Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-polnostyu»
— Хорошо. Ты хочешь правды? Ты сама все довела до этого.
— Я? — я слышу, как мой голос ломается.
— Да, ты! Ты как картинка из журнала, в которую нельзя вдохнуть жизнь! А она… она другая. Она — не ты.
Каждое слово, будто нож, врезается в кожу, в мышцы, в кости. Я чувствую, как внутри что‑то умирает.
— Мы разводимся, — говорю я, и сама удивляюсь, как ровно звучат слова.
— Ошибаешься. — Он усмехается. — Ты ничего не получишь.
— Убирайся, — шепчу я.
— С удовольствием. Но учти — война будет грязной. И ты проиграешь.
***
Значит, тебе мало того, что ты сделал со мной, с нашей семьей? Теперь ты хочешь войны, любимый? Но хватит ли у тебя сил победить в ней!?
— Я? — я слышу, как мой голос ломается.
— Да, ты! Ты как картинка из журнала, в которую нельзя вдохнуть жизнь! А она… она другая. Она — не ты.
Каждое слово, будто нож, врезается в кожу, в мышцы, в кости. Я чувствую, как внутри что‑то умирает.
— Мы разводимся, — говорю я, и сама удивляюсь, как ровно звучат слова.
— Ошибаешься. — Он усмехается. — Ты ничего не получишь.
— Убирайся, — шепчу я.
— С удовольствием. Но учти — война будет грязной. И ты проиграешь.
***
Значит, тебе мало того, что ты сделал со мной, с нашей семьей? Теперь ты хочешь войны, любимый? Но хватит ли у тебя сил победить в ней!?
Рая, горничная с аппетитными формами и талантом попадать в нелепые ситуации, случайно сжигает в камине миллионы своего босса.
Не абы кого — а Василия Бессонова, самого загадочного и опасного обитателя курортного побережья, которого она тайно обожает с первого дня работы.
Но ведёт себя так, будто она не неуклюжая простушка, а… шпионка!
Василий, он же «Бес», твёрдо намерен прижать её к стенке и взыскать долг сполна. Но в качестве валюты принимаются не деньги. Его цена гораздо выше…
Личное рабство. Но это не цепь и кандалы...
- Готовься, Раиса Захаровна. Твоё наказание будет сладким и очень, очень личным. Кстати, у тебя славно получается притворяться невинной. Это мне нравится.
Продолжай…
***
Дерзкий, смешной и безумно трогательный роман о том, как самый дорогой долг в жизни можно оплатить совсем не деньгами.
Посмеёмся, понервничаем, эмоций будет вдоволь!
Не абы кого — а Василия Бессонова, самого загадочного и опасного обитателя курортного побережья, которого она тайно обожает с первого дня работы.
Но ведёт себя так, будто она не неуклюжая простушка, а… шпионка!
Василий, он же «Бес», твёрдо намерен прижать её к стенке и взыскать долг сполна. Но в качестве валюты принимаются не деньги. Его цена гораздо выше…
Личное рабство. Но это не цепь и кандалы...
- Готовься, Раиса Захаровна. Твоё наказание будет сладким и очень, очень личным. Кстати, у тебя славно получается притворяться невинной. Это мне нравится.
Продолжай…
***
Дерзкий, смешной и безумно трогательный роман о том, как самый дорогой долг в жизни можно оплатить совсем не деньгами.
Посмеёмся, понервничаем, эмоций будет вдоволь!
— Пупсик, тебе нравится? — донёсся приторно-сладкий женский голос из кабинета моего жениха. Я замерла у двери, не веря своим ушам. — Я ведь куда лучше, чем твоя невеста. Ты же бросишь эту занудную плоскозадую воблу? Она явно мне уступает!
Я окаменела. А потом услышала его смех.
— Конечно! Но позже, сладенькая. Сейчас у неё важные переговоры, которые никто, кроме неё, не потянет. Если заполучу эту сделку, то можно больше не париться… Это ж такие бешеные прибыли!
