалида" средства на отдых за 70 тысяч?
Очень скоро я узнаю этот и другие страшные се
⭐ИСТОРИЯ ЗАВЕРШЕНА⭐
— Оля... Оля, я сейчас пришлю видео. Я пришла на смену, и... я не знаю, как это сказать... Просто смотри.
Следом прилетает файл.
Озеро кажется нереально прохладным, в кадре появляется роскошный дом из сруба.
А потом… я вижу его.
Антон.
Мой муж, который 3 дня назад уходил из дома, тяжело опираясь на трость и морщась от каждого шага, сейчас стоит на террасе этого дома.
Он… почти не хромает! Он выглядит так, словно никогда не знал боли в раздробленной после аварии ноге.
Антон улыбается — широкой, искренней улыбкой, протягивает руку, и в кадр впархивает девушка.
Совсем молодая, лет двадцати восьми, в легком белом сарафане. Антон подхватывает ее за талию, притягивает к себе и впивается в губы долгим, жадным, бесстыдным поцелуем.
Его массажистка. Которая занималась с ним после аварии.
На какие деньги он повез ее туда?
Откуда у "безработного инвалида" средства на отдых за 70 тысяч?
Очень скоро я узнаю этот и другие страшные се
❤️РАССКАЗ ЗАКОНЧЕН! СКИДКА ПРЯМО СЕЙЧАС!❤️
— Не могу оторваться от ее форм, — говорит мой муж, пока я держу его юбилейный торт с надписью «Любимому и единственному мужчине». — Да и верх там как у звезды фильмов для взрослых, ну ты понял. Не девчонка, а просто амазонка!
— Вадим, ты бы с Верой поговорил, все-таки столько лет вместе, может просто разойдетесь по-доброму?
— Да ты что, Илюх, Верка мне как родная стала. Моя дряхлая старушка, как я без нее? А кто рубашки будет стирать да борщи мне на обед готовить? Алинка что ли? Она и яичницу пожарить не может, но вот омлет делает знатный!
Мой муж смеется. Стоит в курилке собственной дачи, где через пять минут гости будут кричать ему «С Днем рождения!» и обсуждает прелести своей любовницы.
Тогда я решила, что месть ему будет грандиозной, но не учла одного… Муж знает мой тайный секрет и хочет рассказать его нашему сыну…
Но я не сдамся, ведь жажда мести, сильнее страха!
— Не могу оторваться от ее форм, — говорит мой муж, пока я держу его юбилейный торт с надписью «Любимому и единственному мужчине». — Да и верх там как у звезды фильмов для взрослых, ну ты понял. Не девчонка, а просто амазонка!
— Вадим, ты бы с Верой поговорил, все-таки столько лет вместе, может просто разойдетесь по-доброму?
— Да ты что, Илюх, Верка мне как родная стала. Моя дряхлая старушка, как я без нее? А кто рубашки будет стирать да борщи мне на обед готовить? Алинка что ли? Она и яичницу пожарить не может, но вот омлет делает знатный!
Мой муж смеется. Стоит в курилке собственной дачи, где через пять минут гости будут кричать ему «С Днем рождения!» и обсуждает прелести своей любовницы.
Тогда я решила, что месть ему будет грандиозной, но не учла одного… Муж знает мой тайный секрет и хочет рассказать его нашему сыну…
Но я не сдамся, ведь жажда мести, сильнее страха!
Я пашу, как ломовая лошадь с тех пор, как... А в принципе всю свою жизнь.
Мои родители всю жизнь пашут, чтобы содержать нас с братом, а я пашу, чтобы так не пахать, как они...
Школа - медаль, институт - тоже, и теперь я работаю в очень известной компании на очень престижной должности.
И все бы ничего, но когда, наконец, замаячило долгожданное повышение, на горизонте появился сын моего босса. И, как оказалось, он тоже претендует на эту должность!
