Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-besplatno»
– Рита, моя мать серьёзно больна, – наконец произносит муж.
– Что случилось? – выдыхаю я.
– Диагноз страшный, – отвечает Леонид и отводит глаза в сторону. – Но её можно спасти, правда, потребуется очень много денег.
– Но у тебя же они есть? – растерянно спрашиваю я.
– Речь идёт о заоблачной сумме, – признаётся он. – Придётся продать все что у нас есть… И квартиру, и мой бизнес.
– Что случилось? – выдыхаю я.
– Диагноз страшный, – отвечает Леонид и отводит глаза в сторону. – Но её можно спасти, правда, потребуется очень много денег.
– Но у тебя же они есть? – растерянно спрашиваю я.
– Речь идёт о заоблачной сумме, – признаётся он. – Придётся продать все что у нас есть… И квартиру, и мой бизнес.
Когда юная девушка исчезает, не оставив ни единой улики, единственной зацепкой становится её портрет, сделанный в модном фотоателье.
Расследование выводит Софью Петровну и городского пристава Степана Васильевича на тайное общество, где за красивыми фасадами скрываются грязные игры элиты.
Чем глубже они заходят, тем опаснее становятся тени Петербурга — и тем ближе правда, от которой хочется отвернуться.
Расследование выводит Софью Петровну и городского пристава Степана Васильевича на тайное общество, где за красивыми фасадами скрываются грязные игры элиты.
Чем глубже они заходят, тем опаснее становятся тени Петербурга — и тем ближе правда, от которой хочется отвернуться.
Я очень хотела замуж. Настолько, что согласилась на глупый спор: месяц в глухой деревне без малейшей помощи. И все для того, чтобы доказать, что я не глупая белоручка, не способная ни на что, кроме бездумного сидения в соцсетях, как считает мой жених.
Вот только реальность оказалась далека от моих ожиданий: интернета здесь нет, а еще - водопровода, маркетплейсов и нормального супермаркета с продуктами. Зато бегают козы, на грядке растет клубника, а в поле - тракторист Иван, на которого я изо всех сил стараюсь не смотреть...
Вот только реальность оказалась далека от моих ожиданий: интернета здесь нет, а еще - водопровода, маркетплейсов и нормального супермаркета с продуктами. Зато бегают козы, на грядке растет клубника, а в поле - тракторист Иван, на которого я изо всех сил стараюсь не смотреть...
- Разве Вы вернётесь к жене?! – в голосе пани Буткевич появились нотки страха и немалого удивления. – Разве Вы сможете расстаться со мной после того, что произошло этой ночью?! – она горько заплакала.
- Ах, дорогая Джустина, не терзайте мне сердце Своими слезами! – сапожник встал с кровати и начал одеваться. – У меня семья! Жена и дети! Что же делать?! – он взял в руки свои старые, залатанные штаны и тут же брезгливо откинул их в сторону.
Не хотел Мажейка больше носить холщовую, застиранную одежду! Не хотел Мажейка больше хлебать жидкую гороховую похлёбку из старого облезлого горшка! Не хотел Мажейка возвращаться к жене и видеть её несчастные глаза на бледном исхудалом лице…
1725 год. Княжество Литовское. Речь Посполитая. Город Вильна(нынешний Вильнюс)
- Ах, дорогая Джустина, не терзайте мне сердце Своими слезами! – сапожник встал с кровати и начал одеваться. – У меня семья! Жена и дети! Что же делать?! – он взял в руки свои старые, залатанные штаны и тут же брезгливо откинул их в сторону.
Не хотел Мажейка больше носить холщовую, застиранную одежду! Не хотел Мажейка больше хлебать жидкую гороховую похлёбку из старого облезлого горшка! Не хотел Мажейка возвращаться к жене и видеть её несчастные глаза на бледном исхудалом лице…
1725 год. Княжество Литовское. Речь Посполитая. Город Вильна(нынешний Вильнюс)
Правду говорят, что первая любовь редко приносит радость. Мне она принесла не только горе и беду, но и едва не сделала заключенной. Хорошо, когда есть друзья, готовые прийти на помощь.
Через семь лет история повторяется. Опять афера, снова страх. Но хуже становится, когда появляется бывший. Обвиняет меня в том, чего я не совершала. Это уже вообще ни в какие рамки...
Через семь лет история повторяется. Опять афера, снова страх. Но хуже становится, когда появляется бывший. Обвиняет меня в том, чего я не совершала. Это уже вообще ни в какие рамки...
С экрана чужого телефона Ирине улыбался собственный муж, а над его головой красовалась надпись "Любимый".
Услышав звонок, девушка подскочила, попросила извинение за то, что нечаянно оставила свой телефон и приложив телефон к уху, ласково проворковала.
-Да, любимый. Хорошо... Скоро буду....
Услышав звонок, девушка подскочила, попросила извинение за то, что нечаянно оставила свой телефон и приложив телефон к уху, ласково проворковала.
-Да, любимый. Хорошо... Скоро буду....
Я не собиралась проверять. Правда. Но экран вспыхнул сам – сообщение от «Ксюшеньки».
«Напиши, как доберешься. Я уже скучаю».
Сердце замерло. Пальцы задрожали, когда я открыла переписку.
Фотографии. Их было слишком много. Молодое тело, смеющиеся губы, то самое черное белье, которое я однажды нашла в его машине. И его слова...
«Ты моя богиня».
В ушах звенело. Я ждала слез, истерики – но внутри была только ледяная пустота.
Дверь открылась. Он стоял на пороге, улыбаясь.
