Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-skachat»
Кирилл Астахов, мажор и бывший однгокурсник, разрушил жизнь Василисы, выслав фотки ее в обноженном виде в одних трусиках на его кровати мужу.
И как было доказывать, что она ничего не помнит, потому что он подмешал ей что-то в кофе?
Однако муж воспользовался этой ситуацией совсем по-другому ...
Ему нужна была власть, доминирование и это оказалось великолепным поводом обвинить и "наказать" жену.
Когда же Васииса поняла, что она не может дальше жить по таким новым правилам в семье - Кирилл пришел на помощь ...
ЭТО ВТОРАЯ КНИГА НАЧАЛО ЧИТАЕМ В "Не в ту же воду"
И как было доказывать, что она ничего не помнит, потому что он подмешал ей что-то в кофе?
Однако муж воспользовался этой ситуацией совсем по-другому ...
Ему нужна была власть, доминирование и это оказалось великолепным поводом обвинить и "наказать" жену.
Когда же Васииса поняла, что она не может дальше жить по таким новым правилам в семье - Кирилл пришел на помощь ...
ЭТО ВТОРАЯ КНИГА НАЧАЛО ЧИТАЕМ В "Не в ту же воду"
Афонин - подлый жук...
Снова возник на горизонте и снова представлял в суде бедного-несчастного муженька.
- Как же я от тебя устала, - сказала я на выдохе и оглядела дорогущий ресторан, - чего тебе не жилось в столице? Деньги, власть, роскошные бабы?
- Соскучился по твоим провокациям и сладким губкам, Анют, - обошёл разозленного клиента, которому будущая бывшая жена устроила Ледовое побоище на глазах у десятка посетителей и коснулся моей щеки, - ты никак меня не отпускаешь. Столичные адвокаты в сравнении с тобой жалкая шушера.
- Я засужу тебя за домогательства, - ударила его по руке...
Снова возник на горизонте и снова представлял в суде бедного-несчастного муженька.
- Как же я от тебя устала, - сказала я на выдохе и оглядела дорогущий ресторан, - чего тебе не жилось в столице? Деньги, власть, роскошные бабы?
- Соскучился по твоим провокациям и сладким губкам, Анют, - обошёл разозленного клиента, которому будущая бывшая жена устроила Ледовое побоище на глазах у десятка посетителей и коснулся моей щеки, - ты никак меня не отпускаешь. Столичные адвокаты в сравнении с тобой жалкая шушера.
- Я засужу тебя за домогательства, - ударила его по руке...
Он предложил мне цену за молчание.
Только не знал, что именно его фамилия разрушила мою жизнь.
Я пришла в компанию Максима Орлова не за работой.
Я пришла за правдой.
Десять лет назад мой отец потерял всё, мама сломалась, а я научилась улыбаться так, чтобы никто не видел боли. И теперь единственный человек, способный открыть тайну прошлого, — он. Холодный. Властный. Опасно красивый.
Максим привык покупать молчание, верность и чужие судьбы.
Но меня купить нельзя.
Я должна была ненавидеть его.
Должна была уничтожить.
Должна была уйти, пока он не заметил, как дрожат мои руки рядом с ним.
Но чем ближе я подбираюсь к правде, тем яснее понимаю: самый страшный враг может оказаться единственным, кто способен меня защитить.
А любовь — самой высокой ценой за молчание.
Только не знал, что именно его фамилия разрушила мою жизнь.
Я пришла в компанию Максима Орлова не за работой.
Я пришла за правдой.
Десять лет назад мой отец потерял всё, мама сломалась, а я научилась улыбаться так, чтобы никто не видел боли. И теперь единственный человек, способный открыть тайну прошлого, — он. Холодный. Властный. Опасно красивый.
Максим привык покупать молчание, верность и чужие судьбы.
Но меня купить нельзя.
Я должна была ненавидеть его.
Должна была уничтожить.
Должна была уйти, пока он не заметил, как дрожат мои руки рядом с ним.
Но чем ближе я подбираюсь к правде, тем яснее понимаю: самый страшный враг может оказаться единственным, кто способен меня защитить.
А любовь — самой высокой ценой за молчание.
❤️РАССКАЗ ЗАКОНЧЕН! СКИДКА ПРЯМО СЕЙЧАС!❤️
Как унизительно признаваться чужому мужчине, что твой муж променял тебя на другую.
