Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-skachat»
БЕСПЛАТНО! ЗАВЕРШЕНО❄️💗
План у меня был прост: отработать смену в клининговой фирме, не задушить начальника и получить зарплату перед Новым Годом.
Пока одна неуклюжая девица не устроила апокалипсис в виде падающей люстры! Теперь на деньги попала почему-то я! Единственный способ отработать долг — стать на две недели нянькой для маленькой дочки Игоря. Переехать в его роскошный дом с бассейном. И попытаться не убить друг друга от раздражения… или от внезапно проснувшегося притяжения, которое таилось за годами взаимных колкостей.
Что будет, если за маской вечной войны скрывается нечто большее? И самый большой беспорядок, который нам предстоит убрать, — это наши собственные чувства?
План у меня был прост: отработать смену в клининговой фирме, не задушить начальника и получить зарплату перед Новым Годом.
Пока одна неуклюжая девица не устроила апокалипсис в виде падающей люстры! Теперь на деньги попала почему-то я! Единственный способ отработать долг — стать на две недели нянькой для маленькой дочки Игоря. Переехать в его роскошный дом с бассейном. И попытаться не убить друг друга от раздражения… или от внезапно проснувшегося притяжения, которое таилось за годами взаимных колкостей.
Что будет, если за маской вечной войны скрывается нечто большее? И самый большой беспорядок, который нам предстоит убрать, — это наши собственные чувства?
— Вместо того, чтобы делать свою работу, пошлые книжки читаешь! — рокочет голос босса надо мной.
Асланов Дамир!
Великолепно сложенный, темноглазый.
Идеал в костюме, о котором вздыхают все, без исключения.
Он подкрался и прочитал вслух… самый пикантный момент.
— Глупые книжонки для неудовлетворенных, одиноких самок!
***
Босс высмеял меня и уволил в два счета.
Но при новой встрече он вынудил меня согласиться…
На безумное, но очень выгодное предложение.
Стать его женой!
Конечно, я откажусь... или нет?
Асланов Дамир!
Великолепно сложенный, темноглазый.
Идеал в костюме, о котором вздыхают все, без исключения.
Он подкрался и прочитал вслух… самый пикантный момент.
— Глупые книжонки для неудовлетворенных, одиноких самок!
***
Босс высмеял меня и уволил в два счета.
Но при новой встрече он вынудил меня согласиться…
На безумное, но очень выгодное предложение.
Стать его женой!
Конечно, я откажусь... или нет?
– Я думал, что забыл бывшую, но ошибся! – произносит муж, обнимая любовницу. – Я пытался заткнуть тобой раны на сердце, но не смог. Все эти годы я любил только одну женщину – Лену! Не тебя! Прости, но всё это время ты была лишь временной затычкой!
– За что ты так со мной? Выходит, ты никогда не любил меня? – шепчу и прикусываю нижнюю губу до боли.
Я отдала нашему браку пятнадцать лет своей жизни. Родила предалю дочь и со дня на день должна родить сына! Я на девятом месяце! И после этого он называет меня затычкой!
– Прости, но настоящей любви я к тебе никогда не испытывал. Ты была заменой. Временно исполняющей обязанности жены! Сейчас твои услуги больше не нужны.
– Как же так? – боль внизу живота нарастает. Я еле стою на ногах.
– В общем, я подаю на развод! На машину, долю в квартире и бизнес можешь даже не рассчитывать! Ты не вложила ни копейки и ни копейки не получишь! Дочь остаётся со мной! А твой щенок мне даром не сдался! Не хочешь растить одна – отдай в детдом!
– За что ты так со мной? Выходит, ты никогда не любил меня? – шепчу и прикусываю нижнюю губу до боли.
Я отдала нашему браку пятнадцать лет своей жизни. Родила предалю дочь и со дня на день должна родить сына! Я на девятом месяце! И после этого он называет меня затычкой!
– Прости, но настоящей любви я к тебе никогда не испытывал. Ты была заменой. Временно исполняющей обязанности жены! Сейчас твои услуги больше не нужны.
– Как же так? – боль внизу живота нарастает. Я еле стою на ногах.