— Надоела она тебе, да? — хохотнула девица.
— Слишком правильная. Это ведь папина фирма! Почти моя! А на меня на переговорах партнёры смотрят, как на придурка недоразвитого. Ей же пару слов достаточно сказать, чтобы её слушали. Посмотрим, как она запоёт, когда я её вышвырну! Хотя, может, позволю иногда меня ублажать... если сильно умолять будет!
Что ж. Раз так, милый, я ухожу к новому... боссу. И выберу самого кошмарного твоего конкурента, которого все боятся до дрожи. Зато он чертовски эффективен... и горяч.
Я окаменела. А потом услышала его смех.
— Конечно! Но позже, сладенькая. Сейчас у неё важные переговоры, которые никто, кроме неё, не потянет. Если заполучу эту сделку, то можно больше не париться… Это ж такие бешеные прибыли!
— Надоела она тебе, да? — хохотнула девица.
— Слишком правильная. Это ведь папина фирма! Почти моя! А на меня на переговорах партнёры смотрят, как на придурка недоразвитого. Ей же пару слов достаточно сказать, чтобы её слушали. Посмотрим, как она запоёт, когда я её вышвырну! Хотя, может, позволю иногда меня ублажать... если сильно умолять будет!
Что ж. Раз так, милый, я ухожу к новому... боссу. И выберу самого кошмарного твоего конкурента, которого все боятся до дрожи. Зато он чертовски эффективен... и горяч.
— Кто она? Кто эта блондинка, которая выскочила из нашей бани голая, и... сорвала с тебя полотенце, повалив в снег?!
Двадцать лет брака. Я хотела устроить мужу незабываемое новоселье в доме нашей мечты, который мы строили вместе десять лет, вложив столько сил, денег, каждую свободную минуту.
Но, оказывается, меня там не ждали.
Моё место было занято другой...
Давид проводит руками по волосам и холодно отвечает:
— Зачем ты только приехала? Ты не должна была это видеть. Ты всё испортила.
Слёзы текут по щекам.
Боже как больно. Как же мне больно! Внутри всё горит, как в аду!
— Лариса... Мы просто решили попариться в бане. Просто поговорить о том, что было между нами когда-то.
— Лариса? Это её именем ты назвал меня прошлой ночью?
Неловкая пауза и тяжёлый вздох:
— Она — женщина из моего прошлого. Я пытался её забыть, но не смог. А теперь она внезапно вернулась... Диана, ты должна меня понять, я просто не смог устоять. И я хочу переписать на нее наш дом. Прости...
Двадцать лет брака. Я хотела устроить мужу незабываемое новоселье в доме нашей мечты, который мы строили вместе десять лет, вложив столько сил, денег, каждую свободную минуту.
Но, оказывается, меня там не ждали.
Моё место было занято другой...
Давид проводит руками по волосам и холодно отвечает:
— Зачем ты только приехала? Ты не должна была это видеть. Ты всё испортила.
Слёзы текут по щекам.
Боже как больно. Как же мне больно! Внутри всё горит, как в аду!
— Лариса... Мы просто решили попариться в бане. Просто поговорить о том, что было между нами когда-то.
— Лариса? Это её именем ты назвал меня прошлой ночью?
Неловкая пауза и тяжёлый вздох:
— Она — женщина из моего прошлого. Я пытался её забыть, но не смог. А теперь она внезапно вернулась... Диана, ты должна меня понять, я просто не смог устоять. И я хочу переписать на нее наш дом. Прости...
– Я много лет смотрела на твоего мужа с обожанием и мечтала, что он будет моим! Я люблю мужчин постарше. Что мне могут дать сверстники? Ничего! Я всегда хотела мужчину состоявшегося, и я его получила! Это моя месть тебе, тётушка! Ты заслужила!
Внутри меня всё сжимается от боли. Я не понимаю, за что моя племянница так ненавидит меня. Я помогала ей, как собственной дочери!
