Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «слушатьлюбовныероманы»
Кардиохирург Лара умеет одно: возвращать к жизни то, что уже почти умерло.
Десять лет она возвращала к жизни брак с Феликсом.
А он в это время думал, что её руки, пахнущие антисептиком и латексом, — это отвратительно.
И утешался со стажёркой. В отеле «Восточный». Пока жена покупала фолиевую кислоту, чтобы родить ему ребёнка.
Но есть диагнозы, которые не лечатся. Есть люди, которых не спасти. И есть момент, когда хирург просто убирает инструменты.
Лара убрала. Сняла кольцо. Набрала номер профессора.
«Я лечу. Через месяц».
Феликс узнает, что такое остановка сердца. Только лечить её будет некому.
Десять лет она возвращала к жизни брак с Феликсом.
А он в это время думал, что её руки, пахнущие антисептиком и латексом, — это отвратительно.
И утешался со стажёркой. В отеле «Восточный». Пока жена покупала фолиевую кислоту, чтобы родить ему ребёнка.
Но есть диагнозы, которые не лечатся. Есть люди, которых не спасти. И есть момент, когда хирург просто убирает инструменты.
Лара убрала. Сняла кольцо. Набрала номер профессора.
«Я лечу. Через месяц».
Феликс узнает, что такое остановка сердца. Только лечить её будет некому.
— Валь, устал я от твоих подозрений, — муж негодует так, будто это я заявилась домой с чемоданом любовника. — У меня итак сплошной нервяк на работе. А ты из-за какой-то случайности устроила целое расследование.
Случайность?
Да. Я тоже сначала так думала.
Особенно когда ждала его до трех ночи с остывшим ужином и верила в вечную непогоду, переносы рейсов, плохую связь и усталость. Когда берегла семейный очаг, пока он тратил наши вечера и остатки моего доверия на другую женщину.
Слава считал меня женой по умолчанию. Той, что проглотит, промолчит и снова слепо поверит.
Да как бы не так.
— Я в самолете, связь плохая, буду поздно, — прилетает СМС от него.
А я стою за стеклом кафе аэропорта и снимаю, как он целует руки другой женщины.
Что ж, капитан Ребров.
Тест на неверность провален.
А твое приземление будет жестким.
Случайность?
Да. Я тоже сначала так думала.
Особенно когда ждала его до трех ночи с остывшим ужином и верила в вечную непогоду, переносы рейсов, плохую связь и усталость. Когда берегла семейный очаг, пока он тратил наши вечера и остатки моего доверия на другую женщину.
Слава считал меня женой по умолчанию. Той, что проглотит, промолчит и снова слепо поверит.
Да как бы не так.
— Я в самолете, связь плохая, буду поздно, — прилетает СМС от него.
А я стою за стеклом кафе аэропорта и снимаю, как он целует руки другой женщины.
Что ж, капитан Ребров.
Тест на неверность провален.
А твое приземление будет жестким.
⭐ИСТОРИЯ ЗАВЕРШЕНА⭐
⭐САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА ⭐
— …да, представь, едет какая-то толстуха с европейским дипломом. Будет у меня в подчинении — вот и поглядим, такая ли умная.
Начальник невзлюбил меня еще до моего появления в офисе.
Дурацкие задания для издевки, место в углу и хамство…
Не на ту напал, красавчик.
Все меняется, когда он узнает, что я дочь его босса и наследница миллионов.
Только это ему уже вряд ли поможет. Я знаю все секреты этого самодура, которые вмиг схлопнут его напускную важность и даже карьеру.
Теперь поиграем?
Ну, что, милый? Я достаточно умна для толстухи с европейским дипломом?
В романе вас ждут:
— неунывающая героиня формата Plus Size;
— противостояние характеров;
— гад, который встретил достойную соперницу;
— подковерные игры;
— романтика и юмор.
⭐САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА ⭐
— …да, представь, едет какая-то толстуха с европейским дипломом. Будет у меня в подчинении — вот и поглядим, такая ли умная.
Начальник невзлюбил меня еще до моего появления в офисе.
