Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-besplatno»
– А у нас наконец помощник лесника появился, – говорит мне бабушка, пока я чищу картошку. Настя в это время сидит на полу и изучает пластмассового жирафа. – Ты присмотрись к нему. Парень-то симпатичный…
– Этот который на УАЗике? Хам он, вот кто…
___
Никита – успешный предприниматель, который после выгорания решает пожить в деревне и поработать помощником лесника. Алина – девушка с ребенком на руках, оказавшаяся в сложной ситуации, приехавшая к бабушке.
Они не должны были встретиться. Но…
– Этот который на УАЗике? Хам он, вот кто…
___
Никита – успешный предприниматель, который после выгорания решает пожить в деревне и поработать помощником лесника. Алина – девушка с ребенком на руках, оказавшаяся в сложной ситуации, приехавшая к бабушке.
Они не должны были встретиться. Но…
Однажды в размеренную, вполне устоявшуюся жизнь Альбины вмешался подросток, объявив, что он её сын. Это розыгрыш или подстава? Кому из коллег пришло в голову впутывать девушку в чужую давно забытую историю, и что по этому поводу думает босс?
P.S. В КНИГЕ НЕТ УПОМИНАНИЯ ЗАПРЕЩЁННЫХ ВЕЩЕСТВ
P.S. В КНИГЕ НЕТ УПОМИНАНИЯ ЗАПРЕЩЁННЫХ ВЕЩЕСТВ
— Я так и не понял, зачем ты на ней женился? — фыркнул Сашка. — Обычная, ничем не примечательная. Вот Вика была ого-го. После неё эта твоя Ира серой мышью смотрится.
— Вика может и ого-го, зато наставила мне знатные рога, — поморщился Алексей, — а Ирка не такая. Пусть не красавица, зато верная, хозяйственная и меня любит.
— То есть ты хочешь сказать, что она удобная, — понимающе хмыкнул Даниил, второй друг мужа.
— Именно, — подтвердил Лёша.
— Так она приестся тебе скоро, — поморщился Александр.
— Если приестся, то найдет развлечение на стороне, — проворчал Даниил. — Ирочке даже знать ничего не нужно. Пусть себе борщи варит, да котлеты жарит. Меньше знает, крепче спит. Хороший левак только укрепляет брак. Лучше учись, Саня, у друга. Такие, как Вика, только для секса и подходят, а Ирочка пусть дома сидит, ухаживает за домом, да детей растит.
— Кстати, о Виктории, — протянул Сашка, не слишком впечатленный нравоучениями. — В пятницу она будет на вечеринке у Стаса. Лёш, пойдешь?
— Вика может и ого-го, зато наставила мне знатные рога, — поморщился Алексей, — а Ирка не такая. Пусть не красавица, зато верная, хозяйственная и меня любит.
— То есть ты хочешь сказать, что она удобная, — понимающе хмыкнул Даниил, второй друг мужа.
— Именно, — подтвердил Лёша.
— Так она приестся тебе скоро, — поморщился Александр.
— Если приестся, то найдет развлечение на стороне, — проворчал Даниил. — Ирочке даже знать ничего не нужно. Пусть себе борщи варит, да котлеты жарит. Меньше знает, крепче спит. Хороший левак только укрепляет брак. Лучше учись, Саня, у друга. Такие, как Вика, только для секса и подходят, а Ирочка пусть дома сидит, ухаживает за домом, да детей растит.
— Кстати, о Виктории, — протянул Сашка, не слишком впечатленный нравоучениями. — В пятницу она будет на вечеринке у Стаса. Лёш, пойдешь?
— Послушай, она просто сопровождает меня туда, куда не придешь с женой. Даже если я с ней... это же не измена!
В его глазах — ни капли раскаяния. Он и правда не понимает. Муж прямо у меня на глазах и моей поддержки и опоры, из самого близкого человека превращается в ничто.
А девицу свою он ещё и притащил в наш дом и спальню!
— Это измена, — качаю головой я. — Сколько раз?.. Сколько раз ты врал, что задерживаешься на работе, а был с ней?
— В первый раз! — он сжимает губы. — Ты же умная женщина… ты прекрасно знаешь, что это ничего не значит.
