Книги в жанре «Драма» по тегу «tag»
— Родить вам ребенка?
В горле пересыхает. Руки начинают мелко дрожать.
Даже кажется, что Тимур Александрович так пошутил, но на шутника он не похож. Лицо каменное, как и всегда.
— Мне нужен наследник от здоровой женщины. Ты подходишь. Взамен я помогу тебе в решении твоей проблемы.
Желая сразу ему отказать, я вспоминаю брата. Опекунша со свету сживет Ваньку, если его не вытащить из ее лап.
Но за спасение брата рожать ребенка своему начальнику…
— Если отказываешься, то все свои проблемы решай сама. Сможешь?
Корсаков смотрит остро, прямо. Давит энергетикой.
Точно знает, что без него у меня нет шансов. Без него и я, и Ванька обречены.
В горле пересыхает. Руки начинают мелко дрожать.
Даже кажется, что Тимур Александрович так пошутил, но на шутника он не похож. Лицо каменное, как и всегда.
— Мне нужен наследник от здоровой женщины. Ты подходишь. Взамен я помогу тебе в решении твоей проблемы.
Желая сразу ему отказать, я вспоминаю брата. Опекунша со свету сживет Ваньку, если его не вытащить из ее лап.
Но за спасение брата рожать ребенка своему начальнику…
— Если отказываешься, то все свои проблемы решай сама. Сможешь?
Корсаков смотрит остро, прямо. Давит энергетикой.
Точно знает, что без него у меня нет шансов. Без него и я, и Ванька обречены.
Пока пытаюсь принять факт, что мне только что сделали предложение, и оно было не деловым, дверь резко открывается.
— Там внизу к вам пробивается женщина с ребёнком, — тараторит секретарша, влетев без стука.
— Я должен помочь охраннику выполнить работу? — вскидываю брови.
— Женщина кричит, что ребёнок ваш…
Интересно…
Оставляю “невесту” в кабинете, спускаюсь вниз и вижу фурию.
Волосы растрепались, глаза горят, объясняет охраннику, что он должен сделать, тыча тому в грудь розовой палочкой из магазина игрушек. В ее руках она смотрится почти как оружие.
Что за осада моего бизнес-центра? Одно ясно точно, вижу её в первый раз.
— И как, минуя знакомство, я осчастливил тебя дочкой? — хмыкаю подходя ближе.
— Это не моя дочка. Точнее дочка, но крестная. Зоюшка – ваша внучка, — припечатывает бунтарка в костюме учительницы и взмахивает своей волшебной палочкой.
Прям фея-крёстная для Зоюшки.
Так. Стоп. Что она сказала? Какая внучка?
— Там внизу к вам пробивается женщина с ребёнком, — тараторит секретарша, влетев без стука.
— Я должен помочь охраннику выполнить работу? — вскидываю брови.
— Женщина кричит, что ребёнок ваш…
Интересно…
Оставляю “невесту” в кабинете, спускаюсь вниз и вижу фурию.
Волосы растрепались, глаза горят, объясняет охраннику, что он должен сделать, тыча тому в грудь розовой палочкой из магазина игрушек. В ее руках она смотрится почти как оружие.
Что за осада моего бизнес-центра? Одно ясно точно, вижу её в первый раз.
— И как, минуя знакомство, я осчастливил тебя дочкой? — хмыкаю подходя ближе.
— Это не моя дочка. Точнее дочка, но крестная. Зоюшка – ваша внучка, — припечатывает бунтарка в костюме учительницы и взмахивает своей волшебной палочкой.
Прям фея-крёстная для Зоюшки.
Так. Стоп. Что она сказала? Какая внучка?
Муж изменил мне в день рождения нашей дочери.
Не с чужой женщиной. С Никой — моей сводной сестрой, которая с детства забирала всё, что я любила.
Комнату. Платье. Отца.
Теперь — мужа.
