Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «слушатьлюбовныероманы»
– Здравствуйте, – голос женский, молодой, но какой-то напряженный. – Вы жена Дениса Копылова?
– Да, а в чем дело? С ним что-то случилось? – Пальцы сами собой сжимают трубку крепче.
– Нет, с ним все в порядке. Слишком даже в порядке, если вы понимаете, о чем я.
Загадочность в голосе незнакомки заставляет меня напрячься. Я выпрямляюсь в кресле и настраиваюсь на серьезный разговор.
– Простите, но кто вы такая? И что вам нужно?
– Меня зовут... это неважно. Важно то, что ваш муж изменяет вам.
Слова повисают в воздухе, как осколки разбитого стекла.
– Это очень серьезное обвинение, – говорю я медленно, взвешивая каждое слово. – На чем оно основано?
– На том, что я работаю в той же больнице, что и он. Видела собственными глазами, как он целует эту... Викторию. Молодую медсестру из кардиологии.
– Да, а в чем дело? С ним что-то случилось? – Пальцы сами собой сжимают трубку крепче.
– Нет, с ним все в порядке. Слишком даже в порядке, если вы понимаете, о чем я.
Загадочность в голосе незнакомки заставляет меня напрячься. Я выпрямляюсь в кресле и настраиваюсь на серьезный разговор.
– Простите, но кто вы такая? И что вам нужно?
– Меня зовут... это неважно. Важно то, что ваш муж изменяет вам.
Слова повисают в воздухе, как осколки разбитого стекла.
– Это очень серьезное обвинение, – говорю я медленно, взвешивая каждое слово. – На чем оно основано?
– На том, что я работаю в той же больнице, что и он. Видела собственными глазами, как он целует эту... Викторию. Молодую медсестру из кардиологии.
Я смотрю на электронный тест в ледяных, дрожащих пальцах и гипнотизирую его взглядом. Индикатор с часами продолжает предательски мигать. Затем исчезает на доли секунд.
«Не беременна».
Телефон на столе вибрирует, сообщение от мужа: «Ну что там?»
Пальцы сами набирают ответ: «Не беременна». Он тут же звонит.
- Семён, я занята, у меня обход…
- Карина, привет! - перебивает меня голос подруги.
Я замираю. Смотрю на экран. Да, вызов от Семёна. Но говорит моя подруга.
- Ну как ты? - продолжает Вера. - Расстроилась, да? Тест отрицательный?
- Почему у тебя телефон Семёна? Где он? С ним что-то случилось?
- А Семён... Семён сейчас занят. Ты не переживай насчёт беременности. Так будет лучше для нас троих. Понимаешь, - продолжает она, - с ребенком было бы сложнее. Он бы никогда тебя не отпустил. А так давай ты просто подашь на развод, без лишних претензий? И мы с Сёмой наконец-то заживем спокойно.
«Не беременна».
Телефон на столе вибрирует, сообщение от мужа: «Ну что там?»
Пальцы сами набирают ответ: «Не беременна». Он тут же звонит.
- Семён, я занята, у меня обход…
- Карина, привет! - перебивает меня голос подруги.
Я замираю. Смотрю на экран. Да, вызов от Семёна. Но говорит моя подруга.
- Ну как ты? - продолжает Вера. - Расстроилась, да? Тест отрицательный?
- Почему у тебя телефон Семёна? Где он? С ним что-то случилось?
- А Семён... Семён сейчас занят. Ты не переживай насчёт беременности. Так будет лучше для нас троих. Понимаешь, - продолжает она, - с ребенком было бы сложнее. Он бы никогда тебя не отпустил. А так давай ты просто подашь на развод, без лишних претензий? И мы с Сёмой наконец-то заживем спокойно.
Меня зовут Лиза, мне двадцать шесть, и за последние три месяца я обошла сорок семь собеседований. Сорок семь! А у меня, между прочим, ипотека! И кот Беляш, который постоянно хочет есть!