А она в ответ соблазнила моего мужа и забеременела от него.
– Мерзавка! Если бы только твоя мать была жива и видела, какой гадюкой ты выросла! – кричу.
– Моя мать мертва! И в её смерти виновата ты!
Она совсем с ума сошла? В смерти моей родной сестры и её мужа виноват несчастный случай!
– Я давно думала, как отомстить тебе, и вот наконец-то подвернулась отличная возможность! Твой выродок не появится на свет!
В следующее мгновение племянница с силой толкает меня в грудь. Поскользнувшись перелетаю через ограду и падаю в ледяную воду.
Тело пронзает боль.
– Мой малыш… Спасите моего малыша!
Внутри меня всё сжимается от боли. Я не понимаю, за что моя племянница так ненавидит меня. Я помогала ей, как собственной дочери!
А она в ответ соблазнила моего мужа и забеременела от него.
– Мерзавка! Если бы только твоя мать была жива и видела, какой гадюкой ты выросла! – кричу.
– Моя мать мертва! И в её смерти виновата ты!
Она совсем с ума сошла? В смерти моей родной сестры и её мужа виноват несчастный случай!
– Я давно думала, как отомстить тебе, и вот наконец-то подвернулась отличная возможность! Твой выродок не появится на свет!
В следующее мгновение племянница с силой толкает меня в грудь. Поскользнувшись перелетаю через ограду и падаю в ледяную воду.
Тело пронзает боль.
– Мой малыш… Спасите моего малыша!
— С тобой, как всегда, Градов. Мы даже на развод опоздаем!
— Так спешишь в суд? Пешком можешь пойти! — огрызается муж. — На лыжах. Они как раз лежат в багажнике!
— И пойду.
— Вот и иди!
До развода остается всего пять минут, а мы застряли в пробке.
И всякий раз, когда мы собираемся в суд, происходит что-то, что нам мешает.
— Кажется, нам не судьба развестись в этом году, — шутит муж.
— Женой кобеля я ни за что не останусь, и не мечтай…
Успеем ли мы развестись?
— Так спешишь в суд? Пешком можешь пойти! — огрызается муж. — На лыжах. Они как раз лежат в багажнике!
— И пойду.
— Вот и иди!
До развода остается всего пять минут, а мы застряли в пробке.
И всякий раз, когда мы собираемся в суд, происходит что-то, что нам мешает.
— Кажется, нам не судьба развестись в этом году, — шутит муж.
— Женой кобеля я ни за что не останусь, и не мечтай…
Успеем ли мы развестись?
Отчаянная ложь во спасение. Холодный расчёт, давший трещину. И один Новый год, который изменит всё.
Ирина Кравченко отчаянно нуждается в работе и крыше над головой, любой ценой. У неё на руках двое малышей-близнецов, тайна, которую нельзя раскрыть, и злая тетя, готовящая донос в опеку. Её последняя надежда – это странное объявление о работе в загородном доме.
Виктор Савельев, успешный и циничный наследник бизнес-империи, нуждается в срочном «прикрытии». Чтобы получить полный контроль над компанией, ему нужно представить семью – иначе он проиграет брату.
Ирина Кравченко отчаянно нуждается в работе и крыше над головой, любой ценой. У неё на руках двое малышей-близнецов, тайна, которую нельзя раскрыть, и злая тетя, готовящая донос в опеку. Её последняя надежда – это странное объявление о работе в загородном доме.
Виктор Савельев, успешный и циничный наследник бизнес-империи, нуждается в срочном «прикрытии». Чтобы получить полный контроль над компанией, ему нужно представить семью – иначе он проиграет брату.
Обожаю оливье. И Новый год – главный праздник.
Вот только, когда муж за несколько часов до боя курантов уходит к другой, торжество уже не кажется таким прекрасным.
Я не умею открывать шампанское!
Я ненавижу этого предателя!
Назло ему приготовлю оливье без морковки!
Мне удаётся справиться с мюзле и пробкой, опрокидываю в себя бокал и загадываю желание.