Дурацкие задания для издевки, место в углу и хамство…
Не на ту напал, красавчик.
Все меняется, когда он узнает, что я дочь его босса и наследница миллионов.
Только это ему уже вряд ли поможет. Я знаю все секреты этого самодура, которые вмиг схлопнут его напускную важность и даже карьеру.
Теперь поиграем?
Ну, что, милый? Я достаточно умна для толстухи с европейским дипломом?
В романе вас ждут:
— неунывающая героиня формата Plus Size;
— противостояние характеров;
— гад, который встретил достойную соперницу;
— подковерные игры;
— романтика и юмор.
…Моя подруга сидит на диване в накинутой на плечи рубашке моего мужа.
Я не кричу.
Вместо этого во мне что-то похожее на очень глубокую тишину. Как когда ныряешь в воду и звуки вдруг кончаются.
***
Лифт ещё здесь – я нажимаю кнопку, слышу за спиной шаги, быстрые, и прежде, чем двери успевают открыться, его рука ложится на моё плечо.
– Подожди, – голос другой: жёсткий, почти сердитый. – Кать, ты не можешь вот так просто уйти. Нам нужно поговорить. Вернись!
Я смотрю на его руку на своём плече.
Потом смотрю на него.
Босой. В коридоре.
– Да пошёл ты, – говорю я и, скидывая его руку, захожу в лифт…
Я не кричу.
Вместо этого во мне что-то похожее на очень глубокую тишину. Как когда ныряешь в воду и звуки вдруг кончаются.
***
Лифт ещё здесь – я нажимаю кнопку, слышу за спиной шаги, быстрые, и прежде, чем двери успевают открыться, его рука ложится на моё плечо.
– Подожди, – голос другой: жёсткий, почти сердитый. – Кать, ты не можешь вот так просто уйти. Нам нужно поговорить. Вернись!
Я смотрю на его руку на своём плече.
Потом смотрю на него.
Босой. В коридоре.
– Да пошёл ты, – говорю я и, скидывая его руку, захожу в лифт…
— Успокоилась? — спрашивает холодно кавказец. — От твоих криков ничего не изменится. Твой отец отдал тебя мне.
— Как он мог? Я не вещь!
— Ты его дочь, и он распоряжается твоей судьбой. Чтобы сгладить конфликт, он смог сделать единственное предложение, которое устроило обе стороны.
— Но зачем вам я?
— Будешь гарантом мира.
— Я не согласна.
— Разве ты не поняла, девочка? У тебя нет права голоса. И теперь твоя жизнь полностью в моих руках. И лучше тебе мне не перечить, а делать все, что я говорю.
— Тогда вы меня отпустите?
— Исключено. Но я тот, кто может сделать твое существование чуточку приятнее. Или же, наоборот, превратить его в ад.
Отец откупился мной от опасного кавказского авторитета. Теперь я игрушка в его руках, с которой он может делать все что угодно. Но лучше бы он просто издевался надо мной. Потому что нет ничего страшнее, чем пробудить в этом чудовище чувства…
— Как он мог? Я не вещь!
— Ты его дочь, и он распоряжается твоей судьбой. Чтобы сгладить конфликт, он смог сделать единственное предложение, которое устроило обе стороны.
— Но зачем вам я?
— Будешь гарантом мира.
— Я не согласна.
— Разве ты не поняла, девочка? У тебя нет права голоса. И теперь твоя жизнь полностью в моих руках. И лучше тебе мне не перечить, а делать все, что я говорю.
— Тогда вы меня отпустите?
— Исключено. Но я тот, кто может сделать твое существование чуточку приятнее. Или же, наоборот, превратить его в ад.
Отец откупился мной от опасного кавказского авторитета. Теперь я игрушка в его руках, с которой он может делать все что угодно. Но лучше бы он просто издевался надо мной. Потому что нет ничего страшнее, чем пробудить в этом чудовище чувства…
— Мой контракт — только танец. Смотреть можно, трогать нельзя! — шиплю я в лицо кавказскому миллиардеру.
