Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «слушатьлюбовныероманы»
– Вика! Ты настоящая идиотка! – кричит муж, сжимая кулаки. – Ты все испортила! Это был контракт на двадцать миллионов!
Его любовница, прячется за спиной Михаила, цепляясь пальцами за его плечи и изумленно смотрит на меня.
– Теперь это мой контракт на двадцать миллионов, – с усмешкой отвечаю я. – Можешь меня поздравить…
– Ты подлая дрянь, – шипит Кристина. – Ты нас подставила… За что? Мы просто хотели быть вместе! Мы любим друг друга, а ты завидуешь! И из-за своей зависти, ты ведешь себя как собака на сене… Ты никому не нужна! Вообще никому! Даже твой муж считает тебя обузой… Он меня любит… Меня! Что тебе от нас нужно?
– Все могло бы сложиться по-другому, – спокойно пожимаю плечами. – Вы просто не должны были втягивать в это моего ребенка.
Его любовница, прячется за спиной Михаила, цепляясь пальцами за его плечи и изумленно смотрит на меня.
– Теперь это мой контракт на двадцать миллионов, – с усмешкой отвечаю я. – Можешь меня поздравить…
– Ты подлая дрянь, – шипит Кристина. – Ты нас подставила… За что? Мы просто хотели быть вместе! Мы любим друг друга, а ты завидуешь! И из-за своей зависти, ты ведешь себя как собака на сене… Ты никому не нужна! Вообще никому! Даже твой муж считает тебя обузой… Он меня любит… Меня! Что тебе от нас нужно?
– Все могло бы сложиться по-другому, – спокойно пожимаю плечами. – Вы просто не должны были втягивать в это моего ребенка.
— Это ты?
— Да. И да, мы вместе будем.
— Он мой муж.
— Уже нет.
С того дня всё изменилось.
Беременная любовница, ухмылка через плечо, его «это ошибка» и наглое «не хочу разводиться».
Я молчала ровно до того момента, пока не поняла: ждать и надеяться — глупо.
Я не из тех, кто принимает предательство. Я из тех, кто отвечает на него.
И теперь они оба узнают, что значит — перейти мне дорогу.
— Да. И да, мы вместе будем.
— Он мой муж.
— Уже нет.
С того дня всё изменилось.
Беременная любовница, ухмылка через плечо, его «это ошибка» и наглое «не хочу разводиться».
Я молчала ровно до того момента, пока не поняла: ждать и надеяться — глупо.
Я не из тех, кто принимает предательство. Я из тех, кто отвечает на него.
И теперь они оба узнают, что значит — перейти мне дорогу.
— Марина, я даю тебе сутки на размышление. Завтра вечером, снова в это же время, жду тебя в том самом кафе. Не придешь — восприму это как отказ, А Тимофей останется без шанса на лечение.
Этот дьявол знает, куда бить.
— Ты не можешь так поступить, — говорю, жадно глотая воздух.
— Мась, ты прекрасно понимаешь, что даже без моих угроз, у тебя нет выбора. У тебя нет ни денег, ни возможностей, чтобы вылечить сына.
Как бы я не сопротивлялась словам Бестужева, он прав.
____________________
Моему сыну нужно лечение. Долгое. Сложное. С постоянной реабилитацией. Иначе болезнь будет прогрессировать. Он может стать инвалидом, а то и вовсе…
И мне приходится принять странное предложение от моего бывшего, с которым мы случайно встретились вновь.
Вот только он не знает, что это и его сын тоже...
Этот дьявол знает, куда бить.
— Ты не можешь так поступить, — говорю, жадно глотая воздух.
— Мась, ты прекрасно понимаешь, что даже без моих угроз, у тебя нет выбора. У тебя нет ни денег, ни возможностей, чтобы вылечить сына.
Как бы я не сопротивлялась словам Бестужева, он прав.
____________________
Моему сыну нужно лечение. Долгое. Сложное. С постоянной реабилитацией. Иначе болезнь будет прогрессировать. Он может стать инвалидом, а то и вовсе…
И мне приходится принять странное предложение от моего бывшего, с которым мы случайно встретились вновь.
Вот только он не знает, что это и его сын тоже...
- Ты что удумала, родная?