Ну, нет! Я так просто не отдам то, что зарабатывала годами! Должность моя, папенькин сынок!
Мои родители всю жизнь пашут, чтобы содержать нас с братом, а я пашу, чтобы так не пахать, как они...
Школа - медаль, институт - тоже, и теперь я работаю в очень известной компании на очень престижной должности.
И все бы ничего, но когда, наконец, замаячило долгожданное повышение, на горизонте появился сын моего босса. И, как оказалось, он тоже претендует на эту должность!
Ну, нет! Я так просто не отдам то, что зарабатывала годами! Должность моя, папенькин сынок!
ОДНОТОМНИК. У Ирины Руцкой была идеальная жизнь: любящий муж, успешные сыновья, уютный дом. Пока однажды за ужином младший сын не разбил её мир одним-единственным именем. Теперь каждое слово мужа — ложь, каждая улыбка — маска, а стены родного дома стали холодными и чужими. Кто та женщина, что разрушила её счастье? Сможет ли Ирина посмотреть в глаза правде, простить того, кого любила много лет, и не потерять себя, когда рухнуло всё? Это роман о боли, которая не убивает, и о надежде, которая рождается из пепла.
- Марта просто обезумила, когда тетя Рашида рассказала ей, что ваш брак расторгнут. Она сломала мне пальцы! Эта тварь искалечила меня, любимый! - завыла невеста моего мужа.
- Ясно.
От ледяного, низкого голоса мужа у меня по спине побежали острые мурашки.
Я прикрыла живот. Защитить малыша – вот, что сейчас действительно важно.
Муж окинул меня холодным взглядом, задержался на распухших, окровавленных губах, с цепенящей яростью посмотрел на мои руки, скрещенные на животе.
- Ты больше не жена мне, сегодня последний день временного брака, Марта, - произнес он спокойно, - после родов ты вернешься в дом отца, сын останется со мной. Если хочешь провести эти месяцы в доме вместе с людьми, а не на псарне, как животное, то опустись на колени и поцелуй ноги моей будущей жене, умоляя о прощении.
- Ясно.
От ледяного, низкого голоса мужа у меня по спине побежали острые мурашки.
Я прикрыла живот. Защитить малыша – вот, что сейчас действительно важно.
Муж окинул меня холодным взглядом, задержался на распухших, окровавленных губах, с цепенящей яростью посмотрел на мои руки, скрещенные на животе.
- Ты больше не жена мне, сегодня последний день временного брака, Марта, - произнес он спокойно, - после родов ты вернешься в дом отца, сын останется со мной. Если хочешь провести эти месяцы в доме вместе с людьми, а не на псарне, как животное, то опустись на колени и поцелуй ноги моей будущей жене, умоляя о прощении.
— Ты, это была ты! — рычит Сергей Анатольевич, сверля меня безумным взглядом.
А я вжимаюсь в стену и лихорадочно ищу правдоподобную отмазку.
— Я не понимаю о чем вы…
— Всё ты понимаешь, Рая… — резкий рывок, и меня пришпиливает к крепкому мужскому телу. — И попала ты, зараза, по полной программе. Я сейчас покажу, что бывает с пигалицами, которые играют в опасные игры со взрослыми мужиками…
Я обычная девушка, сирота из провинции, приехавшая на учебу в столицу.
Он — отец моей лучшей подруги, властный, гордый и жесткий мужчина. Он меня люто ненавидит, а я влюблена в него по самые уши.
Я познала горечь и сладость безответной любви и потерялась во снах, полных нереальной чувственности.
А в реальности получала от него лишь нотации и неприязненные взгляды.
Так могло длиться вечно, если бы не один вечер, который изменил всё.
А я вжимаюсь в стену и лихорадочно ищу правдоподобную отмазку.