— Оль, ты не поверишь, сегодня... — Он замолчал, увидев мое лицо. Потом взгляд скользнул к телефону в моих руках.
— Это не то, что ты думаешь, — брякнул он автоматически. Глупо. Пошло.
Я рассмеялась.
— «Это не то, что ты думаешь»? — прошипела я. — Двадцать лет брата – и это всё, что я заслужила?
Он попытался что-то сказать, но я уже швырнула телефон в стену. Стекло разлетелось осколками – как наша жизнь.
— Вали. Пока я не сделала хуже.
«Напиши, как доберешься. Я уже скучаю».
Сердце замерло. Пальцы задрожали, когда я открыла переписку.
Фотографии. Их было слишком много. Молодое тело, смеющиеся губы, то самое черное белье, которое я однажды нашла в его машине. И его слова...
«Ты моя богиня».
В ушах звенело. Я ждала слез, истерики – но внутри была только ледяная пустота.
Дверь открылась. Он стоял на пороге, улыбаясь.
— Оль, ты не поверишь, сегодня... — Он замолчал, увидев мое лицо. Потом взгляд скользнул к телефону в моих руках.
— Это не то, что ты думаешь, — брякнул он автоматически. Глупо. Пошло.
Я рассмеялась.
— «Это не то, что ты думаешь»? — прошипела я. — Двадцать лет брата – и это всё, что я заслужила?
Он попытался что-то сказать, но я уже швырнула телефон в стену. Стекло разлетелось осколками – как наша жизнь.
— Вали. Пока я не сделала хуже.
У меня была жизнь, как в глянцевом журнале. Работа недалеко от дома, своя квартира, роскошные наряды, ящики косметики, надежный мужчина с машиной – полный набор для счастья современного человека. Все, о чем мечтают многие.
А я? А я решила в один день все это бросить и уехать работать сельским учителем математики с говорящим названием Забздышенское.
Сплетни здесь – главный вид спорта, образование – понятие относительное, а местные «мачо» разъезжают на тракторах, а не на Porsche. А наглости и самоуверенности-то сколько…
- Я Егорова Инна, новый учитель математики, меня вроде встречать должны были, но как-то не сложилось.
- Вот оно что, из города значит. Слышали. Инка, сладкая как апельсинка, приятно познакомиться, - ухмыльнулся мужик в свою бороду.
- Инна Викторовна, - поправила я, не желая в свой адрес слышать никаких фруктов. - Так что?
- Ну, садись, коль не шутишь, - совсем развеселился тракторист.
- Куда? - не совсем поняла я.
- Так на меня или ты тут другие места видишь?
А я? А я решила в один день все это бросить и уехать работать сельским учителем математики с говорящим названием Забздышенское.
Сплетни здесь – главный вид спорта, образование – понятие относительное, а местные «мачо» разъезжают на тракторах, а не на Porsche. А наглости и самоуверенности-то сколько…
- Я Егорова Инна, новый учитель математики, меня вроде встречать должны были, но как-то не сложилось.
- Вот оно что, из города значит. Слышали. Инка, сладкая как апельсинка, приятно познакомиться, - ухмыльнулся мужик в свою бороду.
- Инна Викторовна, - поправила я, не желая в свой адрес слышать никаких фруктов. - Так что?
- Ну, садись, коль не шутишь, - совсем развеселился тракторист.
- Куда? - не совсем поняла я.
- Так на меня или ты тут другие места видишь?
Я сидела напротив Игоря и пыталась понять, как мы дошли до этого. На столе лежал листок с пунктами: «Квартира», «Машина», «Кот Васька».
Раздел имущества. Звучит как плохой сериал, но это была наша жизнь. Пять лет брака, и вот мы делим кота.
— Может, оставим кота нейтральной территорией?
— Нейтральной? — я фыркнула. — Будем брать его по очереди? Игорь, ты серьёзно?
Он ухмыльнулся, и я вспомнила, как эта улыбка когда-то заставляла меня смеяться. Теперь она только злила.
— Если ты думаешь, что я отдам тебе кота, чтобы твоя мама учила его мяукать, ты ошибаешься.
Вот оно. Ключевое слово: мама.
Татьяна Ивановна, женщина, которая считала себя главным режиссёром нашей жизни.
— Мама тут ни при чём, — буркнул Игорь, отводя взгляд. — Это между нами.
Раздел имущества. Звучит как плохой сериал, но это была наша жизнь. Пять лет брака, и вот мы делим кота.
— Может, оставим кота нейтральной территорией?
— Нейтральной? — я фыркнула. — Будем брать его по очереди? Игорь, ты серьёзно?
Он ухмыльнулся, и я вспомнила, как эта улыбка когда-то заставляла меня смеяться. Теперь она только злила.
— Если ты думаешь, что я отдам тебе кота, чтобы твоя мама учила его мяукать, ты ошибаешься.
Вот оно. Ключевое слово: мама.
Татьяна Ивановна, женщина, которая считала себя главным режиссёром нашей жизни.
— Мама тут ни при чём, — буркнул Игорь, отводя взгляд. — Это между нами.
Школьница Даша Долинина , случайно увидела по телевизору клип группы Двое. Она сразу же влюбилась в одного из солистов , в Костю Романова. Девочка мечтала с ним познакомиться. Она представляла своё совместное будущее с Костей. Она думала что они , поженятся , когда ей исполнится восемнадцать. Даша была уверена, что она добьется расположения этого артиста. Другой исход событий она не представляла. После того как школьница узнала о существовании группы Двое, она захотела стать артисткой. Но исполнятся ли её мечты? Сможет ли она добиться своего?
Выберите полку для книги