- Не твоё дело!
- Ты, кажется, так и не поняла, Кэти, всё, что происходит вокруг тебя и с тобой – моё дело.
- Да кто ты такой? – подаёт голос мой жених.
- Зови меня Демон, - отвечает Кир, закидывая меня к себе на плечо. – А девушку я забираю.
- Я вообще-то против! - восклицаю я.
- Да кто ж тебя спрашивает…
Кирилл Демидов или просто Демон – моё прошлое, настоящее и, по его мнению, будущее. После событий в доме Миши Бурого я на мгновение подумала, что, наконец, у нас с ним может всё получиться. Вот только реальность, как всегда, оказалась ко мне жестока…
В книге вас ждёт:
❤️ немного бесячий, но очень обаятельный бандит
❤️ дерзкая героиня (палец в рот не клади, откусит по плечо😎)
❤️ экшен, как же без него
🔥 горячие сцены ( без них вообще никуда)
😉 нецензурная брань
- Не твоё дело!
- Ты, кажется, так и не поняла, Кэти, всё, что происходит вокруг тебя и с тобой – моё дело.
- Да кто ты такой? – подаёт голос мой жених.
- Зови меня Демон, - отвечает Кир, закидывая меня к себе на плечо. – А девушку я забираю.
- Я вообще-то против! - восклицаю я.
- Да кто ж тебя спрашивает…
Кирилл Демидов или просто Демон – моё прошлое, настоящее и, по его мнению, будущее. После событий в доме Миши Бурого я на мгновение подумала, что, наконец, у нас с ним может всё получиться. Вот только реальность, как всегда, оказалась ко мне жестока…
В книге вас ждёт:
❤️ немного бесячий, но очень обаятельный бандит
❤️ дерзкая героиня (палец в рот не клади, откусит по плечо😎)
❤️ экшен, как же без него
🔥 горячие сцены ( без них вообще никуда)
😉 нецензурная брань
– Кто вы такая? И что делаете в палате моего мужа?
Незнакомка смотрит на меня презрительно, крепко держа за руку ребенка.
– Я его жена! – сообщает высокомерно. – Вторая… я бы сказала, что приятно познакомиться, но как-то не очень…
Стою, не в силах поверить в сюр ситуации, пока не слышу стон со стороны кровати. Муж открывает глаза и видит перед собой незнакомку.
– Лена, – хрипит он, фокусируя взгляд сначала на ней, потом на мне. — Марина… Как хорошо, что обе мои женщины рядом. Я получу двойную порцию заботы…
-----------------
ХЭ
Незнакомка смотрит на меня презрительно, крепко держа за руку ребенка.
– Я его жена! – сообщает высокомерно. – Вторая… я бы сказала, что приятно познакомиться, но как-то не очень…
Стою, не в силах поверить в сюр ситуации, пока не слышу стон со стороны кровати. Муж открывает глаза и видит перед собой незнакомку.
– Лена, – хрипит он, фокусируя взгляд сначала на ней, потом на мне. — Марина… Как хорошо, что обе мои женщины рядом. Я получу двойную порцию заботы…
-----------------
ХЭ
— Вы к кому? — смотрю на незнакомую девчонку.
– Елена, я жду ребёнка, – нагло говорит и протягивает что-то мне. – От вашего мужа.
Я смеюсь — истерически, зло. Вот это шутка.
– Девочка, тебе лет двадцать, и ты явно ошиблась дверью. Развернись и исчезни.
Она качает головой.
– Нет. Его зовут Максим Сергеевич Коршунов. И он обещал уйти к нам. Говорил, что вы для него давно просто привычка. И как только ваш сын женится, он уйдёт.
Я чувствую, как земля уходит из-под ног. Мой Максим… мой муж…
И тут раздаётся звонок. Это он.
Я отвечаю дрожащими руками:
– Максим… тут пришла девушка… говорит, что ждёт от тебя ребёнка.
В трубке тишина. Потом — короткое:
– Лена, всё правда.
И в этот момент я понимаю: назад дороги уже нет.
– Елена, я жду ребёнка, – нагло говорит и протягивает что-то мне. – От вашего мужа.
Я смеюсь — истерически, зло. Вот это шутка.