«Тёмный Горизонт» стал сорок восьмой попыткой.
Так я устроилась в компанию, где сотрудники – монстры, начальник – демон, а папки дымятся и пытаются меня укусить.
И я решила это расследовать.
Вот только со «следственными действиями» всё как-то не складывается: то крылатый котенок вывалится из вентиляции прямо на меня, то новенький сотрудник-вампир на свидание зовёт, то босс...
Так, постойте. Босс. Мой рогатый босс меня ревнует?!
«Тёмный Горизонт» стал сорок восьмой попыткой.
Так я устроилась в компанию, где сотрудники – монстры, начальник – демон, а папки дымятся и пытаются меня укусить.
И я решила это расследовать.
Вот только со «следственными действиями» всё как-то не складывается: то крылатый котенок вывалится из вентиляции прямо на меня, то новенький сотрудник-вампир на свидание зовёт, то босс...
Так, постойте. Босс. Мой рогатый босс меня ревнует?!
— Яна появилась, — все-таки выдыхаю правду.
— В каком смысле появилась? Приехала? Позвонила? Нашла тебя в соцсетях?
— Резюме прислала. Хочет устроиться ко мне помощницей.
Денис молчит.
— И что ты? Нанял ее? — голос низкий, опасный, с хрипотцой.
— Нет. Пригласил на собеседование. В пятницу.
Он откидывается на спинку стула и смотрит на меня так, будто я признался, что продал его семью в рабство.
— Ты идиот? — психует он. — Нет, ты не идиот. Ты — самоубийца. Ты, ученый с большой буквы, который решил проверить на себе действие электрического стула.
— Денис…
— Она тебя разоблачит, Влас. Она испортит все планы.
Я сглатываю. Ком в горле становится еще больше.
— У нее есть ребенок. Сын. Два года два месяца.
Друг замирает. Весь его громкий, нахальный образ осыпается, оставляя голую растерянность.
— Два года?
— Да. Я могу быть его отцом.
— В каком смысле появилась? Приехала? Позвонила? Нашла тебя в соцсетях?
— Резюме прислала. Хочет устроиться ко мне помощницей.
Денис молчит.
— И что ты? Нанял ее? — голос низкий, опасный, с хрипотцой.
— Нет. Пригласил на собеседование. В пятницу.
Он откидывается на спинку стула и смотрит на меня так, будто я признался, что продал его семью в рабство.
— Ты идиот? — психует он. — Нет, ты не идиот. Ты — самоубийца. Ты, ученый с большой буквы, который решил проверить на себе действие электрического стула.
— Денис…
— Она тебя разоблачит, Влас. Она испортит все планы.
Я сглатываю. Ком в горле становится еще больше.
— У нее есть ребенок. Сын. Два года два месяца.
Друг замирает. Весь его громкий, нахальный образ осыпается, оставляя голую растерянность.
— Два года?
— Да. Я могу быть его отцом.
— Ну а твой суженый когда явится? Ни за что не поверю, что ты себе не делала расклад, — спрашивает меня подруга.
— Делала. Мой Король Пентаклей появится, когда я попаду в большую беду, — вздыхаю я. — Так что я пока без суженого похожу.
Но от судьбы долго бегать нельзя. Судьба в виде здоровенного мужика в кожаном пальто настигает меня в косметологической клинике, где я работаю, и бьёт меня обухом по голове неожиданной просьбой:
— Я хочу подарить бывшей грудь.
— Делала. Мой Король Пентаклей появится, когда я попаду в большую беду, — вздыхаю я. — Так что я пока без суженого похожу.
Но от судьбы долго бегать нельзя. Судьба в виде здоровенного мужика в кожаном пальто настигает меня в косметологической клинике, где я работаю, и бьёт меня обухом по голове неожиданной просьбой:
— Я хочу подарить бывшей грудь.