— Я сожалею, Надя, — говорит незнакомец. — Если тебе будет легче, то мне тоже изменяли.
Я замираю.
— А вы? — спрашиваю я. — Вы тоже?
Ответа нет. В салоне машины повисает тишина — тяжёлая, пропитанная болью.
— Не плачьте, Надя, — говорит он вдруг. — Ваш муж еще об этом пожалеет.
Его рука осторожно касается моего лица. Стирает слезу со щеки. Потом спускается ниже — очерчивает губы.
Незнакомец наклоняется ко мне.
Глаза в глаза.
Я чувствую тепло его тела, тепло его губ.
Вкус мяты и боли смешиваются в одном поцелуе, от которого я не отстраняюсь…
А потом на одном из семейных ужинов, жму его руку, как будто ничего и не было, ведь он...
Как унизительно признаваться чужому мужчине, что твой муж променял тебя на другую.
— Я сожалею, Надя, — говорит незнакомец. — Если тебе будет легче, то мне тоже изменяли.
Я замираю.
— А вы? — спрашиваю я. — Вы тоже?
Ответа нет. В салоне машины повисает тишина — тяжёлая, пропитанная болью.
— Не плачьте, Надя, — говорит он вдруг. — Ваш муж еще об этом пожалеет.
Его рука осторожно касается моего лица. Стирает слезу со щеки. Потом спускается ниже — очерчивает губы.
Незнакомец наклоняется ко мне.
Глаза в глаза.
Я чувствую тепло его тела, тепло его губ.
Вкус мяты и боли смешиваются в одном поцелуе, от которого я не отстраняюсь…
А потом на одном из семейных ужинов, жму его руку, как будто ничего и не было, ведь он...
— Ты серьёзно?
Улыбка медленно сползла с его лица.
— В смысле…
— Ты издеваешься? — мой голос прозвучал опасно тихо, будто со стороны. — Правда думаешь, что мне можно дарить только кухонную утварь?
Слово «утварь» вырвалось само — старомодное, похожее на ругательство. Именно то, что нужно.
— Что тебя не устраивает? — Гена быстро опомнился, он никогда не пасовал. — Дорогой комбайн. Немецкий.
— А спросить не мог? — я встала. Не резко. Просто подошла вплотную. — Я хотела серьги. Золотые. С бриллиантами.
Это была неправда, ведь я хотела с сапфирами. Но именно «с бриллиантами» прозвучало как надо.
— Зачем тебе серьги? — в его лице проступило что-то острое, нехорошее.
— То есть серьги — это не для меня? Кому же тогда даришь?
Последнее я произнесла почти шутя. Ещё не понимала, что уже стою на краю.
— Женщине! — тёмные глаза мужа сверкнули. — Тебе сегодня полтинник стукнул, Вика. Полтинник! Ты уже не молодая коза, чтобы бегать и сережками сверкать. Знай своё место и не выпендривайся.
Улыбка медленно сползла с его лица.
— В смысле…
— Ты издеваешься? — мой голос прозвучал опасно тихо, будто со стороны. — Правда думаешь, что мне можно дарить только кухонную утварь?
Слово «утварь» вырвалось само — старомодное, похожее на ругательство. Именно то, что нужно.
— Что тебя не устраивает? — Гена быстро опомнился, он никогда не пасовал. — Дорогой комбайн. Немецкий.
— А спросить не мог? — я встала. Не резко. Просто подошла вплотную. — Я хотела серьги. Золотые. С бриллиантами.
Это была неправда, ведь я хотела с сапфирами. Но именно «с бриллиантами» прозвучало как надо.
— Зачем тебе серьги? — в его лице проступило что-то острое, нехорошее.
— То есть серьги — это не для меня? Кому же тогда даришь?
Последнее я произнесла почти шутя. Ещё не понимала, что уже стою на краю.
— Женщине! — тёмные глаза мужа сверкнули. — Тебе сегодня полтинник стукнул, Вика. Полтинник! Ты уже не молодая коза, чтобы бегать и сережками сверкать. Знай своё место и не выпендривайся.
Он всегда был «не тем».
Не тем, кого выбирают. Не тем, в кого влюбляются.
Зато в своих книгах он стал другим – идеальным мужчиной, от которого невозможно уйти.
