Книги в жанре «Эротика» по тегу «rasskazi»
После окончания педагогического колледжа меня никуда не хотели брать преподавателем из-за моего низкого роста. Но мне повезло, я смогла устроится на работу мечты, и мне даже выделили пусть маленькую но отдельную квартиру. А в соседях у меня очень большой и очень горячий мускулистый боевой маг.
Интерес между нами вспыхнул почти мгновенно. Сможем ли мы быть вместе, ведь он очень большой везде...
А тем временем по городу ходят страшные слухи об огромном убийце некроманте.
Интерес между нами вспыхнул почти мгновенно. Сможем ли мы быть вместе, ведь он очень большой везде...
А тем временем по городу ходят страшные слухи об огромном убийце некроманте.
РАССКАЗ ЗАКОНЧЕН! СКИДКА МАКСИМАЛЬНАЯ ПРЯМО СЕЙЧАС!
— Где Петр? – мой голос звучит хрипло, чужим шепотом.
— Твой муж, – говорит наконец незнакомец. – Твой муж сейчас занят. Он подписывает бумаги. Оформляет передачу прав.
Глаза мужчины скользят по мне. Левый – цвет холодной стали, северного моря. Правый – темнее, с золотистыми искрами у зрачка, как у крупного хищника.
— Каких прав? – я отступаю, пока спина не упирается в высокий стол у камина.
— Права первой ночи, Елизавета. Твоя невинность была залогом в его игре. И он проиграл. Мне. Снимай свое свадебное платье, я хочу посмотреть на то, что выкупил у твоего мужа.
Целиком.
— Где Петр? – мой голос звучит хрипло, чужим шепотом.
— Твой муж, – говорит наконец незнакомец. – Твой муж сейчас занят. Он подписывает бумаги. Оформляет передачу прав.
Глаза мужчины скользят по мне. Левый – цвет холодной стали, северного моря. Правый – темнее, с золотистыми искрами у зрачка, как у крупного хищника.
— Каких прав? – я отступаю, пока спина не упирается в высокий стол у камина.
— Права первой ночи, Елизавета. Твоя невинность была залогом в его игре. И он проиграл. Мне. Снимай свое свадебное платье, я хочу посмотреть на то, что выкупил у твоего мужа.
Целиком.
Он — Дом. Мастер, обращающий контроль в исцеление, а боль — в очищение.
Она — душа, сломленная до состояния вещи. Ее купили на улице за пачку купюр.
Их встреча была случайной. Их союз — против всех правил.
Потому что иногда, чтобы спасти другого, нужно впустить его в самое сердце своей тьмы... и позволить ему запереть тебя изнутри.
пожалуйста поддержите автора подпиской и звездочкой.
Она — душа, сломленная до состояния вещи. Ее купили на улице за пачку купюр.
Их встреча была случайной. Их союз — против всех правил.
Потому что иногда, чтобы спасти другого, нужно впустить его в самое сердце своей тьмы... и позволить ему запереть тебя изнутри.
пожалуйста поддержите автора подпиской и звездочкой.
Собравшись с духом, я подошла к двери и нервно поднесла руку к электронному замку. Ожидая, что дверь приветливо распахнется.
Но ничего не произошло. Замок молчал.
— Что такое? В чем дело? — спросил Тимур, наблюдая за мной с любопытством и плохо скрываемым интересом. В его взгляде читалось что-то похожее на предвкушение.
Я нехотя повернулась к нему лицом. Чувствуя, как щеки предательски заливаются краской.
— Я… оставила ключ у подруги. В сумочке.
Выражение лица Тимура на мгновение изменилось. Сначала он провел рукой по лицу, словно не веря своим ушам. Словно пытаясь убедиться, что ему не послышалось, а потом… начал смеяться.
— Чего ты ржешь? — злобно спросила я.
— Просто… Это так… символично. Желаю удачи в ожидании своих подруг. Надеюсь, ваше воссоединение состоится как можно скорее.
Но ничего не произошло. Замок молчал.
— Что такое? В чем дело? — спросил Тимур, наблюдая за мной с любопытством и плохо скрываемым интересом. В его взгляде читалось что-то похожее на предвкушение.
Я нехотя повернулась к нему лицом. Чувствуя, как щеки предательски заливаются краской.
— Я… оставила ключ у подруги. В сумочке.
Выражение лица Тимура на мгновение изменилось. Сначала он провел рукой по лицу, словно не веря своим ушам. Словно пытаясь убедиться, что ему не послышалось, а потом… начал смеяться.
— Чего ты ржешь? — злобно спросила я.
— Просто… Это так… символично. Желаю удачи в ожидании своих подруг. Надеюсь, ваше воссоединение состоится как можно скорее.
Он похитил меня из свадебного экипажа. Друг моего брата, человек, которого я ненавижу всем сердцем с детства.