— Двадцать лет я тянул эту лямку. Ради Ясмины. Ради семьи. Ради матери, которая в тебе души не чает. А теперь дочь выросла. И я свободен.
— Свободен? — повторяю я, чувствуя, как губы немеют. — Свободен от чего? От меня?
— От всего этого, — он обводит рукой наш дом, сад, накрытые столы. — От притворства. От обязательств. От тебя, Амира!
Я теряю дар речи. Ещё с утра я провожала мужа на работу. Целовала его и обнимала. А сейчас он говорит какую-то нелепую чушь.
— У тебя кто-то есть... Значит, ты изменил мне... — шепчу, не в силах до сих пор поверить в происходящее.
— Амира, всё намного сложнее... — внезапно говорит он.
— Куда ещё сложнее? — зло цежу.
— У меня другая семья, — добивает меня Булат.
***
Измена мужа — это только начало. Она разделила жизнь семьи на до и после. Дальше было страшнее...
— Свободен? — повторяю я, чувствуя, как губы немеют. — Свободен от чего? От меня?
— От всего этого, — он обводит рукой наш дом, сад, накрытые столы. — От притворства. От обязательств. От тебя, Амира!
Я теряю дар речи. Ещё с утра я провожала мужа на работу. Целовала его и обнимала. А сейчас он говорит какую-то нелепую чушь.
— У тебя кто-то есть... Значит, ты изменил мне... — шепчу, не в силах до сих пор поверить в происходящее.
— Амира, всё намного сложнее... — внезапно говорит он.
— Куда ещё сложнее? — зло цежу.
— У меня другая семья, — добивает меня Булат.
***
Измена мужа — это только начало. Она разделила жизнь семьи на до и после. Дальше было страшнее...
— Суворова. Управление боевой подготовки. Приказ министра. Учения. Старт завтра, шесть ноль-ноль.
Он оборачивается.
Высокий, под два метра. Брюнет, зеленые глаза и седина на висках.
Он усмехается.
— Кажется, вы ошиблись этажом. — Кивает на дверь. — Кухня внизу.
— На кухне кормят, — говорю. — А я приехала вас морить голодом семь суток.
Кидает на меня свой генеральский взгляд. Не вышло.
— Слушай сюда. — Он подается вперед. — Ты начиталась бумажек в теплом кабинете и приехала ко мне в часть играть в войнушку. Я командую пятнадцать лет.
***
— Будешь выполнять все, что скажет Анна Александровна. Или сдашь должность к обеду. Понятно?
— Понял, товарищ заместитель министра, — говорит он на весь кабинет.
Завтра я заставлю его машину работать на всю катушку.
Всю — до последнего болта, до последнего рядового, до него самого.
Если, конечно, он не решит устроить саботаж.
В романе вас ждут:
— неунывающая героиня формата Пышка;
— противостояние характеров;
— неподдельные чувства
Он оборачивается.
Высокий, под два метра. Брюнет, зеленые глаза и седина на висках.
Он усмехается.
— Кажется, вы ошиблись этажом. — Кивает на дверь. — Кухня внизу.
— На кухне кормят, — говорю. — А я приехала вас морить голодом семь суток.
Кидает на меня свой генеральский взгляд. Не вышло.
— Слушай сюда. — Он подается вперед. — Ты начиталась бумажек в теплом кабинете и приехала ко мне в часть играть в войнушку. Я командую пятнадцать лет.
***
— Будешь выполнять все, что скажет Анна Александровна. Или сдашь должность к обеду. Понятно?
— Понял, товарищ заместитель министра, — говорит он на весь кабинет.
Завтра я заставлю его машину работать на всю катушку.
Всю — до последнего болта, до последнего рядового, до него самого.
Если, конечно, он не решит устроить саботаж.