Когда она оставила жёсткий отзыв на его роман, он решил доказать:
такие мужчины существуют.
Он станет её героем.
И она действительно влюбится.
Только есть одна проблема –
она влюбляется не в него.
Не тем, кого выбирают. Не тем, в кого влюбляются.
Зато в своих книгах он стал другим – идеальным мужчиной, от которого невозможно уйти.
Когда она оставила жёсткий отзыв на его роман, он решил доказать:
такие мужчины существуют.
Он станет её героем.
И она действительно влюбится.
Только есть одна проблема –
она влюбляется не в него.
Он предал меня. Публично. Холодно. Без сожалений.
Мой муж — дракон, сильнейший в империи — привёл другую женщину и объявил: я больше ему не нужна.
Развод.
Позор.
Конец.
Я потеряла всё: имя, статус, дом.
Но он ошибся в главном.
Я не сломалась.
Я стану сильнее.
Я начну новую жизнь.
И больше никогда не буду той, которую можно унизить и выбросить.
Вот только есть проблема.
Он не отпустил.
И чем сильнее я пытаюсь уйти, тем опаснее становится его одержимость.
— Ты моя, — говорит он.
Но я больше не принадлежу ему.
И теперь вопрос только один:
кто из нас сломается первым?
Мой муж — дракон, сильнейший в империи — привёл другую женщину и объявил: я больше ему не нужна.
Развод.
Позор.
Конец.
Я потеряла всё: имя, статус, дом.
Но он ошибся в главном.
Я не сломалась.
Я стану сильнее.
Я начну новую жизнь.
И больше никогда не буду той, которую можно унизить и выбросить.
Вот только есть проблема.
Он не отпустил.
И чем сильнее я пытаюсь уйти, тем опаснее становится его одержимость.
— Ты моя, — говорит он.
Но я больше не принадлежу ему.
И теперь вопрос только один:
кто из нас сломается первым?
Двухтомник в одной книге. Студентка-медик Василиса привыкла решать всё сама. Однажды в клубе она встречает Платона Корсака — опасного наследника империи.
Вспышка страсти перерастает в нечто большее, но за красивой сказкой скрывается тьма. Василисе приходится сделать невозможный выбор и исчезнуть.
Спустя пять лет судьба сводит их снова. Сможет ли она довериться прошлому и дать шанс тому, кто однажды разрушил их любовь?
Вспышка страсти перерастает в нечто большее, но за красивой сказкой скрывается тьма. Василисе приходится сделать невозможный выбор и исчезнуть.
Спустя пять лет судьба сводит их снова. Сможет ли она довериться прошлому и дать шанс тому, кто однажды разрушил их любовь?
МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЕ ДНИ ПРОДАЖ!
— Чья это дочь, Ника? — над ухом раздается требовательный голос бывшего мужа. Он же — мой босс.
— Моя, — невозмутимо отвечаю я.
— Ника, не играй со мной, — предупреждающе произносит он. — Кто ее отец?
— А сам как думаешь, Шабанов?
Мы развелись пять лет назад. И в тот момент, когда, как мне казалось, я навсегда вычеркнула бывшего мужа из головы и из сердца, он снова ворвался в мою жизнь. В качестве моего босса. Он собирается меня уволить, а я воспитываю его дочь, о существовании которой он даже не подозревает.
— Чья это дочь, Ника? — над ухом раздается требовательный голос бывшего мужа. Он же — мой босс.
— Моя, — невозмутимо отвечаю я.
— Ника, не играй со мной, — предупреждающе произносит он. — Кто ее отец?
— А сам как думаешь, Шабанов?
Мы развелись пять лет назад. И в тот момент, когда, как мне казалось, я навсегда вычеркнула бывшего мужа из головы и из сердца, он снова ворвался в мою жизнь. В качестве моего босса. Он собирается меня уволить, а я воспитываю его дочь, о существовании которой он даже не подозревает.
Лика его ненавидит. Лёва вечно выигрывает в квизе — её личном аде на кофеине. Но однажды он проигрывает специально. Чтобы она загадала ему свидание. Теперь вместо вопросов — поцелуи вместо баллов, а самый опасный раунд — тот, где нужно признаться первым. Честно, будоражит, напряжение зашкаливает, и эта химия трогает так, что вы сами захотите проиграть, лишь бы оказаться на его месте.
Выберите полку для книги