– Девочка, тебе лет двадцать, и ты явно ошиблась дверью. Развернись и исчезни.
Она качает головой.
– Нет. Его зовут Максим Сергеевич Коршунов. И он обещал уйти к нам. Говорил, что вы для него давно просто привычка. И как только ваш сын женится, он уйдёт.
Я чувствую, как земля уходит из-под ног. Мой Максим… мой муж…
И тут раздаётся звонок. Это он.
Я отвечаю дрожащими руками:
– Максим… тут пришла девушка… говорит, что ждёт от тебя ребёнка.
В трубке тишина. Потом — короткое:
– Лена, всё правда.
И в этот момент я понимаю: назад дороги уже нет.
Переступаю порог своего кабинета и, обалдев, застываю на месте.
— Ула! Папочка! - бросаются ко мне две девочки с разноцветными бантикам.
— Эй, малявки, вы что-то путаете! Я не ваш папа! - стараюсь отцепить детей, но хватка у них, как у бульдогов.
— Наш, наш, сейчас я тебе покажу документ, - заявляет Розовый бантик и выуживает из рюкзачка конверт.
— Это из лаболатолии, - поясняет Фиолетовый бантик. - Чтоб ты не сомневался, что мы - твои.
Мысли в голове еще не успевают сложиться в логическую цепочку, а глаза уже бегут по строчкам : “ Вероятность отцовства - 99,89%”.
Что?! Какое нахрен отцовство?!!!
***
В жизни успешного мужчины в самом расцвете сил все прекрасно: деньги, тачки, красивые женщины и ноль обязательств.
Но все меняется в одно непрекрасное утро, когда две пятилетние двойняшки утверждают, что он - их папа!
— Ула! Папочка! - бросаются ко мне две девочки с разноцветными бантикам.
— Эй, малявки, вы что-то путаете! Я не ваш папа! - стараюсь отцепить детей, но хватка у них, как у бульдогов.
— Наш, наш, сейчас я тебе покажу документ, - заявляет Розовый бантик и выуживает из рюкзачка конверт.
— Это из лаболатолии, - поясняет Фиолетовый бантик. - Чтоб ты не сомневался, что мы - твои.
Мысли в голове еще не успевают сложиться в логическую цепочку, а глаза уже бегут по строчкам : “ Вероятность отцовства - 99,89%”.
Что?! Какое нахрен отцовство?!!!
***
В жизни успешного мужчины в самом расцвете сил все прекрасно: деньги, тачки, красивые женщины и ноль обязательств.
Но все меняется в одно непрекрасное утро, когда две пятилетние двойняшки утверждают, что он - их папа!
- Даю тебе пару дней свыкнуться с мыслью, что я вернулся в твою жизнь.
- А не пошёл бы ты…
- Эй, милая, не путай смелость и дерзость. За дерзость я могу и наказать…
- Я тебя не боюсь! Говори, что тебе нужно и уходи!
- Что мне нужно? Мне нужна ты, Александра.
Я - бывший прокурор. Он - бандит. Из-за меня он отправился в колонию на десять лет. Да только спустя три года мне сообщают, что Влад Огнев выходит на свободу. Он жаждет мести. И мне бы бежать, но я не могу, ведь от меня зависит жизнь и свобода брата...
- А не пошёл бы ты…
- Эй, милая, не путай смелость и дерзость. За дерзость я могу и наказать…
- Я тебя не боюсь! Говори, что тебе нужно и уходи!
- Что мне нужно? Мне нужна ты, Александра.
Я - бывший прокурор. Он - бандит. Из-за меня он отправился в колонию на десять лет. Да только спустя три года мне сообщают, что Влад Огнев выходит на свободу. Он жаждет мести. И мне бы бежать, но я не могу, ведь от меня зависит жизнь и свобода брата...
Утром он забыл телефон. На зарядке, у кровати.
Я не собиралась смотреть.
Но экран загорелся, и я увидела: «Макару нужны новые ботинки. Переведешь пять тысяч?».
Вика. Моя сестра.
Макар. Её сын.
Зачем она пишет моему мужу? Руки дрожат, когда открываю переписку.
«Он похож на тебя всё больше».
«Когда скажем Лене правду?»
Мир рушится. Стены сжимаются. Не могу дышать.