Я не верю ему. Зато...
— Я верю своим глазам, — произношу я. — И видеть я тебя не желаю.
Муж изменил мне, но уверен, что я, как мудрая женщина, должна его простить. Я же простить его не хочу и не могу, а, решившись после его поступка на развод, узнаю его истинное лицо…
В его глазах — ни капли раскаяния. Он и правда не понимает. Муж прямо у меня на глазах и моей поддержки и опоры, из самого близкого человека превращается в ничто.
А девицу свою он ещё и притащил в наш дом и спальню!
— Это измена, — качаю головой я. — Сколько раз?.. Сколько раз ты врал, что задерживаешься на работе, а был с ней?
— В первый раз! — он сжимает губы. — Ты же умная женщина… ты прекрасно знаешь, что это ничего не значит.
Я не верю ему. Зато...
— Я верю своим глазам, — произношу я. — И видеть я тебя не желаю.
Муж изменил мне, но уверен, что я, как мудрая женщина, должна его простить. Я же простить его не хочу и не могу, а, решившись после его поступка на развод, узнаю его истинное лицо…
Я и двое моих бывших столкнулись на одной базе. И кажется… нам тут предстоит провести целую неделю. Втроем.
Герман - огненный и страстный. С ним нас многое связывало.
Ярослав - уравновешенный, но не в плане секса. Там он превращался в дикого зверя.
Кажется, я люблю их обоих и обоих… хочу. Но как быть, если нужно выбрать? Или не нужно?
История огненная, все как вы любите 🔥🔥🔥
Мужчины — властные красавчики
Девочка — нежная и хорошая
Любовь там тоже будет, а еще прошлое и немного драмы.
Герман - огненный и страстный. С ним нас многое связывало.
Ярослав - уравновешенный, но не в плане секса. Там он превращался в дикого зверя.
Кажется, я люблю их обоих и обоих… хочу. Но как быть, если нужно выбрать? Или не нужно?
История огненная, все как вы любите 🔥🔥🔥
Мужчины — властные красавчики
Девочка — нежная и хорошая
Любовь там тоже будет, а еще прошлое и немного драмы.
– Ульяна? Ты что здесь делаешь? Ты что, следила за мной?
– Ну ты уж прости, что я так не вовремя. Но ничего, оплатишь этой девушке лишний час.
– Так, Ульяна, замолчи. Давай дома поговорим. – Выбравшись из кровати, Витя указал мне на дверь, одним только взглядом давая понять, что я должна покинуть номер.
– Ты хотя бы сделай вид, что тебе стыдно передо мной!
– А ты что, ждёшь, что я буду оправдываться и говорить, что ты всё не так поняла? Ульяна, не будь такой наивной. Дома поговорим.
Какой же он мерзкий! И вот с этим мужчиной я мечтала построить отношения?
– Ну ты уж прости, что я так не вовремя. Но ничего, оплатишь этой девушке лишний час.
– Так, Ульяна, замолчи. Давай дома поговорим. – Выбравшись из кровати, Витя указал мне на дверь, одним только взглядом давая понять, что я должна покинуть номер.
– Ты хотя бы сделай вид, что тебе стыдно передо мной!
– А ты что, ждёшь, что я буду оправдываться и говорить, что ты всё не так поняла? Ульяна, не будь такой наивной. Дома поговорим.
Какой же он мерзкий! И вот с этим мужчиной я мечтала построить отношения?
Маша всегда считала себя серой мышкой. Она скромный бармен с парой лишних килограммов и нулём опыта в отношениях. Её жизнь — работа в тихом баре, книги и редкие встречи с подругой. Всё меняется, когда она устраивается в элитный ночной клуб и сталкивается с его владельцем — Дамиром Берляндом. Холодный, властный и ослепительно красивый, он привык получать всё, что захочет, теперь его цель — Маша.
— Мы ещё поговорим, сладкая! — бросили мне вслед бандиты, оставив на ледяном асфальте униженную, раздавленную и рыдающую. Долги отца, больная сестра, тикающий счётчик… Мой мир рушился. И тогда я постучала в двери ада.