- Пожалуйста, можно сделать так, как будто этого не было? Или вернуть меня туда, где я могу всё изменить?
У деда Мороза хорошее чувство юмора, потому что я неожиданно оказываюсь в тридцать первом декабря, только двадцать пять лет назад.
И я на самом деле могу всё исправить.
Только вот… хочу ли?
Вот только, когда муж за несколько часов до боя курантов уходит к другой, торжество уже не кажется таким прекрасным.
Я не умею открывать шампанское!
Я ненавижу этого предателя!
Назло ему приготовлю оливье без морковки!
Мне удаётся справиться с мюзле и пробкой, опрокидываю в себя бокал и загадываю желание.
- Пожалуйста, можно сделать так, как будто этого не было? Или вернуть меня туда, где я могу всё изменить?
У деда Мороза хорошее чувство юмора, потому что я неожиданно оказываюсь в тридцать первом декабря, только двадцать пять лет назад.
И я на самом деле могу всё исправить.
Только вот… хочу ли?
Ребенок на стороне — история не новая.
Я тоже сначала подумала, что наш с мужем развод будет таким же, как у сотен других семей.
Но муженек мой оказался полон сюрпризов.
Из его многолетнего вранья получилась бы во-о-от такая куча, и вторая семья — это лишь ее верхушка. Но когда я копнула глубже…
Я тоже сначала подумала, что наш с мужем развод будет таким же, как у сотен других семей.
Но муженек мой оказался полон сюрпризов.
Из его многолетнего вранья получилась бы во-о-от такая куча, и вторая семья — это лишь ее верхушка. Но когда я копнула глубже…
— Квест выполнен. Деньги мои.
Я медленно сажусь, натягивая на себя простыню. Холодный шёлк прилипает к влажной коже.
— Что ты имеешь в виду?
— Я выиграл спор, — поясняет Гордей, спуская ноги с кровати. — Три месяца назад мы с пацанами поспорили, что я смогу уложить первую скромницу института в постель. Ну и вот. Я выиграл.
— Ты… — голос срывается, превращаясь в хрип. — Ты всё это время… просто…
— Это была игра, Светик.
Он оборачивается, и его улыбка становится шире. Та самая улыбка, от которой у меня всегда подкашивались ноги.
Теперь она выглядит как жуткая гримаса.
— Признайся, в глубине души ты это подозревала. Кто на такую пышку позарится? Да я тебя из жалости взял. Для спортивного интереса.
В ту ночь моя жизнь рухнула. Он выиграл спор, а я осталась с ребёнком на руках.
Но я не сдалась, стала сильной, привела себя в порядок и открыла кондитерскую с ПП-десертами, сделав свои слабости своей силой.
И всё было отлично, пока под Новый год на моём пороге не появился он…
Я медленно сажусь, натягивая на себя простыню. Холодный шёлк прилипает к влажной коже.
— Что ты имеешь в виду?
— Я выиграл спор, — поясняет Гордей, спуская ноги с кровати. — Три месяца назад мы с пацанами поспорили, что я смогу уложить первую скромницу института в постель. Ну и вот. Я выиграл.
— Ты… — голос срывается, превращаясь в хрип. — Ты всё это время… просто…
— Это была игра, Светик.
Он оборачивается, и его улыбка становится шире. Та самая улыбка, от которой у меня всегда подкашивались ноги.
Теперь она выглядит как жуткая гримаса.
— Признайся, в глубине души ты это подозревала. Кто на такую пышку позарится? Да я тебя из жалости взял. Для спортивного интереса.
В ту ночь моя жизнь рухнула. Он выиграл спор, а я осталась с ребёнком на руках.
Но я не сдалась, стала сильной, привела себя в порядок и открыла кондитерскую с ПП-десертами, сделав свои слабости своей силой.
И всё было отлично, пока под Новый год на моём пороге не появился он…
Завершенные книги - читать онлайн
Выберите полку для книги