– В общем, я подаю на развод! На машину, долю в квартире и бизнес можешь даже не рассчитывать! Ты не вложила ни копейки и ни копейки не получишь! Дочь остаётся со мной! А твой щенок мне даром не сдался! Не хочешь растить одна – отдай в детдом!
— Он приехал! Девочки! Приехал! — выпалила она громким шёпотом, оглядывая комнату. — Новый директор. Мне секретарь сказала, его сегодня на большой перемене в актовом зале представят. Говорят, солидный такой!
В учительской повисло то особое напряжение, которое бывает только в женском коллективе перед появлением нового начальника-мужчины: смесь любопытства, легкой тревоги перед переменами и внезапного желания срочно поправить причёску.
Учительница младших классов Татьяна Петровна, которая красилась даже в магазин за хлебом, мгновенно выхватила из сумочки зеркальце и принялась подкрашивать губы
В учительской повисло то особое напряжение, которое бывает только в женском коллективе перед появлением нового начальника-мужчины: смесь любопытства, легкой тревоги перед переменами и внезапного желания срочно поправить причёску.
Учительница младших классов Татьяна Петровна, которая красилась даже в магазин за хлебом, мгновенно выхватила из сумочки зеркальце и принялась подкрашивать губы
Меня зовут Вера, и в свои девятнадцать я оказалась в руках похитителей из-за долгов отчима. Они привезли меня в дом человека по прозвищу Север. Я думала — конец. Но Александр Ветров прогнал бандитов и заявил, что я останусь у него. «Ты в беде, девочка, — сказал он. — Если отпущу — не дойдёшь до ворот». Он предложил сделку: месяц полного послушания, и он закроет все долги. Я ненавидела его за холодность и власть, но с каждым днём всё сильнее чувствовала, как лёд в его глазах тает. Что скрывается за его маской? И зачем я на самом деле нужна ему?
БЕСПЛАТНО ДО КОНЦА МЕСЯЦА
— То есть у тебя есть другая? — спрашивает жена, глядя мне в глаза. — И ты меня больше не любишь?
— Саш, только давай без истерик, — предупреждаю, устало потерев лицо ладонью. — Ты должна была понять, что рано или поздно я посмотрю налево. Ты постоянно занята чужими детьми, от тебя пахнет маслом, едой... Времени мне не уделяешь. И забеременеть уже пять лет не можешь. Извини, но я так больше не могу.
Развернувшись, выхожу из спальни, слыша в спину:
— Разве ты остался бы со мной, будь я сейчас беременна? — голос сиплый, но мне не жаль ее.
— Нет, — отвечаю честно. — Я устал от тебя.
— А я тебя больше жизни любила, Миша...
#сильная героиня с характером
#неидеальные герои
#больно_эмоционально_жизненно
— То есть у тебя есть другая? — спрашивает жена, глядя мне в глаза. — И ты меня больше не любишь?
— Саш, только давай без истерик, — предупреждаю, устало потерев лицо ладонью. — Ты должна была понять, что рано или поздно я посмотрю налево. Ты постоянно занята чужими детьми, от тебя пахнет маслом, едой... Времени мне не уделяешь. И забеременеть уже пять лет не можешь. Извини, но я так больше не могу.
Развернувшись, выхожу из спальни, слыша в спину:
— Разве ты остался бы со мной, будь я сейчас беременна? — голос сиплый, но мне не жаль ее.
— Нет, — отвечаю честно. — Я устал от тебя.
— А я тебя больше жизни любила, Миша...
#сильная героиня с характером
#неидеальные герои
#больно_эмоционально_жизненно
КНИГА ЗАКОНЧЕНА
Пять лет назад он обидел её, растоптал, уничтожил. В тот день слова вылетали изо рта сами собой — резкие, беспощадные, пропитанные обидой и гордыней. Он не хотел этого говорить. Или хотел? Теперь уже не разобрать. Помнил только её взгляд — сначала удивлённый, потом полный боли, а затем… пустой. Как будто внутри что‑то сломалось.
Она не кричала, не умоляла, не пыталась оправдаться. Просто молча развернулась и ушла. Без прощальных слов, без объяснений. Только на пороге , посмотрела ему в глаза и тихо сказала:
— Прощай.
И вот теперь, спустя несколько лет, он увидел её снова.