Владелец холдинга «Стальной Век» Марк Стальной не искал помощницу. Он искал игрушку. Покорную, исполнительную, беспрекословную. Он бросил к моим ногам деньги на спасение сестры и защёлкнул на моей шее невидимый поводок. Я стала его тенью, его вещью, его личной девочкой на побегушках. Я терпела косые взгляды коллег, нападки его бывшей невесты и его собственные ледяные уколы.
Но однажды мой тиран увидел то, чего не должен был. Он увидел, как меня снова прижали к стене те, кому я была должна. И в его глазах я впервые увидела не холод. А ярость. Демоническую, всепоглощающую ярость. В тот вечер он защитил меня. В ту ночь он впервые поцеловал меня. И я поняла, что попала из одной клетки в другую — гораздо более сладкую и опасную. Клетку его рук.
Владелец холдинга «Стальной Век» Марк Стальной не искал помощницу. Он искал игрушку. Покорную, исполнительную, беспрекословную. Он бросил к моим ногам деньги на спасение сестры и защёлкнул на моей шее невидимый поводок. Я стала его тенью, его вещью, его личной девочкой на побегушках. Я терпела косые взгляды коллег, нападки его бывшей невесты и его собственные ледяные уколы.
Но однажды мой тиран увидел то, чего не должен был. Он увидел, как меня снова прижали к стене те, кому я была должна. И в его глазах я впервые увидела не холод. А ярость. Демоническую, всепоглощающую ярость. В тот вечер он защитил меня. В ту ночь он впервые поцеловал меня. И я поняла, что попала из одной клетки в другую — гораздо более сладкую и опасную. Клетку его рук.
— Ты мне изменяешь? — спрашиваю мужа в лоб. Хотя зачем, если все и так очевидно?
Его пальцы впиваются в мою кожу. Взгляд еще темнеет. Он наклоняется к моему лицу, выдыхает в самые губы:
— Хочешь, чтобы это было так? Сделка и все такое — тебе выгодно. Но сейчас не обо мне. Ты беременна?
— Нет! — конечно же, ложь. Однако у меня есть причины, чтобы скрывать правду.
Никита замирает, изучает мое лицо. Цедит мне прямо в губы:
— Врешь! Скажешь мне правду?
Почти целует. Прижимает к стене. Нависает опасно.
— А с чего вдруг ты поверил этой нелепости? Инна пошутила, — усмехаюсь я.
— Беременна или нет?! Я ведь узнаю.
Мурашки бегут по коже от его обещания. Но я не собираюсь сдаваться, ведь от этого зависит моя дальнейшая жизнь. И поэтому нужно найти, кто любовница.
Его пальцы впиваются в мою кожу. Взгляд еще темнеет. Он наклоняется к моему лицу, выдыхает в самые губы:
— Хочешь, чтобы это было так? Сделка и все такое — тебе выгодно. Но сейчас не обо мне. Ты беременна?
— Нет! — конечно же, ложь. Однако у меня есть причины, чтобы скрывать правду.
Никита замирает, изучает мое лицо. Цедит мне прямо в губы:
— Врешь! Скажешь мне правду?
Почти целует. Прижимает к стене. Нависает опасно.
— А с чего вдруг ты поверил этой нелепости? Инна пошутила, — усмехаюсь я.
— Беременна или нет?! Я ведь узнаю.
Мурашки бегут по коже от его обещания. Но я не собираюсь сдаваться, ведь от этого зависит моя дальнейшая жизнь. И поэтому нужно найти, кто любовница.
- Ты думала, я позволю тебе просто так исчезнуть с МОИМИ детьми? - его голос, тихий и стальной, обжигает кожу. Он вжимает меня в стену своего пентхауса, и отступать некуда.
- Они и МОИ тоже! Я носила их девять месяцев! — отвечаю я, вскидывая подбородок. Его взгляд на миг теплеет, а пальцы осторожно касаются моей щеки.
- Тогда останься. Ради них. А потом… и ради меня.
- Они и МОИ тоже! Я носила их девять месяцев! — отвечаю я, вскидывая подбородок. Его взгляд на миг теплеет, а пальцы осторожно касаются моей щеки.
- Тогда останься. Ради них. А потом… и ради меня.
Выберите полку для книги