Но за приоткрытой дверью его кабинета я услышала страшнее измены. Максим, Ника и моя мачеха говорили о бумагах, подписи и доме моей матери. О том, как надавить на меня через Милану.
Они не просто предали меня.
Они хотели стереть меня окончательно.
Но в этот раз я не стала плакать у двери.
Я услышала.
Запомнила.
И ушла тихо.
Чтобы выжить.
Только они не знали одного: в этот раз я уже не та девочка, которую можно выгнать из собственной комнаты.
И рядом окажется мужчина, который не станет спасать меня вместо меня.
Он просто подаст руку, когда я сама поднимусь.
Не с чужой женщиной. С Никой — моей сводной сестрой, которая с детства забирала всё, что я любила.
Комнату. Платье. Отца.
Теперь — мужа.
Но за приоткрытой дверью его кабинета я услышала страшнее измены. Максим, Ника и моя мачеха говорили о бумагах, подписи и доме моей матери. О том, как надавить на меня через Милану.
Они не просто предали меня.
Они хотели стереть меня окончательно.
Но в этот раз я не стала плакать у двери.
Я услышала.
Запомнила.
И ушла тихо.
Чтобы выжить.
Только они не знали одного: в этот раз я уже не та девочка, которую можно выгнать из собственной комнаты.
И рядом окажется мужчина, который не станет спасать меня вместо меня.
Он просто подаст руку, когда я сама поднимусь.
- Мам, это Киррррилл, - дочка ко мне подбегает. - Кирилл здесь главный. Он сказал, что мы будем жить с ним!
У меня не сразу получается выговорить банальное:
- Что?
- Свободных номеров нет сейчас, вышла техническая накладка, - тут же поясняет Кирилл.
Его голос звучит ровно и спокойно, но меня все равно словно шарашит электрическим током от боли знакомых интонаций и тембра.
- И мы должны жить с тобой? - не выдерживаю.
- Это на пару дней, пока не освободится один из номеров. Думаю, тебе и твоей дочери будет удобно. Тем более я прихожу туда только ночевать.
Твоей дочери.
Он ведь даже не догадывается, что семь лет назад нас разлучили, и мне пришлось уйти с ребенком под сердцем.
У меня не сразу получается выговорить банальное:
- Что?
- Свободных номеров нет сейчас, вышла техническая накладка, - тут же поясняет Кирилл.
Его голос звучит ровно и спокойно, но меня все равно словно шарашит электрическим током от боли знакомых интонаций и тембра.
- И мы должны жить с тобой? - не выдерживаю.
- Это на пару дней, пока не освободится один из номеров. Думаю, тебе и твоей дочери будет удобно. Тем более я прихожу туда только ночевать.
Твоей дочери.
Он ведь даже не догадывается, что семь лет назад нас разлучили, и мне пришлось уйти с ребенком под сердцем.
Мой жених сидит на заднем сиденье. Света и Наташа целуют его с двух сторон, а он довольно смеётся, запрокинув голову. Я хочу открыть дверь, разбить стекло,.
— Не унижайся, — останавливает подруга. — Выставишь себя посмешищем!
Слёзы застилают глаза.Спрашиваю, почти беззвучно:
— Что мне делать?
Эмма гладит меня по голове, как маленькую.
— Судьба сама толкает тебя в нужном направлении. Джон улетает через три дня в Англию и хочет жениться на тебе. Соглашайся. Будешь жить в Лондоне. Забудешь это предательство, как страшный сон. Выйдешь замуж. Вылечишь отца...
Я улетаю в Англию, попадаю в золотую клетку. Рожаю дочерей-близняшек, а через пять лет узнаю, что вся моя жизнь была срежиссирована моей лучшей подругой с одной целью...
— Не унижайся, — останавливает подруга. — Выставишь себя посмешищем!
Слёзы застилают глаза.Спрашиваю, почти беззвучно:
— Что мне делать?
Эмма гладит меня по голове, как маленькую.
