Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «слушатьлюбовныероманы»

– Какого черта, батя?! Ты чего?! Как мог?!
В шоке замираю у двери, сын кричит прямо в кабинете мужа. Берусь за ручку, хочу войти, чтобы понять, что происходит, как вдруг слышу:
– Давно на молодух потянуло?!
– Я тебе уже объяснил, хватит! – резко, раздраженно отвечает муж.
– Объяснил?! Да ты издеваешься надо мной?! – ревет в ответ наш сын.
– Сергей, ты сейчас не в том состоянии, чтобы делать выводы!
Голос мужа становится ниже, холоднее, но в ответ я слышу ужасающее:
– А ты в каком, папа?! В каком ты состоянии был, когда залез в постель к девушке своего сына?!

А затем на кухню заглянул высокий мужчина в форме старлея.
- Здравствуйте, - проговорил военный, с улыбкой стягивая с головы черный берет, застенчиво комкая его в руках.
Женщины уставились на гостя, вытаращив удивленные глаза, замерли, не мигая, и, казалось, даже перестали дышать.
Старлей застыл на пороге, улыбчивый, лопоухий, с лучистыми глазами цвета молодой зелени. Пристально и внимательно рассматривал двух дам за кухонным столом.
- Рыцарь? – спросила у него пожилая женщина в цветастом халате.
- Чего? – хохотнул мужчина, удивленно поднимая густые брови.
- Дракона, говорю, победить можешь? – спросила старушка.
- Так точно, - кивнул военный, - Я ж морпех, - широкая улыбка делала его забавным, озорным пацаном.
- Годишься, - одобрила его пенсионерка, окинув с головы до ног оценивающим взглядом.

— Ты… правда мне изменяешь? С моей подругой? С Мариной?
Смотрю на Семёна и поверить не могу.
Мда… День влюблённых – что надо.
— И? Не моя вина! Ты в последнее время вообще себя запустила, Катюх. В зеркало смотрелась? У Марины попа — орех, упругая, спортивная. А у тебя? — Он кивает на мои бёдра. — Рыхлая как тесто. Ты от своих тортов и булок разжирела как бегемот!
— Я кондитер!
— Ой, не смеши! Признайся, ты просто пожрать любишь! Будешь печь их каждый день — вообще в двери не пройдёшь!
***
Но в двери я, всё же, прошла.
На выход из его жизни.
Гордо, прямо к метро, а потом в ресторан.
Идти было некуда, решила одну ночь переночевать на работе, когда над головой раздалось громогласное:

— Вы почему голая на моей кухне?
Кто же знал, что мой горячий грузинский шеф тоже одинок на День Влюблённых?

У меня не было ярких чувств, расставаться не больно. Но вот оказаться без работы и без дома, да.
Аринка, прижавшись к моему боку, с аппетитом жует пирожок.
— Ничего, всё у нас будет отлично. И работу новую найду и жильё. Главное, что мы здоровы. А это всё мелочи, — произношу для поддержания боевого духа.
Дочка согласно кивает, а я испытываю желание разреветься.
Как можно быть такой слепой и не видеть, что меня используют?
— Я тоже могу работать, я деток люблю, могу их нянчить, — деловито сообщает Арина.
— Вы ищете работу няней? — внезапно рядом раздаётся мужской голос.
— Да, мы ищем. И хорошо если вы нас к себе жить возьмёте, — без тени сомнения заявляет Арина, это всё действие сериалов, которые любит Пашина мама.
Оборачиваюсь и сердце в груди замирает.
Слава. Друг моего брата. Тот, в кого когда-то я была влюблена и для кого оставалась только “мелкой”.
— Мелкая? Ты? — узнает и он.
Мелкая и только… А всё остальное мои домыслы и мои ошибки…

🔥КНИГА ЗАВЕРШЕНА!

— Я подаю на развод.
— Что?
— Ты слышала. Я подаю на развод, документы готовы. Я хочу, чтобы всё прошло по-человечески, без истерик и без юристов. Поэтому я и принёс эти бумаги. Подпиши — и мы расстанемся цивилизованно.
— По-человечески, — медленно повторяю я.
— Именно.
— Что в этих бумагах, Андрей?
— Отказ от имущественных претензий и согласие на расторжение брака. Я предусмотрел компенсацию. Триста тысяч единовременно, и я оставляю тебе машину. Этого больше чем достаточно, чтобы ты спокойно встала на ноги.
— Я не буду это подписывать.
— Давай ты сейчас не будешь делать глупостей. Я предлагаю тебе хорошие условия. Очень хорошие. Если ты начнёшь упираться, всё пойдёт по другому сценарию, и тебе он не понравится.
***
В подарок в нашу годовщину муж заявился с твердым намерением оставить меня ни с чем. Не знаю как, но я найду выход и покажу своему мужу его место.