— Девочка, я могу купить этот клуб вместе с тобой, — Руслан Демильханов ухмыляется мне в губы. — Ты едешь со мной в Грозный. Будешь играть мою покорную невесту.
Я согласилась, чтобы спастись от отчисления, и думала, что полностью контролирую эту сделку. Но одна душная ночь в горах сожгла наши правила дотла, оставив на рассвете алое пятно на простыни и тайную беременность в моем будущем.
Я совершила дерзкий побег обратно в Москву. Четыре месяца я пряталась от него, баюкая округлившийся живот, пока сегодня у ворот университета снова не затормозил его черный внедорожник…
— Девочка, я могу купить этот клуб вместе с тобой, — Руслан Демильханов ухмыляется мне в губы. — Ты едешь со мной в Грозный. Будешь играть мою покорную невесту.
Я согласилась, чтобы спастись от отчисления, и думала, что полностью контролирую эту сделку. Но одна душная ночь в горах сожгла наши правила дотла, оставив на рассвете алое пятно на простыни и тайную беременность в моем будущем.
Я совершила дерзкий побег обратно в Москву. Четыре месяца я пряталась от него, баюкая округлившийся живот, пока сегодня у ворот университета снова не затормозил его черный внедорожник…
— Мне очень жаль, — произносит врач сухо, будто читает по бумажке. — Ребёнок не выжил. Осложнения при родах, сердце не выдержало.
— Нет, — говорю я тихо. Потом громче: — Нет!
— Такое, к сожалению, случается...
— Я СЛЫШАЛА, КАК ОНА ПЛАКАЛА! — кричу я так, что срывается голос, кричу так, что, кажется, стены роддома вздрагивают. — Я слышала её! Она кричала, она была живая, я слышала!
Врач резко дергает меня за рукав ночнушки:
— Анна, Ваша дочь не выжила при родах, матку мы удалили, осложнения и не устраивайте здесь истерику, это вам не кабинет психолога!
Пятнадцать лет назад мой муж-генерал выгнал меня из дома беременную, подумав, что я изменила ему. Моя дочь родилась мертвой, а я осталась абсолютно бесплодной. Так я думала все эти долгие пятнадцать лет, пока в отделение хирургии не вбежал мой бывший муж с ребенком от чужой женщины на руках:
— Спасите мою дочь! Кто-нибудь! Спасите мою дочь! Мы попали в аварию!
— Нет, — говорю я тихо. Потом громче: — Нет!
— Такое, к сожалению, случается...
— Я СЛЫШАЛА, КАК ОНА ПЛАКАЛА! — кричу я так, что срывается голос, кричу так, что, кажется, стены роддома вздрагивают. — Я слышала её! Она кричала, она была живая, я слышала!
Врач резко дергает меня за рукав ночнушки:
— Анна, Ваша дочь не выжила при родах, матку мы удалили, осложнения и не устраивайте здесь истерику, это вам не кабинет психолога!
Пятнадцать лет назад мой муж-генерал выгнал меня из дома беременную, подумав, что я изменила ему. Моя дочь родилась мертвой, а я осталась абсолютно бесплодной. Так я думала все эти долгие пятнадцать лет, пока в отделение хирургии не вбежал мой бывший муж с ребенком от чужой женщины на руках:
— Спасите мою дочь! Кто-нибудь! Спасите мою дочь! Мы попали в аварию!
- Кто дал тебе право мной управлять? – смотрю в серые холодные глаза и не вижу там ни одной эмоции. Только циничная, холодная маска безразличия.
- Твой дед отдал мне тебя, - спокойно отвечает мужчина, смотря куда-то сквозь меня. Иногда, мне кажется, что он давно мертв.
- Он не имеет право мной управлять, я не его вещь.
- Он, может, и нет, а я смогу.
- Ни за что! Слышишь!? Я тебе не позволю! Силой будешь брать?
- Зачем же силой? – он усмехается, но только губами, глаза по-прежнему спокойные и холодные. - Ты сама себя отдашь и не только тело, но и душу.
#Властный герой
#Противостояние характеров
#Очень откровенно
#Личные драмы
ХЭ!