— Судьба сама толкает тебя в нужном направлении. Джон улетает через три дня в Англию и хочет жениться на тебе. Соглашайся. Будешь жить в Лондоне. Забудешь это предательство, как страшный сон. Выйдешь замуж. Вылечишь отца...
Я улетаю в Англию, попадаю в золотую клетку. Рожаю дочерей-близняшек, а через пять лет узнаю, что вся моя жизнь была срежиссирована моей лучшей подругой с одной целью...
— Я должен признать ребёнка другой женщины, — произносит муж неожиданно.
— Что? — спрашиваю удивлённо.
— Я должен записать ребёнка на себя, Марина, — повторяет буднично. — Ребёнок родится через несколько месяцев. В документах отцом буду указан я.
В ушах звенит.
— Чей ребёнок?
Мужчина закрывает глаза. На секунду. На одну короткую секунду, но я успеваю увидеть: ему больно. Очень больно.
И от этого становится ещё страшнее.
— Лены.
Имя опускается между нами, как бетонная плита.
Лена…
Я знаю это имя.
Елена Ракитина. Невеста погибшего друга моего супруга.
— Лены? — повторяю я отрешённо. — Невесты Сергея?
— Да.
— Но… причём здесь ты?
Александр молчит.
Мне не нравится это молчание. Оно густое, тяжёлое. В нём слишком много того, что он не хочет говорить.
— Саша, причём здесь ты? — мой голос срывается. — Почему ты должен признавать её ребёнка?
— Потому что так нужно, — отвечает спокойно.
Просто. Коротко. Без объяснений…
— Что? — спрашиваю удивлённо.
— Я должен записать ребёнка на себя, Марина, — повторяет буднично. — Ребёнок родится через несколько месяцев. В документах отцом буду указан я.
В ушах звенит.
— Чей ребёнок?
Мужчина закрывает глаза. На секунду. На одну короткую секунду, но я успеваю увидеть: ему больно. Очень больно.
И от этого становится ещё страшнее.
— Лены.
Имя опускается между нами, как бетонная плита.
Лена…
Я знаю это имя.
Елена Ракитина. Невеста погибшего друга моего супруга.
— Лены? — повторяю я отрешённо. — Невесты Сергея?
— Да.
— Но… причём здесь ты?
Александр молчит.
Мне не нравится это молчание. Оно густое, тяжёлое. В нём слишком много того, что он не хочет говорить.
— Саша, причём здесь ты? — мой голос срывается. — Почему ты должен признавать её ребёнка?
— Потому что так нужно, — отвечает спокойно.
Просто. Коротко. Без объяснений…
Я привыкла жить по правилам, потому что знаю: времени у меня меньше, чем у других.
Марк Ланской полная моя противоположность. Он прожигает жизнь так, будто за ошибки всегда заплатят деньги его семьи.
Нас связывает нелепое пари, которое должно было остаться игрой. Но чем ближе мы становимся, тем опаснее оказывается правда, которую я так тщательно скрываю…
Марк Ланской полная моя противоположность. Он прожигает жизнь так, будто за ошибки всегда заплатят деньги его семьи.
Нас связывает нелепое пари, которое должно было остаться игрой. Но чем ближе мы становимся, тем опаснее оказывается правда, которую я так тщательно скрываю…
— Что ты тут делаешь? – грубый вопрос бывшего мужа застал меня врасплох.
— Руслан, это я её пригласила на свой день рождения, ты что-то имеешь против?!
— Сестра, она больше не является частью нашей семьи, зачем ты впускаешь в нашу семью чужих?
— Я, наверное, пойду. – я быстро встала из-за праздничного стола и со слезами на глазах выбежала из ресторана.
Боже, он всё ещё не смог меня простить, и это причиняет мне ещё большую боль. Он возненавидел меня, и я не могу с этим смириться.