Сегодня день рождения наших детей. Близнецам 15.
Спускаюсь в подсобку, куда пару минут назад зашел муж.
Из-за двери слышу негромкий голос Ромы.
— Подожди! Ты можешь объяснить, зачем ты приехала?
Ему отвечает женщина.
— Милый, меня пригласил твой отец. Что я должна была сказать? «Нет, спасибо, я боюсь рассердить вашу невестку»?
— Мы договаривались о границах, — Рома отвечает жестко, осаживает ее. — Это праздник моих детей! Я хочу один день без…
— Ром. — Она усмехается, я слышу эту усмешку даже сквозь дверь. — Все будет нормально. Я просто посижу, поздравлю, уеду. Никто ничего не узнает. Неужели тебя это совсем не заводит, любимый? Вот так, у всех на виду?! Я за столом, твоя жена напротив — и только мы с тобой знаем правду.
Любимый.
Знаем правду.

Теперь, дорогие, я тоже ее знаю. И боюсь, вам это совсем не понравится.

Они категорично разные, как сталь и хрусталь, как зной и стужа. Он ненавидит ее за то, что она появилась в его мире, ее раздражает самодовольство этого мерзавца.

Вокруг них запреты и собственные противоречия, ведь ее мать выходит замуж за его отца.

Что победит?

Страсть, нарушающая правила или желание избавиться от этой жажды? Сумеет ли она разгадать его и дотянуться до камня в его груди? Сможет ли он отказаться от соблазна и противостоять той силе чувств, что внезапно оживут в нем?

❗️В тексте присутствует обсценная лексика❗️

– Почему эта женщина хозяйничает на нашей даче, Святослав? – показываю мужу фото на телефоне, сделанное впопыхах.
– На моей даче, ты хочешь сказать? – отзывается он спокойно. – Зачем тебя туда вообще понесло?
– За тем, что я горбачусь там, сажаю огород, ухаживаю за ним и кормлю с него семью! А теперь все мои посадки на мусорной куче, а огород закатали в газон! – я чуть не плачу от обиды.
Столько сил было отдано этой земле…
– Ну значит, кто-то старался усерднее, и в куда более нужном месте, – муж красноречиво кивает на свою ширинку, и я забываю, как дышать.
Еще минуту назад я наивно полагала, что дачу муж просто продал.
– А дети, – хриплю, – которые с той женщиной на даче…
– Похожи на меня, да? – улыбается он. – Скажи спасибо, что я отдал им только дачу.
Разводиться он не хотел, но я добилась своего. Не знаю, что было с ним после. Я переехала к родителям.
Он объявился через полгода с новостью, от которой у меня волосы встали дыбом. Волей-неволей пришлось возвращаться:

Четыре года я собирала себя по осколку. Новый дом. Двое детей. Мужчина, рядом с которым я наконец разучилась вздрагивать от ключей в замке.
А потом всё вернулось разом — чужие духи на его пальто, отель, погасший телефон, чужой женский голос в трубке:
— Алло, да, милый?

И я поверила. Снова. Как когда-то поверила спокойному голосу другого мужчины — за миг до того, как он сказал мне «собери вещи».
Только я не знала главного. Что это не измена — это ловушка. Что бьют не в него — бьют в меня, в тот самый незаживший рубец. А потом у его машины откажут тормоза. В машине, в которой каждое утро едут в сад мои дети.

Я думала, что выстрадала своё счастье и меня наконец оставят в покое.

Я ошиблась.
Только не в нём.

Кто готов уничтожить того, кто стал твоим домом, — чтобы снова оставить тебя одной? И как далеко они зайдут, если под удар попадут дети?

- Вы всегда командуете? - спрашиваю я.
- Да.
- Тогда плохие новости, адмирал: мной командовать не получится.
Я вырвалась из брака с тираном и поклялась: больше ни один мужчина не будет мне указывать. Теперь учу людей слышать свое тело, отпускать боль и дышать полной грудью, только сама давно забыла, что такое жить, а не выживать.
Всё меняется, когда появляется 15-летний парень и его отец - контр-адмирал Роман Воронцов, человек из стали и льда. За его безупречной выправкой скрывается вина, которая много лет не дает ему жить. Он не ищет любви и точно не собирается снова привязываться к женщине.
Но бывший муж объявляет мне войну, подросток путает благодарность с первой любовью, а мужчина, которому невозможно приказать отступить, всё чаще смотрит на меня так, что становится трудно дышать.
- Я не лучшая из женщин, адмирал.
- Поздно предупреждать, я уже влюблён.
Только вот любовь не отменяет чужих ошибок, старых ран и цену, которую иногда приходится платить за право быть счастливы