Всего мгновение — взгляд, поворот головы, знакомый изгиб губ. И всё рухнуло. Стены, которые он так старательно выстраивал, рассыпались в прах. Боль, которую он считал похороненной, вспыхнула с новой силой. Но вместе с ней пришло и другое — осознание, от которого перехватило дыхание: он не забыл. Ни на день. Ни на час.
Пять лет назад он обидел её, растоптал, уничтожил. В тот день слова вылетали изо рта сами собой — резкие, беспощадные, пропитанные обидой и гордыней. Он не хотел этого говорить. Или хотел? Теперь уже не разобрать. Помнил только её взгляд — сначала удивлённый, потом полный боли, а затем… пустой. Как будто внутри что‑то сломалось.
Она не кричала, не умоляла, не пыталась оправдаться. Просто молча развернулась и ушла. Без прощальных слов, без объяснений. Только на пороге , посмотрела ему в глаза и тихо сказала:
— Прощай.
И вот теперь, спустя несколько лет, он увидел её снова.
Всего мгновение — взгляд, поворот головы, знакомый изгиб губ. И всё рухнуло. Стены, которые он так старательно выстраивал, рассыпались в прах. Боль, которую он считал похороненной, вспыхнула с новой силой. Но вместе с ней пришло и другое — осознание, от которого перехватило дыхание: он не забыл. Ни на день. Ни на час.
— Это что? — бросаю взгляд на бумаги на столе.
— Согласие на развод, — сухо говорит Влад. — Подпиши.
— Это… шутка такая? — спрашиваю тише, чем хотела. — Или ты вчера перебрал и теперь…
— Я в трезвом уме. Нам пора заканчивать.
— Почему? Мы ведь… ребенка планировали.
— Планировали, — кивает. — Но ребенка все нет. Может, хватит пытаться и мучить себя? Сколько можно, Злата? Не получается у нас.
***
Тогда он мне сказал, что хочет развестись, чтобы построить карьеру, но уже через два дня на моей кухне была другая. Готовила ужин и носила под сердцем ребенка моего мужа.
— Согласие на развод, — сухо говорит Влад. — Подпиши.
— Это… шутка такая? — спрашиваю тише, чем хотела. — Или ты вчера перебрал и теперь…
— Я в трезвом уме. Нам пора заканчивать.
— Почему? Мы ведь… ребенка планировали.
— Планировали, — кивает. — Но ребенка все нет. Может, хватит пытаться и мучить себя? Сколько можно, Злата? Не получается у нас.
***
Тогда он мне сказал, что хочет развестись, чтобы построить карьеру, но уже через два дня на моей кухне была другая. Готовила ужин и носила под сердцем ребенка моего мужа.
✨Меня разыграли подруги. Я пришла на встречу выпускников в костюме горничной — а оказалась единственной в дурацком наряде. Посмешищем.
Я сбежала, хлопнув дверью. Думала, хуже уже не будет.
Ошибалась.
Меня затащили в квартиру к миллионеру, который принял меня за настоящую горничную. А потом я… раздела его.
И знаете что? Он не разозлился. Он сделал мне предложение, от которого я не смогла отказаться. Правда, к руке и сердцу оно не имело ни малейшего отношения…
Теперь я чиню его пиджаки, сушу штаны и завязываю галстуки — а он смотрит на меня так, будто я продала душу дьяволу. Или продала свою душу ему. Еще не понятно.
Я сбежала, хлопнув дверью. Думала, хуже уже не будет.
Ошибалась.
Меня затащили в квартиру к миллионеру, который принял меня за настоящую горничную. А потом я… раздела его.
И знаете что? Он не разозлился. Он сделал мне предложение, от которого я не смогла отказаться. Правда, к руке и сердцу оно не имело ни малейшего отношения…
Теперь я чиню его пиджаки, сушу штаны и завязываю галстуки — а он смотрит на меня так, будто я продала душу дьяволу. Или продала свою душу ему. Еще не понятно.
Каждую смену он садится на край моего стола, шутит, приносит кофе — и я таю. Жених бесится от ревности, но я клянусь себе, что между нами ничего нет. Пока однажды ночью на пустой базе он не встаёт передо мной на колени. И я понимаю: боялась я не измены. Я боялась, что не смогу остановиться.
Выберите полку для книги