Теперь мы заперты в затерянном посреди метели доме, где единственная кровать становится полем битвы наших страстей. Он уверен, что я принадлежу только ему. Я же готова сражаться за себя до последнего вздоха.
Но что делать, когда ненависть начинает плавиться под натиском запретного влечения? Когда его прикосновения вызывают не только ярость, но и желание? Когда в его объятиях я чувствую себя одновременно пленницей и королевой?
В этой ледяной ловушке я должна решить: сдаться ли власти того, кого презираю, или бороться до конца за своё собственное будущее. Только вот сердце предательски шепчет, что даже сквозь свою ненависть я его…
Теперь мы заперты в затерянном посреди метели доме, где единственная кровать становится полем битвы наших страстей. Он уверен, что я принадлежу только ему. Я же готова сражаться за себя до последнего вздоха.
Но что делать, когда ненависть начинает плавиться под натиском запретного влечения? Когда его прикосновения вызывают не только ярость, но и желание? Когда в его объятиях я чувствую себя одновременно пленницей и королевой?
В этой ледяной ловушке я должна решить: сдаться ли власти того, кого презираю, или бороться до конца за своё собственное будущее. Только вот сердце предательски шепчет, что даже сквозь свою ненависть я его…
Он стоит в проеме, без пиджака, галстук ослаблен. В руке — папка.
— Лера? — его голос в тишине офиса звучит слишком интимно. — Что ты здесь делаешь?
— Сумочку забыла, — говорю я. — А Вы документы?
— Да.
— Я вызвала такси. Оно ждет, — говорю я, но не двигаюсь.
— Пусть ждет, — отвечает он тихо.
Он делает шаг вперед, потом еще один.
— Ты все еще дрожишь, — Его дыхание касается моего лица.
— Мне холодно, — лгу я, и голос срывается.
— Нет. Не холодно.
— Лера? — его голос в тишине офиса звучит слишком интимно. — Что ты здесь делаешь?
— Сумочку забыла, — говорю я. — А Вы документы?
— Да.
— Я вызвала такси. Оно ждет, — говорю я, но не двигаюсь.
— Пусть ждет, — отвечает он тихо.
Он делает шаг вперед, потом еще один.
— Ты все еще дрожишь, — Его дыхание касается моего лица.
— Мне холодно, — лгу я, и голос срывается.
— Нет. Не холодно.
Вера узнала, что на её место - жены и матери - и муж, и свекровь планируют "поставить" другую женщину.
И действует на опережение: уезжает...
40 - это новые 20!
И действует на опережение: уезжает...
40 - это новые 20!
«Добро пожаловать в выдуманную СФСР — страну непуганых идиотов и моральных эквилибристов, где для борьбы с демографией придумали закон, на фоне которого даже «Дом-2» выглядит документалкой канала «Культура». Если к 25 годам у тебя нет мужа и детей, ты официально перестаёшь быть человеком, превращаясь в государственную собственность, вроде дивана на Авито, которым пользуются по предъявлению паспорта.
Она приехала в гости — а оказалась в плену.
Девушка становится жертвой роковой ошибки: на Кавказе её похищают, перепутав с подругой. План похитителей прост — насильно выдать её замуж.
Её «жених» — старший брат семьи, хладнокровный и властный. Она отвергает его с яростью, бросая вызов его традициям и амбициям. Конфликт накаляется до предела — и оборачивается трагедией.
После произошедшего она бежит, бросив всё. Но он не отступает: пускается в погоню, одержимый желанием не просто вернуть — завоевать её любовь.
История о противостоянии, боли и странной, опасной страсти, где грань между ненавистью и любовью тоньше лезвия клинка.
Девушка становится жертвой роковой ошибки: на Кавказе её похищают, перепутав с подругой. План похитителей прост — насильно выдать её замуж.
Её «жених» — старший брат семьи, хладнокровный и властный. Она отвергает его с яростью, бросая вызов его традициям и амбициям. Конфликт накаляется до предела — и оборачивается трагедией.
После произошедшего она бежит, бросив всё. Но он не отступает: пускается в погоню, одержимый желанием не просто вернуть — завоевать её любовь.
История о противостоянии, боли и странной, опасной страсти, где грань между ненавистью и любовью тоньше лезвия клинка.
Продолжение романа Хочу Люблю Куплю.
Как сложится жизнь главных героев спустя 3 года после последних событий?
Сможет Илья пережить смерть любимой девушки?
Как справится Пашка?
Новый виток развития событий, новые испытания, новые эмоции
Как сложится жизнь главных героев спустя 3 года после последних событий?
Сможет Илья пережить смерть любимой девушки?
Как справится Пашка?
Новый виток развития событий, новые испытания, новые эмоции
Популярные эротические рассказы
Выберите полку для книги