Прошло восемь месяцев с того момента, как я ушла от него. Я не смогла смириться с потерей ребёнка и диагнозом врачей о том, что больше не смогу иметь детей. И если о первой части Руслан знает, то вторую часть я скрыла, потому что он не смог бы меня отпустить, а я не могу быть настолько эгоистичной, чтобы оставить его без детей, ведь он так о них мечтает.
— Руслан, это я её пригласила на свой день рождения, ты что-то имеешь против?!
— Сестра, она больше не является частью нашей семьи, зачем ты впускаешь в нашу семью чужих?
— Я, наверное, пойду. – я быстро встала из-за праздничного стола и со слезами на глазах выбежала из ресторана.
Боже, он всё ещё не смог меня простить, и это причиняет мне ещё большую боль. Он возненавидел меня, и я не могу с этим смириться.
Прошло восемь месяцев с того момента, как я ушла от него. Я не смогла смириться с потерей ребёнка и диагнозом врачей о том, что больше не смогу иметь детей. И если о первой части Руслан знает, то вторую часть я скрыла, потому что он не смог бы меня отпустить, а я не могу быть настолько эгоистичной, чтобы оставить его без детей, ведь он так о них мечтает.
Он видит меня. На секунду замирает. В его глазах мелькает что-то быстрое, неуловимое. Я не успеваю понять, что это. Удивление? Страх?
Нет. Это досада.
Досада, что я вернулась не вовремя. Завтра утром меня ждал бы другой сюрприз, не настолько шокирующий.
Я стою в бордовом кружеве, в туфлях, с распущенными волосами, и чувствую себя идиоткой на чужом празднике жизни. В декорациях, которые сама создавала десять лет.
— Олег, — голос запрограммированного на вежливость робота. — Что здесь происходит?
Муж молчит. Смотрит на меня, потом на Алину, потом снова на меня. Его челюсть напряжена. Желваки ходят под кожей.
— Полина, — начинает он, — Это не то, что ты думаешь...
❤️САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЕ ДНИ!
Нет. Это досада.
Досада, что я вернулась не вовремя. Завтра утром меня ждал бы другой сюрприз, не настолько шокирующий.
Я стою в бордовом кружеве, в туфлях, с распущенными волосами, и чувствую себя идиоткой на чужом празднике жизни. В декорациях, которые сама создавала десять лет.
— Олег, — голос запрограммированного на вежливость робота. — Что здесь происходит?
Муж молчит. Смотрит на меня, потом на Алину, потом снова на меня. Его челюсть напряжена. Желваки ходят под кожей.
— Полина, — начинает он, — Это не то, что ты думаешь...
❤️САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЕ ДНИ!
БЕСПЛАТНО
Мой муж успешный бизнесмен. Властный мужчина, который никогда не слышал слова «нет»
И он мне изменил.
— Прекрати устраивать скандал, развернись и сядь за стол, — говорил мне супруг.
— Я не сделаю этого. Ты человек, который предал меня. Который променял нашу любовь. Я не буду жить с тобой. Мы разводимся.
Муж был против. Он не отпустил меня. И тогда я сбежала, чтобы через два долгих года снова услышать его голос:
— Даже не поздороваешься со мной, Ульян?
Он нашёл меня. Он снова был рядом. И хотел вернуть.
Только я не могла простить измену.
Мой муж успешный бизнесмен. Властный мужчина, который никогда не слышал слова «нет»
И он мне изменил.
— Прекрати устраивать скандал, развернись и сядь за стол, — говорил мне супруг.
— Я не сделаю этого. Ты человек, который предал меня. Который променял нашу любовь. Я не буду жить с тобой. Мы разводимся.
Муж был против. Он не отпустил меня. И тогда я сбежала, чтобы через два долгих года снова услышать его голос:
— Даже не поздороваешься со мной, Ульян?
Он нашёл меня. Он снова был рядом. И хотел вернуть.
Только я не могла простить измену.
Выберите полку для книги