Набираю её номер.
Гудки – вечность.
– Алло? – её голос.
– Чей ребёнок? – выдавливаю я. – Макар. Чей он?
Тишина. Долгая. Убийственная.
Потом – всхлип.
– Лен, прости... Я не хотела...
– ЧЕЙ?!
– Наш, – шепчет она. – Кирилла и мой. Мы... мы любим друг друга. Больше года уже. Он обещал тебе сказать, но...
Трубка выпадает из рук.
Сестра. Моя сестра. И мой муж.
Их ребёнок.
Я сажусь на диван и жду. Жду, когда он вернётся домой.
Когда открывается дверь, я уже не плачу.
Слёзы кончились.
Осталась только пустота.
И его телефон на столе между нами.
Я не собиралась смотреть.
Но экран загорелся, и я увидела: «Макару нужны новые ботинки. Переведешь пять тысяч?».
Вика. Моя сестра.
Макар. Её сын.
Зачем она пишет моему мужу? Руки дрожат, когда открываю переписку.
«Он похож на тебя всё больше».
«Когда скажем Лене правду?»
Мир рушится. Стены сжимаются. Не могу дышать.
Набираю её номер.
Гудки – вечность.
– Алло? – её голос.
– Чей ребёнок? – выдавливаю я. – Макар. Чей он?
Тишина. Долгая. Убийственная.
Потом – всхлип.
– Лен, прости... Я не хотела...
– ЧЕЙ?!
– Наш, – шепчет она. – Кирилла и мой. Мы... мы любим друг друга. Больше года уже. Он обещал тебе сказать, но...
Трубка выпадает из рук.
Сестра. Моя сестра. И мой муж.
Их ребёнок.
Я сажусь на диван и жду. Жду, когда он вернётся домой.
Когда открывается дверь, я уже не плачу.
Слёзы кончились.
Осталась только пустота.
И его телефон на столе между нами.
Иду в ванную – мне нужно умыться, вернуть себе контроль. Включаю воду, наклоняюсь над раковиной – и вижу.
На полочке, среди моих кремов и тоников, лежит помада. Яркая, дорогая – я узнаю бренд, тысяч пять за штуку. Оттенок тёмно-красный, почти бордовый. Не мой. У меня нюдовые тона, я не ношу яркое – не идёт к моим светло-русым волосам и бледной коже.
Я беру помаду. Не галлюцинация. Откручиваю – использованная, стёрта наискосок. Кто-то красилась этим. Недавно.
Кто?
Я ставлю помаду обратно. Руки дрожат. Оборачиваюсь – и вижу на краю ванны длинный тёмный волос. Он лежит на белой эмали, почти чёрный, волнистый. Мои волосы короткие, до плеч, светлые. Это не мой волос.
Мир начинает качаться.
Возвращаюсь в спальню. Смотрю на постель. Подхожу. Откидываю одеяло. На подушке – ещё один волос. Длинный. Тёмный.
Я сажусь на кровать. Дышать трудно. В голове вакуум.
Кто-то был здесь. В моей постели. Женщина. С тёмными волосами и дорогой помадой.
Когда?
На полочке, среди моих кремов и тоников, лежит помада. Яркая, дорогая – я узнаю бренд, тысяч пять за штуку. Оттенок тёмно-красный, почти бордовый. Не мой. У меня нюдовые тона, я не ношу яркое – не идёт к моим светло-русым волосам и бледной коже.
Я беру помаду. Не галлюцинация. Откручиваю – использованная, стёрта наискосок. Кто-то красилась этим. Недавно.
Кто?
Я ставлю помаду обратно. Руки дрожат. Оборачиваюсь – и вижу на краю ванны длинный тёмный волос. Он лежит на белой эмали, почти чёрный, волнистый. Мои волосы короткие, до плеч, светлые. Это не мой волос.
Мир начинает качаться.
Возвращаюсь в спальню. Смотрю на постель. Подхожу. Откидываю одеяло. На подушке – ещё один волос. Длинный. Тёмный.
Я сажусь на кровать. Дышать трудно. В голове вакуум.
Кто-то был здесь. В моей постели. Женщина. С тёмными волосами и дорогой помадой.
Когда?
Выберите полку для книги