В романе вас ждут:
— неунывающая героиня формата Пышка;
— противостояние характеров;
— неподдельные чувства
Марго сбежала в деревню к бабушке — зализывать раны после того, как бывший назвал её «жирной коровой» и променял на тощую фифу. Интернета нет, из развлечений — только огород. Она думала, что три месяца будет скучать в одиночестве, пока бабуля не отправила её к соседу с корзинкой кукурузы.
Егор — огромный, бородатый лесоруб, бизнесмен, сбежавший из города. Ему нужна тишина, дрова и одиночество. А нашёл он дерзкую пышку в обтягивающей майке без лифчика, которая стоит на его заднем дворе и пялится на него с открытым ртом.
Он не говорит комплиментов. Он смотрит — так, что у неё подкашиваются колени и намокает между ног. И когда он произносит «красиво», глядя на её полное тело, она понимает: этот мужчина опасен. Очень опасен. Потому что он хочет её. По-настоящему. И он не отступит, пока не получит.
Егор — огромный, бородатый лесоруб, бизнесмен, сбежавший из города. Ему нужна тишина, дрова и одиночество. А нашёл он дерзкую пышку в обтягивающей майке без лифчика, которая стоит на его заднем дворе и пялится на него с открытым ртом.
Он не говорит комплиментов. Он смотрит — так, что у неё подкашиваются колени и намокает между ног. И когда он произносит «красиво», глядя на её полное тело, она понимает: этот мужчина опасен. Очень опасен. Потому что он хочет её. По-настоящему. И он не отступит, пока не получит.
🔥ЗАВЕРШЕНА, ПОЛНЫЙ ТЕКСТ🔥— Посмотри в зеркало, Яна. Тебе сорок пять. Ты увяла.
В день серебряной свадьбы муж швыряет мне документы о разводе, а наша трёхлетняя дочь невинно спрашивает, почему папа качает чужую тётю на коленках, прямо как её.
Вместо раскаяния Вадим выставляет меня на улицу без денег, без дома и без права забрать ребёнка.
А ночью мою машину протаранил его внедорожник.
Пока я лежала в больнице между жизнью и смертью, муж подделал экспертизы, обвинил меня в пьяной аварии и забрал у меня дочь.
Теперь он ещё и грозит мне тюрьмой — за то, что подстроил сам.
Он уверен, что сломал меня окончательно.
Что я приползу обратно, подпишу любые бумаги и исчезну из его новой красивой жизни.
Но двадцать пять лет я была не просто женой.
Я была рядом, когда строилась его империя.
И я помню то, о чём ему давно стоило забыть.
Ты совершил самую жестокую ошибку в своей жизни, Вадим.
Я выжила. И теперь я вернусь за дочерью. А потом заберу у тебя всё.
В день серебряной свадьбы муж швыряет мне документы о разводе, а наша трёхлетняя дочь невинно спрашивает, почему папа качает чужую тётю на коленках, прямо как её.
Вместо раскаяния Вадим выставляет меня на улицу без денег, без дома и без права забрать ребёнка.
А ночью мою машину протаранил его внедорожник.
Пока я лежала в больнице между жизнью и смертью, муж подделал экспертизы, обвинил меня в пьяной аварии и забрал у меня дочь.
Теперь он ещё и грозит мне тюрьмой — за то, что подстроил сам.
Он уверен, что сломал меня окончательно.
Что я приползу обратно, подпишу любые бумаги и исчезну из его новой красивой жизни.
Но двадцать пять лет я была не просто женой.
Я была рядом, когда строилась его империя.
И я помню то, о чём ему давно стоило забыть.
Ты совершил самую жестокую ошибку в своей жизни, Вадим.
Я выжила. И теперь я вернусь за дочерью. А потом заберу у тебя всё.
Галя и Гриша была в браке двенадцать лет.
Но... измена. Развод. месть.
И Гоша. Который тринадцать лет мечтал сказать последнее слово...
Но... измена. Развод. месть.
И Гоша. Который тринадцать лет мечтал сказать последнее слово...
Выберите полку для книги