- Твой дед отдал мне тебя, - спокойно отвечает мужчина, смотря куда-то сквозь меня. Иногда, мне кажется, что он давно мертв.
- Он не имеет право мной управлять, я не его вещь.
- Он, может, и нет, а я смогу.
- Ни за что! Слышишь!? Я тебе не позволю! Силой будешь брать?
- Зачем же силой? – он усмехается, но только губами, глаза по-прежнему спокойные и холодные. - Ты сама себя отдашь и не только тело, но и душу.
#Властный герой
#Противостояние характеров
#Очень откровенно
#Личные драмы
ХЭ!
– Что ты здесь делаешь? – страх, который вызывает во мне Максим, пасует перед злостью.
Бросаюсь к нему, не обращая внимания на охрану и выхватываю из рук своего сына. Я успокаивающе глажу Лёшку по голове и целую в теплую, розовую щечку. Как он посмел заявиться ко мне, да еще и так бесцеремонно.
– У тебя очаровательный ребенок, – изображает некое подобие улыбки, дергая уголком губ.
– Ты не ответил на мой вопрос.
Ежусь под его внимательным взглядом, потому что Макс нагло меня рассматривает.
– Тогда, в офисе мы так и не поговорили, – мужчина бегло оглядывает небольшую гостиную. Наверное, у него уборная больше, чем вся моя квартира.
– Нам не о чем разговаривать, – отрезаю я.
– Ошибаешься, Ася, – он скидывает пиджак и небрежно бросает его на спинку дивана. Так, словно это его диван. И вообще вся эта квартира и я, в придачу к ней, тоже его. — У меня много тем накопилось за то время, что мы не виделись…
Бросаюсь к нему, не обращая внимания на охрану и выхватываю из рук своего сына. Я успокаивающе глажу Лёшку по голове и целую в теплую, розовую щечку. Как он посмел заявиться ко мне, да еще и так бесцеремонно.
– У тебя очаровательный ребенок, – изображает некое подобие улыбки, дергая уголком губ.
– Ты не ответил на мой вопрос.
Ежусь под его внимательным взглядом, потому что Макс нагло меня рассматривает.
– Тогда, в офисе мы так и не поговорили, – мужчина бегло оглядывает небольшую гостиную. Наверное, у него уборная больше, чем вся моя квартира.
– Нам не о чем разговаривать, – отрезаю я.
– Ошибаешься, Ася, – он скидывает пиджак и небрежно бросает его на спинку дивана. Так, словно это его диван. И вообще вся эта квартира и я, в придачу к ней, тоже его. — У меня много тем накопилось за то время, что мы не виделись…
— Ты невыносима, Маша!
— Зато веселая. Не всем же быть ледяными истуканами, как вы, Олег Дмитриевич.
— Я предупреждал: один косяк — и вылетишь.
— Я попробую.
Я — дочь миллионера, папина принцесса выброшенная на «вольные хлеба».
Он — холодный, властный и привыкший все контролировать.
Но только не меня.
Мы ругаемся, спорим до хрипоты. А потом он прижимает меня к стене и целует так, что рушатся все границы.
В этой игре на выживание есть только один вопрос: кто первый сдастся — я или он?
#ДЕРЗКАЯ ГЕРОИНЯ И СЕРЬЕЗНЫЙ ГЕРОЙ
#НЕИЗМЕНА
#НЕРАЗВОД
— Зато веселая. Не всем же быть ледяными истуканами, как вы, Олег Дмитриевич.
— Я предупреждал: один косяк — и вылетишь.
— Я попробую.
Я — дочь миллионера, папина принцесса выброшенная на «вольные хлеба».
Он — холодный, властный и привыкший все контролировать.
Но только не меня.
Мы ругаемся, спорим до хрипоты. А потом он прижимает меня к стене и целует так, что рушатся все границы.
В этой игре на выживание есть только один вопрос: кто первый сдастся — я или он?
#ДЕРЗКАЯ ГЕРОИНЯ И СЕРЬЕЗНЫЙ ГЕРОЙ
#НЕИЗМЕНА
#НЕРАЗВОД
Выберите полку для книги