— Я не понимаю о чем вы…
— Всё ты понимаешь, Рая… — резкий рывок, и меня пришпиливает к крепкому мужскому телу. — И попала ты, зараза, по полной программе. Я сейчас покажу, что бывает с пигалицами, которые играют в опасные игры со взрослыми мужиками…
Я обычная девушка, сирота из провинции, приехавшая на учебу в столицу.
Он — отец моей лучшей подруги, властный, гордый и жесткий мужчина. Он меня люто ненавидит, а я влюблена в него по самые уши.
Я познала горечь и сладость безответной любви и потерялась во снах, полных нереальной чувственности.
А в реальности получала от него лишь нотации и неприязненные взгляды.
Так могло длиться вечно, если бы не один вечер, который изменил всё.
Он назвал её синим чулком.
Она родила от него сына.
Восемь месяцев она скрывала беременность.
Он узнал правду, принимая у неё роды.
Она помнит его предательство.
Он помнит только её.
«Ты не была случайностью. Ты была всем. Я просто испугался».
Сможет ли она снова открыть сердце тому, кто однажды убил в ней доверие?
Или лед в её груди никогда не растает?
Роман о второй попытке. О боли, которая лечит. О любви, которая выживает даже после самого страшного предательства.
Она родила от него сына.
Восемь месяцев она скрывала беременность.
Он узнал правду, принимая у неё роды.
Она помнит его предательство.
Он помнит только её.
«Ты не была случайностью. Ты была всем. Я просто испугался».
Сможет ли она снова открыть сердце тому, кто однажды убил в ней доверие?
Или лед в её груди никогда не растает?
Роман о второй попытке. О боли, которая лечит. О любви, которая выживает даже после самого страшного предательства.
Я слышу где-то рядом голоса Сережи и Риммы.
Моего мужа и подруги, жены его начальника. Мы все вместе отдыхаем за городом.
Подхожу со спины, хочу уже их окликнуть, “ну что вы, полуночники, примете меня в свою компанию?”
И замираю, понимая, что никуда они меня не примут.
Муж целует Римму так жадно, как целуют любовницу, которую… Хотят.
Римма отвечает ему, обвивая его шею руками, тот что-то шепчет прямо ей в волосы.
Сережа…
Римма отстраняется и игриво ставит указательный палец ему на губу.
— Малыш, я ревную... Она на седьмом месяце. Значит, ты всё-таки спишь с ней? Ты же говорил...
Сергей притягивает к себе.
— Милая, будь уверена, представлял я в этот момент только тебя!
— Я просто устала, уже хочу, чтобы мы скорее уехали навсегда. В тепло ты и я... Ты уверен, что Кира согласится передать наследство?
Уехали? Наследство? Мое?
Они предали меня и подумали, что могут лишить будущего моих детей, отнять остатки капитала.
Но я устрою такую жару, которую они запомнят на всю жизнь
Моего мужа и подруги, жены его начальника. Мы все вместе отдыхаем за городом.
Подхожу со спины, хочу уже их окликнуть, “ну что вы, полуночники, примете меня в свою компанию?”
И замираю, понимая, что никуда они меня не примут.
Муж целует Римму так жадно, как целуют любовницу, которую… Хотят.
Римма отвечает ему, обвивая его шею руками, тот что-то шепчет прямо ей в волосы.
Сережа…
Римма отстраняется и игриво ставит указательный палец ему на губу.
— Малыш, я ревную... Она на седьмом месяце. Значит, ты всё-таки спишь с ней? Ты же говорил...
Сергей притягивает к себе.
— Милая, будь уверена, представлял я в этот момент только тебя!
— Я просто устала, уже хочу, чтобы мы скорее уехали навсегда. В тепло ты и я... Ты уверен, что Кира согласится передать наследство?
Уехали? Наследство? Мое?
Они предали меня и подумали, что могут лишить будущего моих детей, отнять остатки капитала.
Но я устрою такую жару, которую они запомнят на всю жизнь
Подборка эмоциональных драм
Выберите полку для книги